Военное дело для чайников (СИ)

Для примера пробегусь по попавшимся под руку штатам римской (времён принципиата) и македонской пехоты.
Деканы (decanus. На самом деле ну какой из него командир? Тактической самостоятельности у него ни на ноготь, скорее просто административная должность) кроме собственной глотки никаких сигнальных средств не имели вообще. Центурионы (вообще все) уже имели в распоряжении трубачей (tubicines), а легат и легионные трибуны — ещё одного трубача (bucinator) и штат… Правильнее назвать этих ребят не курьерами, а кем-то типа адьютантов. Короче, optiones tribuni.
В македонской армии интереснее. Командиры от таксиса (128 бойцов) и ниже опять таки полагались лишь на своих голосовых связок. А вот с синтагмой (2 таксиса, 256 копий) всё очень странно. По идее к ней приписаны знаменосец, трубач и курьер, которые пик не имеют, в строю фаланги не стоят, а занимаются своим делом где-то за широкими спинами товарищей. А вот командир — синтагматарх(Ну и слово! Попробуйте проговорить «Товарищ синтагматарх, разрешите обратиться!» и не сбиться!) должен стоять в строю в первом ряду крайним справа. И, соответственно, доораться до трубача с курьером не может от слова никак. Так что скорее всего эти ребята находились в ведении заместителя командира (Тут какая-то путаница, потому что его называют урагом — но ведь ураг это 16-й боец в колонне — лохе. Как так — честно, не знаю). Ну и, чтобы не обрывать рассказ на уровне такого маленького отряда, добавлю, что командиры более крупных соединений так же имеют набор из трубача и курьера.
А теперь ещё немного об особенностях некоторых способов связи.
При использовании звуков трубы/барабана различные команды кодируются разными мелодиями. Сигналов немного («Тревога», «атака», «отход», «сбор» и т. п., всего порядка десятка) и их достаточно легко запомнить. Проблему с радиусом слышимости (напомню, достаточно многочисленная армия запросто может растянуться по фронту на полтора-два километра) можно решить, обязав трубачей, приписанных ко всем отрядам, повторять полученные сигналы. Хорошо? Да как бы ни так!
— По каким-то причинам (из-за шума битвы, например) кто-то из командиров отдельных отрядов может не расслышать сигнал. В принципе, не такая большая беда — командующий, увидев бездействующий отряд, всегда может приказать повторить сигнал.
— А вот тут уже серьёзная трудность. Таким способом невозможно указать, кому именно адресован приказ — его можно отдать либо всей армии сразу, либо никому. Немного облегчить ситуацию можно установив разные сигналы для разных родов войск (например, свои мелодии для конницы и свои — для пехоты). Но полностью проблему это не снимает, так что придётся полагаться либо на заранее доведённый до всех офицеров план, либо на курьеров.
Сигнальные флаги, кстати, страдают от той же беды. Но там (я сейчас говорю в первую очередь про флот как основного «пользователя» такой системы связи) есть возможность набрать буквами (Вспоминаем международный свод сигналов. Он, конечно, современный — но ничто не мешало древним адмиралам разработать его аналог!) название корабля. А потом вывесить для него флаг-команду.
— Командир отдельного отряда может попасть в неловкую ситуацию, подавая сигналы через своего трубача. Соседи то не отличат его на слух от командующего и не смогут понять, что их приказ не касается. Возможные решения: 1. Дать трубачу командующего инструмент, явно отличный по звучанию от всех остальных (В римских легионах, кстати, так и было. Трубач легата был «вооружён» иначе, чем трубачи центурий.) 2. Ввести особый сигнал «внимание на меня», после подачи которого, скажем, помахать знаменем отряда, давая тем самым понять от кого будет исходить приказ. Ну а дальше — как обычно.
На том пока всё. И на прощание напомню одну хорошую фразу, даром что из современности: «Оружие младшего офицера — бинокль и рация, а старшего — карта и карандаш». Так что напоминаю — если в вашей свите состоит придворный маг — обязательно прикажите ему изобрести рацию. Это будет высшим достижением военной магии, точно-точно!
 
 Achtung! Это засада! 
