Темный рыцарь солнечного местечка (ЛП)

«Разве Вали проиграл лидеру фракции Героев — Цао Цао — не из-за того, что многочисленные непристойные поступки Секирютея повлияли на здоровье Альбиона?» — шутливо говорили кошка с обезьяной. …Даже мне кажется, что такое вполне возможно… или же я придаю этому слишком большое значение? 
Пока меня беспокоили подобные мысли, выглядевшая уставшей кошка жаловалась обезьяне: 
— Вообще, разве это не твоя вина Бико, что нам приходится идти через туман из-за твоего слишком слабого сенджуцу? 
— Эй, пытаешься промолчать про свое бесполезное сенджуцу и обвинить лишь меня, Курока?! Почему бы тебе не использовать свое никчемно большое вымя, как одна Принцесса-переключатель, чтобы выстрелить направляющим лучом и осветить туман перед нами?! 
— Что ты сказал?! Я не хочу, чтобы ты даже сравнивал мои прекрасные груди с этими штуковинами, похожими на какой-то непонятный генератор энергии! 
Два идиота — кошка и обезьяна — заспорили, уставившись друг на друга. …Подобное происходит постоянно. Эти двое всегда спорят о пустяках, портя атмосферу в нашей группе. 
[…Г-груди… хаа-хаа… Риас Гремори рядом?..] 
— Успокойся, Альбион. Риас Гремори здесь нет. Ее груди в твоей голове? Твой голос дрожит... 
Альбион, услышавший разговор кошки с обезьяной, ни с того ни с сего тяжело задышал. Даже лицо Вали стало слегка серьезнее из-за случившегося со своим партнером. 
Похоже, болезнь Альбиона довольно серьезна. Будет лучше, если мы как можно скорее покажем его консультанту. 
!.. 
…В тот же момент я почувствовал впереди чье-то присутствие. Это не то неопределенное и тревожное ощущение, витающее в тумане, а присутствие кого-то. Вероятно, все члены группы почувствовали это и посмотрели в том направлении. Я тоже тихо взглянул вперед. 
Из тумана постепенно показался силуэт. Оттуда, разгоняя туман, показался… пожилой мужчина в таоистском одеянии. 
Его лицо выглядело добрым, и он спросил: 
— Вы и есть те самые? Я уже слышал о вас от Всепобеждающего Будды — Сунь Укуна. 
Похоже, человек, которого мы искали, — консультант — показался первым. 
─○●○─
Местом, куда он нас привел, оказалась простецкая хижина, сделанная из камня. Внутри тоже сплошь простота, только необходимые для повседневной жизни принадлежности. 
Все довольно старое и сделано из материалов вроде дерева и бамбука. Единственное металлическое — ножницы и небольшой чайник. 
— Прошу, проходите сюда. 
Мужчина отвел нас в комнату, где стояла кровать для обследований. Вали сел перед ним, а я отошел в угол. Леди Ле Фэй тихо стояла рядом со мной. 
Затем мой взгляд пал на этого человека. …Он довольно спокойный. А из-за столь же спокойных движений от его тела исходит мирная аура. 
— Ну а теперь начнем? Пожалуйста, покажите свою спину. Небесный Дракон-доно ведь там, верно? 
Мужчина положил свою ладонь на спину Вали — туда, откуда появляются крылья света. 
— Я прошу вашей помощи, Чжаньтанонгдэфо-доно. 
Услышав слова Вали, он улыбнулся. 
— Ох, вам не нужно произносить мое имя столь формально. 
— Тогда Сюаньцзан Саньцзан-доно, мне так стоит вас называть? 
Мужчина, которого когда-то звали монахом Сюаньцзан Саньцзаном, покивал головой в ответ. 
— Фу-фу-фу, не стоит добавлять Саньцзан. Просто Сюаньцзан, — сказал он, мирно улыбаясь. 
Нет, возможно, будет точнее называть его бывшим монахом Сюаньцзан Саньцзаном. 
Верно, этот мужчина — известный монах, появляющийся в романе «Путешествие на Запад». Верховный жрец, отправившийся в Индию с первым Сунь Укуном, одним из пяти драконьих королей Ю-Лонгом и своими учениками, чтобы получить священные тексты. 
Он сумел успешно доставить их домой и стал Буддой за свои многочисленные достижения. Но чтобы он в одиночестве тихо жил на этой скрытой горе, окутанной таким плотным туманом… 
Этот Будда и есть тот консультант, которого посоветовал нам первый Сунь Укун для Альбиона. 
