Жуткие дела в империи (СИ)

- Горько признать, но похоже не я один считываю намерения своей ведьмы. - хмыкнул напарник.
- Вы все меня с ума сводите! - не выдержав, прошипела я. - Можно было не вмешиваться хотя бы раз! Ланфорд, отпусти женщину, она даже не сопротивляется!
Маг, ничуть не впечатленный моим гневом, даже на шаг не отошел.
- В последний раз, когда я тебя одну оставил, ты рванула всадников закапывать. - спокойно ответил он, впрочем глаза его светлее не стали. Сдерживался он с очевидным трудом.
Я тяжело вздохнула, решив оставить выяснение отношений на другой раз, который, надо надеяться, никогда не наступит. Ребекка же неожиданно для нас всех разлилась негромким смехом.
- Удивительно наблюдать, как славянские ведьмы взаимодействуют с окружающими. - произнесла она. - Всегда ваше появление знаменует большие перемены, как в событиях, так и в душах окружающих. Загадка, не изученная никем и, похоже, навсегда такой и оставшейся.
- Ребекка. - произнесла я, не разделяя ее неожиданного веселья. Ведьма либо не понимала опасности, исходящей от Ланфорда, либо устала от происходящего настолько, что уже не беспокилась . - Ребекка, послушайте, это ваш последний шанс сказать правду. Потом вас уведут, а меня едва ли допустят до допросов. И я всем сердцем сомневаюсь, что они будут задавать те же вопросы, что и я. Зачем вы призвали стражников, Ребекка?
- Мне пришлось, - пожала плечами ведьма, взглянув на меня пустыми, выжатыми глазами даже не ведьмы, а простого человека, который очень устал бороться. - выбора не было. Ведьма, что вы ищете, мне не подруга, не хозяйка, не предводитель. Она похитила мою дочь, поработила ее так же, как поступила с невестой кронпринца. Та же пустота в глазах и слепая вера в то, что она ей говорит. Свобода дочери — цена моей преданности. Мы заключили сделку, согласно которой я исполняю все ее приказы, а она отпускает ее. Рано или поздно.
Кивнув, я подошла ближе к Ланфорду, который все это время с необычной злостью во взгляде наблюдал за происходящим и, вложив всю силу убеждения в слова, попросила:
- Отпусти Ребекку, пожалуйста.
Не знаю, что за чудо вдруг произошло. Может в самом деле сработала сила убеждения, а может волшебное слово «пожалуйста», но маг тяжело вздохнул, прикрыл на секунду глаза и ослабтил хватку, отпуская ведьму. Впрочем, приступ необычной доброты длился недолго:
- У тебя десять минут, после чего Ребекка отправится в карцер. Даю тебе это время, пока я собираю своих магов. Мы здесь все перевернем, а ведьму отправим отвечать на вопросы, которые действительно будут сильно отличаться от твоих. Истерики на тему совести и доброту попрошу оставить на время, когда я буду свободен. Разговор нам предстоит тяжелый.
Слова мага меня задели, даже сама не ожидала, что они вызовут столько эмоций. Но как бы там ни было, он был нанимателем в этой ситуации и последнее решение было за ним, поэтому мне оставалось лишь кивнуть. Действительно, разговор нам предстоял. Например о том, почему нельзя сажать людей в карцер.
Впрочем, все то были мелочи. Разместившись с Ребеккой на диване, пока мир вокруг потихоньку сходил с ума, а рядом то появлялись, то исчезали смутно знакомые маги, мы разговаривали. Она рассказала, что ее дочь обладает силой гораздо большей, чем есть у нее, поэтому и заинтересовала ведьму. Женщина не знала, было ли то заклятие подчинения или артефакт, но ее дочь, Оливия, совершенно перестала слушать голос разума, ожесточилась и выполняла любой намек заговорщицы. В последний раз Ребекка видела ее несколько лет назад, во дворце, после чего она словно пропала.
Как и стоило ожидать, целей и замыслов ведьмы женщина не знала. Даже ее лица и имени не ведала, поскольку связывались они через зеркало, искажающее ауру и все прочие элементы, через которые ее можно было бы опознать. В последний раз, когда ведьма появилась, она передала Ребекке алтарь с высеченным ритуалом призыва всадников, которых необходимо призвать для умерщвления меня.
