Другая (СИ)

— Вы идиот или только притворяетесь? Это было по-ку-ше-ни-е, кинжал лишь чудом не вспорол мне брюхо, задумайтесь!
— Женщинам свойственно преувеличивать…
— Ах преувеличивать? — я была очень зла. Резкими рывками начала развязывать шнурки корсета. Сегодня я была одета не по моде: в юбку и рубашку, закреплённую укороченным корсетом со шнурками впереди. — Преувеличивать, говорите?..
— Прекратите это! — прикрикнул принц, но меня было уже не остановить. Скинув корсет, я приподняла рубашку, оголяя не до конца рассосавшийся шрам.
— А теперь подумайте, какой глубины был порез, если даже спустя столько времени шрам выглядит столь отвратительно? Ваш брат делился со мной кровью, потому что моей во мне было до преступного мало! — пусть знает! Пусть знает, и не смеет больше делать поспешных выводов!
— Что?.. — он, не отрываясь, смотрел на мой живот.
— Он не сообщил вам? А я думала, он докладывает вам о всех моих передвижениях! — оправила рубашку.
— Этот момент он не осветил.
— Так вот, дорогой жених — это было покушение. И я удивлена, что на Армиору ещё не пошли войной.
— Вы хотите войны?
— Нет, но она точно будет, если с вами что-то случится. Мне бы не хотелось овдоветь ещё до свадьбы, ко всему прочему, вы лишаете страну наследника столь опрометчивыми решениями. Оставьте хотя бы брата, или королевство осиротеет. — Ах, так вас это волнует, — снова сделал какие-то свои выводу Аран. — Что я забираю с собой Дара и лишаю вас воздыхателя?
— Как же вы непробиваемы, — я в школе смотрела на наследника Прозии, её надежду, её будущее. — Вы совершенно не подходите на роль будущего короля…
— Это не ваше дело!
— Моё! Вы — моё дело, ваше будущее — моё дело, будущее этой страны — моё дело! Я не хочу смотреть, как всё вокруг рушится только из-за того, что вы слишком упрямы!
— Моё решение не изменится, — принц поднял мой корсет. — Подойдите, я помогу вам одеться.
Молчаливая и раздражённая, я сверлила его взглядом, а он невозмутимо и до раздражающего умело затягивал шнурки на моей груди.
— Вы что-то говорили мне о моей развращенности, а сами затягиваете корсет, чуть ли не лучше, чем я.
— Это скорее вопрос к вам, почему к своим годам вы всё ещё не умеете затягивать корсет. И я ничего не говорил про вашу развращённость, — он очень сосредоточенно вставлял шнурки в петельки.
— Но точно думали. Даже сейчас, уверена, не отступились от этого убеждения. И мне не так часто приходилось самостоятельно одеваться в это пыточное устройство.
— Вы намекаете, что мне приходилось? — он хмыкнул.
— Вы понимаете, о чём я, — не поддалась на провокацию.
— У меня были женщины, много женщин. И в будущем я не планируй от них отказываться, — он закончил с завязками и отступил.
— С последним посмею не согласиться, — поправила аккуратный бантик, — в будущем у вас не будет женщин. У вас будет только одна единственная женщина, — сказала, с вызовом смотря в его удивлённые глаза, и быстро вышла из кабинета.
  
Глава 9
 
Доверяй, но проверяй.
Народная мудрость
Он уехал, забрав с собой брата. Никакого здравомыслия! Хотелось рвать и метать — да как вообще можно так подставлять своё королевство? Самоуверенность — не лучшая черта для будущих правителей.
Королевская чета была до противного спокойна, супруги были уверены, что их сыновьям ничего не грозит. И с чего бы?
Одинаковые дни осточертели, пора было выбираться из своей норы и осматривать будущие владения. Надеюсь, хозяйкой я стану ещё не скоро…
— Тор, — подозвала к себе мужчину, когда читать уже не было сил. — У вас есть место для тренировок?
— Да, ваша светлость. Мы тренируемся вместе с гвардейцами его величества.
— И как?
— У них иной стиль боя, для нас очень полезно.
— А где тренировался кронпринц?
— Оба принца тренируются с остальными, часто они следят за воинами и помогают в познании тех или иных приёмов.
 