[Душевное расстройство Небесного Дракона… А, есть один хороший человек. Я с ним поговорю.] — сказал Секирютей Драйг, тоже получающий консультации где-то в другом месте. 
 
Альбион попросил, чтобы у него и Драйга были разные консультанты. 
— Что ж, а теперь давайте немного побеседуем, Исчезающий Дракон-доно. 
[…Я в вашем распоряжении.] 
— Вас, как его владельца, я тоже спрошу о состоянии Небесного Дракона-доно. 
— Конечно. 
И началась необычная консультация Хакурюко с Сюаньцзан Саньцзаном. 
Сперва Альбион объяснил, почему ему в последнее время нездоровится и какова для этого причина. Он равнодушно рассказал о том, в каком состоянии оказался его заклятый соперник, как это его шокировало и опечалило. 
Словами не передать его нынешнее состояние. Все-таки один из двух Небесных Драконов говорит кому-то о своих проблемах. Такого вообще не должно быть. Сильнейшее среди всех живых существ создание — дракон, — которое называют воплощением силы и гордости, изливает душу… Я в самом деле не знаю, что и сказать. 
Сюаньцзан Саньцзан выслушал и кивнул. 
— Понятно, ваш заклятый враг очутился в ситуации, где он связан с женскими грудями, и с каждым днем положение лишь ухудшается. И потому вы впали в тоску и депрессию. 
[…Если бы дело было лишь в этом, я бы мог просто проигнорировать красного. Но это коснулось даже меня… Скандинавский верховный бог назвал меня… К-Кецурюко… уууу, уооооо…] 
…Это настолько печально, что просто не могу смотреть. Легендарный дракон, Хакурюко, истерично рыдает. 
Даже нынешний Хакурюко — Вали — молча закрыл глаза. Вероятно, ломает голову над тем, что бы хорошего сказать партнеру. 
Честно говоря, даже у меня смешанные чувства. Кошка и обезьяна отвернулись в сторону и, кажется, еле сдерживаются от смеха… Их реакция как всегда вульгарна. 
Сюаньцзан Саньцзан вежливо ответил, выслушав историю Альбиона: 
— Прожив практически вечность и впервые столкнувшись с подобной ситуацией, вы, наверное, не знаете, как справиться с ней. И я не рекомендовал бы вам игнорировать своего заклятого врага, Секирютея. В конце концов, он испытывает ту же боль, что и вы, а это делает его вашим товарищем. 
[…Испытывает туже боль… товарищ… Драйг…] 
— Верно. Из услышанного мной у него столько же… нет, даже больше проблем, чем у вас. Не думаю, что будет преувеличением назвать его единственным, кто может вас понять, не думаете? Хорошо бы поговорить об этом с Секирютеем-доно. 
[….Поговорить с Драйгом?.. О боли, которую мы оба несем… Мне никогда это не приходило в голову. Если подумать, он в самом деле такой же, как я. Я даже злился на него, думая, что из-за него оказался втянут во все это. Но я ошибался… Он тоже жертва нынешнего Секирютея…] 
Мне показалось, будто в слова Альбиона вновь вернулась жизнь. Похоже, разговор с Сюаньцзан Саньцзаном действительно помог. Мне, Фенриру, странно так говорить, но понять, как устроена психика дракона, довольно сложно. Они горделивы и настолько высокомерны, что никому не подчиняются, но и у них есть чувствительные стороны, которые и демонстрирует сейчас Альбион. 
…Мой брат, «Спящий дракон» Мидгардсорм, тоже дракон, которого сложно понять. Хоть и несет титул драконьего короля, он ни капли им не гордится и лишь предается лени. Должно быть, он все еще спит на дне океана в ожидании конца мира. 
Вали вздохнул. 
— Сюаньцзан-доно, я хотел бы спросить вас, раз уж мне представилась такая возможность. По правде говоря, мысли прошлых Хакурюко, обитающие в глубинах моего Святого Механизма, выступают за создание «Ассоциации жертв Секирютея», чтобы выйти из сложившейся с Альбионом ситуации… Что же мне делать? 
Ассоциация жертв Секирютея. Выходит, внутри Святого Механизма Хакурюко будет создано нечто подобное… Взаимоотношения между двумя Небесными Драконами этой эпохи и впрямь непростые. 
— …П-ха! Слышала, Курока? Что за ассоциация жертв Секирютея?!