Темный рыцарь солнечного местечка (ЛП)

— И-интересно, ня!.. Отношения между Вали и Секирютей-чином не как у соперников, а словно полный шуток сундук! 
Обезьяна и кошка засмеялись, не в силах больше сдерживаться… Они столько смеются, что мне хочется вышвырнуть их отсюда. 
Похоже, Сюаньцзан Саньцзан тоже не знает, как реагировать. 
— Вот как. Заходить настолько далеко вовсе ненужно, вам не кажется? В любом случае сегодня я выслушаю Небесного Дракона-доно. 
И консультация Сюаньцзан Саньцзана продолжалась еще часа два. 
— Я сделаю вам лекарство, поэтому, пожалуйста, подождите немного. 
Консультация окончилась, и Сюаньцзан Саньцзан занялся приготовлением лекарства, смешивая сушеные лечебные травы во флаконе, который он достал с полки. 
Его речь была просто восхитительна. Хотя его собеседником являлся не просто дракон, а крайне редкий Небесный Дракон, он с радостью проконсультировал его, принимая во внимание особенности вида. 
Альбион от начала и до конца говорил с ним, не прерываясь ни на секунду, и высказал свои волнения. В этой ситуации даже Вали со спокойным сердцем доверился консультации. 
Около тридцати минут прошло с того момента, как Сюаньцзан Саньцзан начал смешивать лекарство. Когда он закончил, Вали получил бумажный пакет с ним. Сюаньцзан Саньцзан рассказал о лекарстве: 
— Вам нужно приложить растворенный в воде коричневый порошок к тому месту, откуда появляется Святой Механизм, другими словами, к спине. Думаю, этого хватит. Эффект будет, даже если просто положить сваренный темно-коричневый лист в рот. Он расслабляет и успокаивает. 
— Если выпью настойку, все будет в порядке? 
— Да, ее должно хватить. Когда лекарство закончится, приходите еще. 
Обменявшись со стариком парой-тройкой слов, Вали внезапно сказал: 
— Мне бы хотелось время от времени приходить сюда, чтобы вы выслушали Альбиона, но из-за тумана не знаю, сможем ли мы каждый раз приходить в оговоренное время. 
Слова Вали уместны. Мне реально не хочется из-за тумана бродить в недоумении несколько часов. 
Сюаньцзан Саньцзан ответил: 
— Все потому, что здесь проходит грань между обычным миром и тайным поселением ёкаев-сэннинов. Туман, окружающий это место, создан особой техникой, чтобы незрелые и злые ёкаи не доставляли хлопот миру людей. Слабым магам и ёкаям достаточно лишь дотронуться до него, чтобы туман начал воздействовать на их тело и дух. То, что вам удалось передвигаться в нем, — доказательство вашей немалой силы. Позже я покажу вам дорогу, где другим сэннинам будет непросто вас обнаружить. Прошу, в следующий раз воспользуйтесь ею. 
Выходит, этот туман обладает таким эффектом. Вот из-за чего мы не могли воспользоваться своими силами по-полной. 
Но я и представить не мог, что по ту сторону тумана окажется мир ёкаев-сэннинов… Я слышал, что в глубинах гор есть подобный мир, но даже не догадывался, что он здесь. Для нашей группы, ищущей сильных врагов, это, наверное, хорошие новости. Уже от одного лишь разговора их боевой дух слегка поднялся. 
— Разве это не твоя родина? Тебе бы следовало знать, ня, — подталкивала кошка обезьяну. 
Мартышка улыбнулась, почесывая голову, чтобы уйти от вопроса. 
— В этом мире есть много тайных мест, где живут ёкаи-сэннины. На моей родине не было такого тумана. В моей деревне были лишь мирные идиоты, только я вышел сорванцом, что выделялся среди них. Похоже, ёкаи-сэннины здесь слегка свирепы. 
Увидев реакцию Бико, Сюаньцзан Саньцзан тихо засмеялся: 
— Ты и вправду похож на первого. Мне с самого начала так показалось. Особенно напоминает его твое улыбающееся лицо. 
Услышав это, мартышка сделала озадаченное лицо. 
— С-серьезно, монах-сама?! Хотите сказать, что я стану таким же, как этот обезьяний старик?!. 
 
Сдается мне, на самом деле его похвалили, но раз уж эта обезьяна поистине глупа, слова Сюаньцзан Саньцзан его шокировали. А должны были тронуть. 