- Она назвала это последней «услугой», после которой обещала вернуть мне дочь. - произнесла Ребекка, неожиданно горько разрыдавшись. - Но я понимала, что ничего из этого не выйдет. Моя девочка…она навсегда осталась у нее.
 
Поспешно обняв женщину, я только тогда заметила ее спиной Ланфорда, скрестившего руки на груди и наблюдавшего за мной. Наши взгляды встретились, после чего он неожиданно, кажется, даже для самого себя кивнул. Стоявший рядом Игнат произнес настолько тихо, что я скорее прочитала по губам, чем услышала:
- Вертит нами, как хочет.
ГЛАВА 8
Утро следующего дня я встретила в столичном отделении гномьего банка в компании необычайно хмурого Ланфорда. Нет, тот и в обычные дни позитивом не блещет, но в этот раз и вовсе заставлял людей и нелюдей на него нервно коситься. Брови нахмурены, глаза прищурены, губы пожаты, желваки ходят.
Трудно сказать, чем было вызвано его плохое настроение на этот раз. Нет, я, разумеется, могла предположить, что дело в Ребекке, которую ему так и не удалось заточить в обещанных катакомбах. Совесть, понимаете, проснулась, а в ее неожиданном пробуждении маг упорно винил меня. Где логика?
В противовес словам племянника императора, тем же вечером ведьму сопроводили до дворцовых покоев, расположенных в удаленном крыле, где принимали гостей из других империй. В обычное время они, как и все крыло, почти пустовали, поэтому установить там двойную защиту было проще. И пусть Ребекка была в изоляции под семью замками и тремя магами из личной команды Ланфорда, а все же такое положение лучше одиночной камеры и крыс в качестве соседей.
К слову, руководил приставленными магами Дерг. Он-то и заметил, что при ужасной повсемирной нехватке ведьм, во дворце империи нас больше необходимого на один квадратный метр. Мы с Касьян на это заявление не отреагировали, зато в глазах магов промелькнуло что-то сильно похожее на согласие.
Так вот, проснувшаяся совесть — первая причина, по которой Ланфорд мог быть не в духе. Вторая причина — отсутствие Игната, который отправился к нашим ученым, чтобы разобраться в загадке амулета ведьмы. Поскольку я после некоторых событий впала в немилость и доверия мне больше нет (не мои слова, а напарника), то отправиться со мной в банк пришлось Ланфорду.
Нет, разумеется, я бы и сама справилась с поставленной задачей, но почему-то все дружно решили, что в одиночестве неприятностям проще до меня добраться. Мое мнение на этот счет слушать не стали.
Поэтому сидели мы сейчас в кабинете управляющего втроем. Я держала на коленях шкатулку, переданную нам анчуткой, маг по правую руку от меня глядел на гнома, который в свою очередь чувствовал себя не комфортно. Вот сразу это в глаза бросалось. Вроде и костюм на нем идеально сидел, и бородка была хорошо уложена, и стол громоздкий ему роста придавал и статусности, а все равно нервничал.
- Прошу прощения, лорд, но боюсь меня неверно проинформировали о цели вашего визита. Разве речь пойдет не о брачном договоре? - управляющий старался говорить спокойно, вот только к концу предложения голос его дрогнул. Гном тут же скосил глаза на меня в поисках поддержки, которую я не преминула оказать.
- Что вы, господин Рубинович. - тихо фыркнула я, дабы сбить градус неловкости. - Мы с моим…мм…женихом безусловно доверяем друг другу. Поэтому никаких брачных договоров заключать не станем, пусть распоряжается моими богатствами, как ему вздумается. Понимаете, многоуважаемый, я в нашу любовь верю. Коль уж Ланфорд захотел жениться на мне ради финансовой выгоды…пусть то будет на его совести, а омрачать свой будущий брак такими бумагами я не стану.
Маг перевел на меня тяжелый взгляд. И хоть я не смотрела на него в этот момент, подчеркнуто не обращая внимания на «жениха», но кожей почувствовала — убьет. Вот и гном, которому и в голову не пришло, что императорский племянник жениться ради финансовой выгоды, что-то побледнел.
- Мы к вам по другому вопросу. - продолжила я с улыбкой. - Понимаете, моя покойная бабушка Людовика, пусть в аду ей котел будет по размеру, оставила мне в наследство ключ от банковской ячейки, которая располагается в другой мире, на Земле. И в банковской ячейке той лежала вот эта шкатулка.