— Понятно… Проводи меня туда, — отложив книгу в сторону, поднялась.
— Пойдёмте.
Идти пришлось довольно долго, вся воинская часть находилась в отельном крыле дворца, дабы шум не беспокоил господ. Что же, логично, однако путь от этого короче не становился.
Когда мы пришли на место, я осознала ещё одну причину столь дальнего расположения: мужчины сражались, сверкая обнажённым торсами. О да, нежные дамские умы бы не выдержали такого зрелища… Как хорошо, что мой ум вовсе не нежный.
— Пойдём, Тор, мне всё понятно. Передай Градису и Забу, что с завтрашнего дня я буду посещать ваши тренировки.
— А что на это скажет ваш жених?
— А он не узнает!
Сам укатил куда-то, ещё и запрещать мне что-то будет? Нет уж!
Мой путь шёл прямиком к покоям королевы — с женщиной я договорюсь быстрее, а уж она-то найдёт способы влияния на своего мужа.
— Ваше величество, — присела в глубоком реверансе. — Я бы хотела поговорить с вами об одном очень важном деле. Наедине.
С тихими вздохами придворные кумушки покинули покои Серены.
— Мы одни, дорогая, говори, что ты хотела.
— Я прошу у вас дозволения, — дождалась заинтересованного поднятого взгляда и продолжила: — мне бы хотелось тренироваться искусству самообороны в рядах королевских стражников.
— Какой вздор! — возмутилась королева, но глаза её заинтересованно заблестели.
— Если это невозможно, я не буду настаивать… — разочарованно опустила голову, плечи задрожали: я тоже умею играть в эти игры.
— Ну почему же? — она отложила вышивку и сложила руки на коленях. — Это возможно, хоть и трудно выполнимо. Полагаю, моему сыну не стоит знать об этом вашем желании.
— Не стоит, — кивнула.
— Ваша фигура — плод усиленных тренировок? Они для того нужны, чтобы держать себя в форме? — я не стала отвергать эту теорию, но и не соглашалась с ней, чтобы не быть уличенной во лжи. — Придётся тебе притворяться кем-то иным, нежели герцогиней. Будущей королеве не пристало махать мечом вместе со стражниками, — она замолчала на время, раздумывая. — Впрочем, в период войны, твой интерес послужит хорошим стимулом для воинов. Возможные успехи будут воспеваться, тебя будут вспоминать для поддержания духа перед каждым боем. А это очень укрепит твои позиции, — политика! Я с трудом сдержала смешок. — Что же, я поговорю с его величеством… Жди его вердикта завтра до полудня, дорогая невестка, — и она отвернулась, словно потеряв ко мне всякий интерес. Вот они — тонкости общения с подданными. Ты — статуя, холодная и отстранённая, все твои мысли о том, как возвысить королевство, все твои действия для того, чтобы твоя страна процветала.
Присев в реверансе, я развернулась и вышла из комнаты. На повестке дня — выбор тренировочного костюма и способа маскировки, осталось только дожить до завтра.
Враки, что аристократы спят до обеда. Его величество ждал меня уже в восемь утра, давно проснувшись и завершив половину дел, запланированных на день.
— Признаться, когда королева рассказала мне о том, с чем ты к ней вчера обратилась, я потерял дар речи. Однако она поделилась со мной своими мыслями, и я не смог с ней не согласиться. Расскажи и ты мне, что же твориться в твоей головке.
— Я не буду вам врать, но и всей правды сказать не могу, — прикрыла глаза, избегая испытующего взора Марана. — Дома я приступила к тренировкам сразу после болезни, я обязана уметь защитить себя, обязана уметь защитить своё право на жизнь. Я хочу быть лучше во всём, меня нельзя осудить за это. И я не хочу уступать другим только лишь потому, что я женщина.
— Женщина навсегда останется женщиной, как бы она не старалась. Но ты можешь стать сильной женщиной, и в этом ты абсолютно права. Я даю тебе добро, но уверен, что реакция моего сына будет крайне отрицательной. Сама справляйся с этим делом, я лишь попрошу у своих военачальников принять тебя и не распространяться. Простые вояки вряд ли знают, как выглядит будущая кронпринцесса, а те, кто знают, будут молчать.