Строго то, что написано в заголовке. Сегодня я хотел бы поговорить об этом во многом замечательном тактическом приёме. Почему замечательном? Потому что его правильное использование гарантирует преимущества:
— Внезапности.
— Заранее выбранной, подготовленной и (надеюсь!) выгодной позиции для «нас».
— Опять же, заранее выбранной нами и (хотелось бы!) максимально некомфортной позиции для «них».
На выходе это должно позволить нам одержать победу с наиболее выгодным соотношением потерь или одержать её хоть как-нибудь над заведомо превосходящими силами противника. Впрочем, это всё наши мечты, а теперь посмотрим как всё это организовать и как в это не вляпаться самому.
Вообще, в сознании современного человека накрепко засело, что засады организуются только и исключительно против противника, совершающего марш. Это не так. В описываемую эпоху подобные действия предпринимались в ходе сражения. Под удар засадного отряда во фланг/тыл противник подводился путём ложного отступления союзных частей.
Опять же, есть мнение что засады — это сугубо орудие «малой войны» и устраиваются против разведотрядов, фуражиров и прочих обозов. Тоже нет. Лично я навскидку могу вспомнить пару случаев, когда в засаду попадала целая армия. Согласен, чтобы такое сработало нужно просто феерическое везение раздолбайство со стороны противника. Но это было!
Ладно, перейдём к делу, а именно к тому, как следует организовать эту самую засаду. Нам потребуется:
— Определить предполагаемый маршрут продвижения противника. Обычно это делается на основании данных разведки о его планах, но в принципе определённый маршрут можно и навязать. Например, отправив небольшой подвижный отряд с задачей атаковать и потом увлечь за собой противника именно туда, где его ждёт сюрприз.
— Выбрать место, удобное для внезапного нападения. Оно должно обеспечивать как скрытность засады, так и максимальную реализацию наших преимуществ. К примеру, если наша главная сила — стрелки, лучше разместить их на обрывистых склонах, где им не смогут навязать рукопашный бой. Если конница — противника лучше подловить на твёрдой ровной почве, удобной для разбега лошадей. Если же наоборот, мы хотим атаковать конницу пехотой — выбрать болота или буреломы. Так же хорошим выбором станет место, на котором противнику будет сложно развернуться в боевой порядок или отступить. Узкая дорога, проходящая через труднопроходимую местность (лес, горы, болота) будет в самый раз.
— Скрытно (Скрытно, хвостом по голове! Засада, про которую противник знает, не лучше… Эм… Фекальных масс.) занять выбранную позицию. И лишний раз напомнить бойцам, что курить, разводить костерки и вырезать на придорожных деревьях уличающие врага в содомии надписи категорически низя. Вот совсем никак.
— По возможности оборудовать позиции в инженерном отношении. Установить управляемые мины замаскированные ямы-ловушки, подпилить деревья чтобы в нужный момент уронить их поперёк дороги, натаскать на нависающие над этой самой дорогой скалы побольше валунов… Короче, подготовить противнику побольше неприятных сюрпризов.
— Выставить на подходе своих разведчиков, которые заранее предупредят нас о приближении противника.
— Выслать (если это предусмотрено нашим планом) отряд-приманку, который будет заманивать противника под удар основных сил.
— Ждать гостей.
Просто? На бумаге — да. В жизни противник тоже не дурак, прочитал все эти пункты и смутно догадывается, чего от нас ждать. А значит и постарается принять меры предосторожности.
И так, что нужно, чтобы не попадать в засады? Правильно, организовать охранение на марше. А для этого отправить вперёд и по флангам от основных сил дозоры. Обычно лучше всего для этого подходят отряды лёгкой кавалерии (Она же в составе армии вообще есть, правда⁈) или (если кругом уж совсем одни скалы да буреломы) легковооружённой пехоты. Задачей этих отрядов станет как раз обследование предполагаемого маршрута на предмет наличия присутствия этих самых засад. С наискорейшим докладом об обнаружении оных, да (Заметка! Ещё раз напомнить придворному магу про изобретение рации!). При этом просто довольно проехаться по дороге впереди армии мало. Нужно именно что заглядывать за каждый холм и в каждую рощу, где может урываться противник.