…И тут кошка навострила уши, а Артур, тихо наблюдавший за происходящим, с ухмылкой посмотрел в сторону входа. 
…Я тоже чую. По другую сторону кто-то есть. Два загадочных существа постепенно приближаются к хижине. 
Все это заметили и насторожились. 
В одно мгновение двое, стоящие напротив двери, нарушили тишину: 
— Выходи! 
— Выходи! 
Прозвучали два мужских голоса. Они пытались позвать хозяина этой хижины. 
Кажется, Сюаньцзан Саньцзан знал, кому принадлежат голоса, и потому слегка рассмеялся. 
Монах вышел из хижины, распахнув дверь, и мы последовали за ним. Снаружи нас ждали… два человекоподобных ёкая в броне военачальников древнего Китая. Оба выглядели одинаково. У обоих были торчащий изо лба рог, длинные и острые когти, большие глаза и рты с выступающими клыками. Ростом они с обычного мужчину. 
На броне одного было выгравировано «Золото», а у другого — «Серебро». 
Оба вели себя напыщенно — встали в позу и прокричали нам: 
— Я не кто иной, как великий Кинкаку! 
— Я не кто иной, как великий Гинкаку! 
Они стояли с гордыми лицами, будто говоря: «Отлично справились». 
Увидев их, Вали ухмыльнулся, а удивленная мартышка положила руку на лоб. 
— …Серьезно? Ни за что бы не подумал, что встречу их здесь… Это же Кинкаку и Гинкаку!.. 
Братья-ёкаи, упоминаемые в «Путешествии на Запад»: Кинкаку и Гинкаку. Скорее всего, они не фальшивки, а настоящие. Ёки, окружающая их тела, сильна, и я вообще не чувствую, чтобы они были открыты для атак, хоть и корчат непонятные позы. 
При виде них Сюаньцзан Саньцзан улыбнулся. Он словно готовился к появлению озорных юнцов. Судя по всему, они пришли не в первый раз. 
— Ах, уж не Кинкаку и Гинкаку ли это? Снова пришли убить время? 
Увидев улыбку монаха, князья бесстрашно рассмеялись: 
— Ка-ка-ка, ты в последний раз говоришь так с нами, Сюаньцзан! 
— Ши-ши-ши, сегодня последний день, когда ты можешь позволить себе подобное, Сюаньцзан! 
Оба встали в позу, будто собирались драться с Сюаньцзан Саньцзан. 
Мартышка вышел вперед вместо него. 
— Не могу поверить. Кто бы мог подумать, что повстречаю их… Что собираешься делать, Вали? Будем сражаться? — спросила обезьяна у своего лидера, но парочка среагировала на появление Бико, озадаченно посмотрев на него. 
— Ах ты, шпионишь на Великого Мудреца, Равного Небу? 
— Нет, брат. От него исходит та же ки, что и от Великого Мудреца, Равного Небу! 
Похоже, они поняли, кто эта мартышка на самом деле. Одинаковая ки. Если судить по ней, все именно так. Можно сказать, это вполне естественная реакция для тех, кто знает первого Сунь Укуна. 
— Ну, такое можно и не скрывать. Я потомок-сама Сунь Укуна. 
Мартышка строила из себя кого-то важного, словно не его недавно шокировали слова о схожести с Первым. …Хитрая обезьяна. Как и думал, он худший из нас. 
Вали шагнул вперед и сказал двум ёкаям: 
— Как раз вовремя. Кинкаку, Гинкаку, я кое о чем хочу вас спросить. 
Может, из-за ки Хакурюко, но оба посерьезнели. 
— Нгх, брат. У этого дракона необычная ки! 
— Верно, брат. У этого дракона ненормальная ки! 
Видимо, они поняли силу мужчины по имени Вали, даже не сражаясь. Чего и следовало ждать от ёкаев из легенд. 
Не обращая внимания, Вали задал им вопрос: 
— Я ищу гору, на которой появляется принц Нэчжа. Мне бы непременно хотелось, чтобы вы рассказали, если знаете. 
Да, принц Нэчжа. Один из сильных врагов, за которым Вали и все мы охотимся. Божество, появляющееся в двух из четырех известнейших китайских фантастических романов: «Путешествии на Запад» и «Возведении в ранг духов». Воитель, обладающий множеством артефактов и вышедший победителем из всех битв. 
С точки зрения силы, он считается равным или даже превосходящим первого Сунь Укуна. До нас доходили слухи, что иногда он спускается с горы Меру и появляется в глубине гор где-то в этой стране.