Охота (СИ)

Тем временем Кая продолжила атаковать самку. Во всю доступную мощь лупила. Одно лезвие за другим. Выглядело внушительно, но любое расточительство имеет свойство быстро заканчиваться. Я знал, насколько девушки хватит. Поэтому бросился вперед, на ходу вытаскивая из петли лезвие от копья. Ранее кожей у основания обмотал и получился пусть не самый лучший, но длинный и опасный нож.
Сейчас я сильно рисковал. Одна малейшая ошибка – и быть мне раздавленным. Но если не воспользоваться дезориентацией противника и тем ущербом, что ему нанесла Кая, то… В момент, когда она остановилась, а израненная самка замерла, я оказался рядом с монстром и полоснул острием по внутренней части ноги. Размеры существа позволяли проскочить под ним, особо не пригибаясь.
Брызнуло черной кровью, но я не остановился и вонзил лезвие в таз, выпуская через него поток разрушительной энергии. Это не было хлестким ударом, но и так разворотило внутренности, отчего тварь пошатнулась и упала на колени, меня при этом не задев. Я прыгнул самке на спину и вбил кинжал под лопатку, в стык между броней. Ещё и ладонью добавил, вколачивая поглубже и запуская волну энергии.
Финальную точку поставила Кая. Её темное лезвие, сконцентрированное и пылающее от вложенной силы, вонзилось в шею и отделило голову наполовину. Та сползла набок, натянула лоскуты жил, и два перевернутых глаза уставились на меня.
– Надо уходить! – крикнула девушка.
– Ты с ума сошла! – указал я на остальную стаю.
За время добивания самки те почти пришли в себя. Младшие сурхи собрались вокруг старших. Они не походили на себя прежних, приняв более знакомый для мира людей вид. Я не знал, почему они так меняются, в то время как мы с Каей после путешествия остались прежними. Но факт есть факт. Трансформация закончилась и в любой миг они бросятся в бой.
– Вы кто такие, чтоб вас ночь проглотила?! – снова донёсся голос рукастого мужчины.
Это он зря, конечно. Пусть он и старше, бороду длинную носит, но мы только что сильного монстра уложили. Сомневаюсь, что он сам бы смог так сделать. Ещё и внимание стаи привлек своим криком. Они сдвинулись с места и запрыгали к нам. Точнее, прыгали младшие сурхи, а вот старшие топали и формировали таинства.
Мужчина это заметил. Я увидел у него на руке перевязку. Успел позаботиться о себе. Двое других так и продолжили лежать в снегу. С разрубленным на две части понятно, а тот, что ногу потерял, мог бы и выжить, но маловероятно. Нет здесь нормальной медицины.
Пожалуй, этот защитник сделал то единственное, что ему оставалось. Развернулся и побежал в сторону деревни. Один бы он со стаей не справился. А так был шанс укрыться за стеной и… Либо предупредить жителей, либо сбежать. Чем закончится его личная история, я увидел сразу. Старший сурх выпустил таинство, и стрела с рыжим отливом врезалась мужчине в спину, пробив его насквозь.
– Эрано, чтоб тебя!
Кая оказалась рядом со мной, схватила за руку и потащила в сторону ближайшего леса.
– Надо помочь! – зашипел я на неё в ответ.
– Нужен маневр, идиот!
От её слов стало полегче. Самое простое – это оторваться и скрыться. Сил хватит, чтобы сбросить след. В этом случае сурхи разнесут деревню и убьют всех жителей. Раньше я никогда не замечал в себе порывов защитить кого-то постороннего, но… Это же мы привели беду на людские головы! Как-то бесчеловечно не попытаться это исправить.
А ещё мне в тот момент вспомнился почему-то барон, который в наглую забрал у нас припасы, обрекая деревню на проблемы. Легкое решение для барона, трудные дни для обычных крестьян.
Отбежали мы шагов на тридцать, спрятавшись за усыпанными снегом деревьями. Часть сурхов во главе с одним старшим отделилась и направилась к нам. Всего четверо противников. Основная масса отправилась в сторону деревни. Как бы мне ни хотелось помочь, я понимал, что здесь и сейчас не могу решить проблему. Нужно сначала разобраться с малым отрядом, а потом уже на помощь бежать.
– Сначала мелкие уродцы, – выдохнула Кая.
Короткая пробежка по сугробам кого хочешь измотает. Сурхам в этом вопросе проще было. Они прыгали метра на четыре вперед, застревали в снегу, но это не мешало им вскоре снова прыгнуть. Несколько странное зрелище, но что есть, то есть.
 
