Прах к праху

Дома в поселке всем своим видом были призваны напоминать чистую и аккуратную рыбацкую деревушку где-нибудь в Новой Англии. Серые с белой отделкой стены, крыши из кедровой дранки, огромные окна. Сами дома, соединенные извилистыми дорожками, торчали то там, то здесь, словно грибы. Фасады всех до единого выходили на реку.
— У меня есть ключи от квартиры Джиллиан Бондюран, — сказала Лиска, сворачивая к одному из домов, — но я на всякий случай позвонила управляющему. По его словам, он видел Джиллиан, когда та уходила из дома в пятницу, во второй половине дня. Думаю, не повредит, если мы поговорим с ним еще разок.
Припарковав машину рядом с первым домом, они с Мосс продемонстрировали служебные удостоверения управляющему, который уже поджидал их. Гил Ванлис. Блондин с жиденькими усиками, высокий и пухлый. Лиска дала ему на вид лет тридцать пять. Поверх синей формы охранника наброшена куртка. Он напомнил школьного качка, который забросил спорт, и теперь основным занятием для него стали многочасовые бдения перед телеэкраном с банкой пива в руке и пачкой чипсов.
— Значит, вы детективы, — сказал он, стрельнув поросячьими глазками в Лиску, причем интерес к ее персоне, похоже, был исключительно сексуального характера. Кстати, глаза были разного цвета: один — голубой, другой — дымчатый, как топаз.
— Да, мы детективы, — улыбнулась в ответ Лиска.
— По-моему, это круто, когда детективами работают женщины. Я подрабатываю охранником в «Таргет-центре», — произнес он с чувством собственного достоинства. — Сами понимаете, слеты, концерты, конференции и все такое прочее. У нас там в штате тоже есть парочка девиц. И это здорово. То, что теперь у вас больше власти.
Лиска была готова поспорить на какую угодно сумму, что в компании собутыльников этот тип говорит совершенно иные вещи, одаривая женщин такими эпитетами, какие лично у нее не повернулся бы произнести язык. Этот тип мужчин она угадывала с первого взгляда.
— Значит, вы там подрабатываете охранником, а здесь присматриваете за жилым комплексом?
— Все верно. Дело в том, что моя жена — мы не живем вместе — работает в здешней управляющей компании. Лишь благодаря этому мы и получили тут дом, потому что, скажу я вам, за те деньги, какие тут сдирают с людей, это просто нереально. Владельцы полагаются на меня. У жильцов постоянно возникают проблемы: то с трубами, то с электричеством, не одно, так другое… Я слежу за тем, чтобы все вовремя чинили. Уже пригласил слесаря, чтобы он поменял замки в доме мисс Бондюран. И вообще, держу ухо востро. Подрабатываю этаким неофициальным охранником. И люди это ценят. Они знают, что я на работе, что у меня есть соответствующая подготовка.
— А где тут дом мисс Бондюран? — спросила Мосс, как бы намекая, что хватит трепаться.
Ванлис пронзил ее недовольным взглядом, и его и без того крошечные глазенки сделались как бусинки.
— Я тут вчера уже разговаривал с детективами, — произнес он, как бы показывая, что она не слишком похожа на стража законности и порядка — не то что Лиска.
— Да, мы с повторной проверкой, — ответила та. — Сами знаете, как обычно бывает.
Впрочем, было видно, что он понятия не имеет о работе полиции, кроме тех крох, которые почерпнул из телесериалов или чтения дешевых бульварных журнальчиков. Некоторые идут на сотрудничество тогда, когда чувствуют, что тоже вовлечены в общее дело. Другие же требуют разного рода доказательств того, что ни само преступление, ни расследование никоим образом не скажутся на их жизни.
Ванлис извлек из кармана куртки связку ключей и повел их за собой по тротуару.
— Я когда-то подавал заявление о приеме в полицию, — признался он. — Но тогда шло сокращение штатов. Сами знаете, денег лишних нет, бюджет вечно урезают.
— Это точно, — откликнулась Лиска, делая сочувственное лицо. — Впечатление такое, что нам вечно требуются хорошие люди. Но из-за недостатка средств их не берут. Вот такая закавыка.
Ванлис согласно кивнул — мол, можете мне не рассказывать.
— Вот и я о том же. Да вы и сами это лучше меня знаете.
 
— Это да. Страшно представить, сколько парней, из которых вышли бы замечательные полицейские, — как, например, вы, — сейчас заняты другим делом. А жаль.
