Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– Это и называется у тебя: «плыть по течению»?
– И еще, ты не задумывался, отчего делиться энергией хочется сильней, чем забирать ее? Миллиарды самцов мечутся по планете, выискивая, куда сбросить излишки, а самки что-то не спешат навстречу – хотя выигрывают больше они. Так, может быть, как раз Хищников и недостает, чтобы довести мироздание до гармонии?
– По-моему, их и так девать некуда, – возразил я. – Пора устраивать облаву – расплодились, понимаешь! И откуда поперло?
– Как учат основоположники, – осклабился Калида, – борьба за новое общество предполагает всестороннее и гармоническое развитие личности.
– Ты прошел отличную школу. Или это был не ты?
– Это была личинка – прожорливая, алчная, уродливая…
– Из которой развилась прекрасная бабочка, – съязвил я.
– Или хищный богомол, – благодушно поправил он. – Какой образ, а?
– Да, звери мы, – признал я. – Кто больше, кто меньше. Но главная разница не в этом. Просто одним нравится такая составляющая, другим – нет. Угадай с трех раз, к каким принадлежу я?
– Послушай, я же не предлагаю тебе власть? Это игрушка для слабых, вроде моего прародителя или Аскольда. Но вечный поиск, но бесконечное познание!.. Вообрази, какие открываются горизонты.
Возможно, он не врал сейчас. В том смысле, что процесс этот затянул и его. И что власть для него скорее средство. Но кому от этого легче?
– «Берегитесь лжепророков, которые… внутри суть волки хищные», – напрягшись, вспомнил я. – Как раз про тебя, а?
– Ну, нашел авторитет! Я тут к его ногам Вселенную бросаю…
– А Баба-Яга против, – объявил я. – Хрен тебе, Кощей Безмозглый! Или ты Змей Погорелыч о двенадцати головах? Обычному Змею-Всаднику достаточно срубить три, чтоб сделать его смертным, – но ведь ты поднялся в этой игре на следующий уровень? Или еще нет?
– Похоже, ты зашел в тупик, – сказал Калида едва не с грустью. – Как и предрекал старина Бог. Нам с Ланой будет недоставать тебя… милый.
– Да провались!..
Усмехнувшись, Калида покачал головой, то ли сочувствуя, то ли сожалея, и оборвал связь. Не рано ли хоронишь, чучело?
Или как там, по теме: «А не рано ли, Идолище поганое, похваляешься?»
Нетерпеливо я повел плечами, и тотчас Инесса убралась из ванной, предоставив меня себе. Наскоро домывшись, я вышел следом за женщиной в коридор, но, конечно, ее тут не застал. Зато Хан устроился неподалеку, уложив голову на толстые лапы. Он будто дремал, но глаза время от времени открывались, следя за бродившим из угла в угол котенком, а наставленные уши внимали ребячьим голосам, продолжавшим звучать в гостиной. Кстати, как быть с этой парочкой, не говоря о прочих? Из всего, что я наблюдал под землей, можно заключить, что там сейчас не самое безопасное место.
Заскочив в мастерскую, я бесшумно вступил в гостиную, где застал детишек за дурашливой возней на диване. Моду, заведенную тут Инессой, они приняли с пионерской готовностью и вообще не стесняли себя условностями. Но будоражащие забавы подростков это мало напоминало, к тому ж игра шла в одни ворота. Настена вытворяла со своим распаренным приятелем, что хотела, проявляя умелость, завидную даже для взрослых. Ухватки ее не походили ни на один из известных мне стилей и вообще выглядели слишком органичными для навыков – скорее инстинкт, вызванный из глубины. Примерно так начинал действовать я, когда спускал своего Зверя, но шел на это с неохотой, страшась последствий. А вот девочка словно бы пребывала в согласии с личным Зверьком и позволяла ему резвиться – лишь бы не при посторонних.
– Детки, не шалите! – призвал я, как и положено зануде-взрослому, портя им все веселье. – А хотите поиграть всерьез?
Оцепенев, мальцы пытливо оглядели меня, словно бы желая убедиться в отсутствии гнева, затем переглянулись.
– Ну, – настороженно сказала Настя. – Как?
Похоже, ее подозрения вспыхнули с новой силой. «А сейчас поиграем в допрос», – как говаривал вожатый Сливко, приступая к пыткам воспитанника.
– Это не опасно и не больно, – прибавил я. – Но в первый момент может напугать. Согласны?
Ну, теперь я «успокоил» девочку настолько, что она стала поглядывать на вторую дверь, собираясь, видимо, задать деру.