Стандартный вариант охоты на младшего сурха – ударить его чем-нибудь потяжелее. Шкура у них прочная, если не владеешь подходящими таинствами, то мечом, копьем или стрелой нечего и пытаться пробить. Я же с ними разбирался с помощью копья с мертвым лезвием, делая через касание выплеск энергии. Если попасть в правильную точку, хватает одной атаки, чтобы как минимум нанести серьезные повреждения. Если сурха замедлить и лишить способности прыгать, он перестаёт быть опасным.
Сейчас у меня копья не было.
– Разделяемся, – бросил я Кае и побежал в сторону, по дуге.
Она выругалась мне в спину, но остановить не успела. Пара сурхов отделилась от малого отряда, а старший выпустил в меня таинство. Прыгнув, я зарылся в сугроб, но удара избежал. Проклятый снег. Как же он ограничивал и лишал мобильности. Я ещё и в особо большой пласт угодил, зарывшись чуть ли не по пояс. Свистнуло – и рядом со мной снег осел. Снова таинство, от которого я чудом увернулся.
Помогая себе руками, преодолел злополучный участок и выбрался на дорогу. В этот момент по мне попали. Словно тараном в спину угодили. Меня бросило вперед и я пропахал новую борозду, тормозя руками и… лицом. Приподнявшись, выплюнул пригоршню снега и издал стон.
А это больно…
Понимая, что следующий удар и последним может оказаться, поднялся, шатнулся в сторону и побежал. Судя по хрусту, сурхи были где-то опасно близко. Почему медлит Кая? Или она там смеется, наблюдая за моими жалкими попытки бежать?
Мчался я к одной-единственной цели – тому оружию, которым пользовался рукастый. У остальных убитых тоже должно что-то быть, но именно этот тип – главная ударная сила, а значит, стоит рассчитывать, что и его оружие получше будет.
Домчался я до трупа приблизительно в тот же момент, когда меня нагнали сурхи. Нормальные исследования проводить времени не было, но, если оценивать на глаз, они ещё не до конца адаптировались. Может, из-за самого перехода тормозили, а может, их так зима оглушила.
Повезло, что боевой молот валялся рядом с мужиком. Рукоятью вверх торчал. Это ещё одна причина, почему я рванул именно сюда. Снега столько, что целый оружейный склад потерять можно, не то что одно оружие. Искать по сугробам, чем сражались остальные, не было времени, а этот мужчина молот аккуратно уронил, я заранее приметил. Схватившись за рукоять, ожидал, что не смогу вытащить, но нет, закалка не прошла даром.
Удар вышел кривым. Меня чуть не занесло, а в момент попадания, когда плоская часть молота обрушилась на голову собравшегося атаковать сурха, оружие выбило из рук, ещё и кисти отсушив. Второго сурха я встретил темным лезвием. Прямо в пасть запустил. Ему зубы повыбивало и оскал расширило. Ещё и череп разворотило. Вот что дыхание смерти с людьми делает. Заставляет выкладываться, как никогда раньше.
Глянул, что там у Каи. Она младшего сурха убила и сейчас кружила вокруг старшей особи.
Вытащил молот из снега, крутанул им пару раз, привыкая к весу. Всё же тяжелый, зараза. Рассчитан на взрослого, сильного мужчину. Полноценно сражаться не получится. Оба сурха ещё дергались, поэтому я не поленился и добил их. Заодно и оружие опробовал. Это сейчас мне повезло, и я всего лишь руки отбил. А могло и иначе выйти. Отскочило бы мне куда-нибудь в голову или ногу, знал бы тогда, как за чужие игрушки хвататься.
 
Когда дошёл до Каи, она смогла отрубить ногу сурху. Тот упал на грудь, потянулся к девушке, а она пятилась. Силы на исходе, догадался я. Подгадав момент, опустил молот старшему сурху на голову. А потом ещё раз. Для надежности.
– Ты… не спешил… – сказала Кая.
Опять её волосы слиплись. Стоит девушке выложиться, как красивая грива в половую тряпку превращается. А если так на морозе постоит, то ледяной коркой волосы покроются.