— Да, думаю, из меня вышел бы неплохой коп, — произнес Ванлис, и в голосе прозвучала застарелая горечь. Это как старое пятно — сколько ни стирай, оно все равно останется.
— Кстати, а вы хорошо знали дочку Бондюрана?
— Еще как! Постоянно ее тут видел. Правда, она не была любительницей поговорить. Замкнутая такая. Я слышал, это ее убили? В новостях точно не говорили, но, скажите, это все-таки она или нет?
— Сначала нам нужно получить ответы на кое-какие вопросы.
— А еще я слышал, что якобы есть свидетельница. Вот только я одного не могу понять — свидетельница чего? Она видела, как он ту женщину убивал, или что? Представляю себе, что за зрелище… Просто дрожь берет.
— Я не имею права разглашать подробности, — ответила Лиска, как будто извиняясь. — Даже если бы хотела. Но у вас у самого похожая работа, так что сами понимаете.
Ванлис кивком изобразил фальшивое понимание.
— Вы видели ее в пятницу? — спросила Мосс. — Я имею в виду Джиллиан Бондюран.
— Да, примерно в три часа дня. Я как раз решал проблему утилизации мусора. Моя жена пыталась пропустить через измельчитель спаржу. Это надо же до такого додуматься… А еще окончила колледж. И где, спрашивается, были ее хваленые мозги?..
— Мисс Бондюран, — напомнила ему Мосс.
Ванлис вновь сощурил разноцветные глазки.
— Я посмотрел из окна кухни. И увидел, что она куда-то уезжает.
— Одна?
— Одна.
— И после этого вы ее уже больше не видели?
— Нет, — ответил Ванлис и повернулся к Лиске. — Верно говорят, что этот псих ее сжег? Крематор, ну и имечко, это надо же! — произнес он, и его глаза вспыхнули нездоровым огнем. — И куда катится этот город!
— Вы это знаете не хуже, чем я.
— Это все потому, что близится двухтысячный год. Лично я такого мнения, — предположил он. — Иначе с чего бы это у людей вдруг начала съезжать крыша, причем с каждым днем все сильнее и сильнее? Потому что в такое время живем. Одно тысячелетие заканчивается, другое начинается…
— Тысячелетие, — буркнула Мосс и посмотрела на глиняный горшок с увядшими хризантемами на крыльце дома Джиллиан Бондюран.
— Все может быть, — вздохнула Лиска. — В общем, с богом!
— С богом, — саркастически отозвалась Мосс.
— Увы, слишком поздно для мисс Бондюран, — хмуро произнес Ванлис, поворачивая в замке ключ. — Вам требуется моя помощь, детектив?
— Нет, благодарю. Сами знаете, правила и все такое прочее, — ответила Лиска, поворачиваясь лицом, чтобы он не вошел вслед за ней в дом. — Вы когда-нибудь видели мисс Бондюран в обществе хороших знакомых? Друзей? Бойфренда?
— Я время от времени видел здесь ее отца. Потому что дом принадлежит ему. И никаких бойфрендов. Лишь подругу, да и то нечасто. Я имею в виду, подругу как друга, а не что-то другое.
— Это какая-то конкретная девушка? Вы знаете, как ее зовут?
— Нет. Потому что она тоже не слишком-то общительная. Даже сказал бы, злюка. С виду похожа на подружку байкера, но это только с виду. А вообще, я с ней практически не общался. Я имею в виду мисс Бондюран. Обычно она бывала одна и почти никогда не разговаривала. Здесь вообще была как чужая. Потому что среди местных жителей студентов практически нет, да и одевалась она, скажу я вам, малость странновато. Вся в черном и в армейских ботинках.
— А не было случаев, когда бы вам показалось, что она слегка не в себе?
— Вы хотите сказать, как под действием наркотика? Нет. А что, она принимала наркотики?
— Я всего лишь проверяю возможные версии, вот и все, как и моя напарница…
Поблагодарив за помощь, она дала Ванлису свою визитку и попросила позвонить, если он вдруг вспомнит что-то такое, что могло бы помочь следствию. Намек был понят. Ванлис хотя и с явной неохотой, однако попятился от двери. Правда, при этом он вытянул шею, пытаясь разглядеть, чем занимается внутри дома Мосс. Помахав ему на прощание рукой, Лиска захлопнула дверь.