– Я только подброшу вам маленькую бяку, – решил уточнить. – Не сойти мне с этого места!.. Хочу поглядеть, как она действует.
«И как поведете себя вы», – следовало бы присовокупить.
– Давай… те, – нехотя согласилась Настя, а Леха только кивнул, взволнованно облизнувшись.
– Это неопасно, – повторил я. – Без паники, да? – И кистевым броском зашвырнул на диван сверточек, развернувшийся еще в полете. – Ап!
Хорошо, что обивка светлая, – я сумел разглядеть черный зигзаг, метнувшийся сперва к ногам девочки. Мгновенно она взвилась в воздух, приземлившись на спинку дивана. В следующий миг зигзаг настиг замешкавшегося Леху и сомкнулся на его щиколотке в плотный браслет.
– Ай! – пискнул он и оглянулся на подружку. Кажется, первым ее порывом было ринуться на помощь. Но тут же Настя зыркнула на меня и хладнокровно расселась на спинке, поджав под себя одну ногу и покачивая второй.
– Всё, всё! – сказал я успокаивающе. – Хуже не будет – игра окончена. Теперь можете разглядеть бяку в подробностях.
К слову сказать, меня она не разочаровала – шустра бестия! И Настена вела себя выше похвал. Особенно хорош был второй ее рефлекс, когда в капкан угодил друг. И в ситуации разобралась мигом.
А Леха уже расслабился, сразу поверив мне, – тоже счастливое качество. Присев в позу «мальчика, вынимающего занозу», он с изумлением разглядывал зверя, осторожно трогая колючие чешуйки. Чуть погодя к приятелю перебралась Настя, тоже заинтересовавшись диковинкой.
– Я назвал его шкурником, – сообщил я, наконец подойдя к ним. – Вообще они охотятся сворой, и там главное – не дать им сомкнуться. Водятся в воде, но, может, не только. Лучше всего ловятся на здоровых дураков вроде меня.
Аккуратно подсовывая отвертку, я разомкнул колечко и снял его с Лехиной ноги, двумя пальцами брезгливо стискивая извивающееся тельце.
– А можно мне? – протянул руку мальчик.
– Это – лишнее, – качнул я головой. – Лучше держись подальше от незнакомых тварей.
Как это, например, делаю я? Хотя они сами меня находят.
– Ладно, – сказал, пряча шкурника в банку, – давайте чаи гонять.
Инесса уже катила из кухни тележку с яствами. На сей раз, в виде исключения, она тоже подсела к столу. Возможно, ей захотелось поиграть в семью, хотя ни один из странной четверки не походил на другого. А если рассадить тут прочих из опекаемой мною Колоды, картинка и вовсе сделается абсурдной. И долго бы я выдержал такое многодетье?
– Под поверхностью развелось ныне столько пакости, что ночи лучше пережидать в укрытии, – заговорил я, поскольку другие молчали. – Хватит, ребятки, порезвились! Ни к чему ждать, пока и среди вас начнутся пропажи. В городе у меня имеется пара хибар, более или менее защищенных, и одну можете занимать хоть завтра. Стволы у вас есть, еще парочку, из серьезных, ссужу я, но – без права выноса, на крайний случай. А вот что вам делать дальше…
Это я представлял туго. Сколько ползунов под землей: десятки, сотни? Даже если б я заделался альтруистом и жизнь посвятил спасению заморышей, чумазых, блохастых, хворых телами и душами, – такую ораву мне не прокормить. А я не добрый самарянин – чего уж там, и близко нет. Одну Колоду еще возьмусь курировать, потому как связан с ней не один месяц. И даже этого могу не осилить.
– И что же? – осведомился Леха, как бы для поддержания разговора. Хотя спрашивал не ради проформы.
– Возможны варианты, – ответил я. – К примеру, могу сгинуть с горизонта – да хоть и завтра. Тогда вам лучше вселиться сюда. Одной Инессе не удержаться тут, а с нею вам будет уютней – уж поверьте.
– А как же вы? – не удержался пацан. – С вами-то что?
– Самому интересно, – ответил я, допивая чай. Снова напялив скафандр, отправился в бойцовский зал и полтора часа уделил закреплению новой манеры боя, с применением усилителей. А в спарринг-партнеры взял храмовника-виртуала, вполне сносно воссозданного Дворецким. И уж погонял меня этот юнец!.. Но к концу тренинга я свыкся с пластиковыми мускулами настолько, что поспевал за шустрым противником, хотя едва-едва.