Шрам (СИ)

Чем дольше мы шли, тем больше было отстающих. Подгоняли их древками копий, а когда они начинали на это слабо реагировать, то пугали, выхватывая меч и со зверской рожей ударяя по спине... плашмя.
Сменили нас к вечеру, а вскоре объявили о стоянке. Первая ночевка прошла у села Плав. Дворяне разместились у владельца местного манора Касиана Киппа и в избах сельчан. Дружина и ополченцы разбили лагерь у неглубокого ручья, протекающего недалеко от селения.
Андраж галопом погнал нас к истоку. Благодаря опыту и сообразительности нашего десятника, мы заняли лучшее место. Не давая нам расслабиться, он тут же организовал водопой для лошадей, и распределил людей. Десятник дотошно проверял нас перед маршем, поэтому знал, что у кого есть, и что кому поручать.
Меня отправили на заготовку дров. Я поручил своего коня Стоку, забрал свои вещи с обозной телеги и отнес к месту расположения нашего десятка. Достал свой топорик и пошел выполнять задачу десятника. Вскоре к нашему расположению подъехал и Деян. Лейтенант, глянув на Андража, одобрительно улыбнулся, спрыгнул с лошади и тоже занялся делами.
С помощью своего туристического топорика я быстро заготовил топливо на всю ночь. А что? Легкий, ухватистый, отличный металл, острый, как хороший нож. Отнес дрова к месту стоянки и взялся готовить лежанку. Нарубил лапника на себя и друга, выкопал лопаткой углубление для второго костра около наших лежанок.
Когда наш десяток уже суетился с готовкой пищи у костра, ниже по ручью еще стояла очередь на водопой. То, что Андраж нас быстро сюда пригнал, помогло быстро разобраться с насущными делами. Ручей маленький, пока кони пили, а потом мы набирали воду, ниже нас воды почти не было. Да и загадить воду сверху никто не может. Красота!
Вскоре поспело варево. Сделали обычный кулеш. От этого он не стал менее вкусным и сытным. Сняли с огня котелок и повесили на него другой, с водой. Заварим травяного настоя. Деян подсел к нам, и мы приступили к трапезе.
Хоть за день мы сильно оголодали, но под строгим взглядом Андража держались с достоинством и ели медленно, по очереди запуская ложку в общий котел. Сначала Деян, потом Андраж, потом остальные, ровно по часовой стрелке, не нарушая очереди и не стараясь лезть вперед товарища.
Сначала ели молча, наслаждаясь покоем, посреди суетящегося и неспокойного лагеря. Многие провожали любопытным взглядом мою ложку, стальную. Я только усмехнулся.
— Сразу хочу предупредить, — нейтрально и как-бы между делом сказал я. — Кто захочет в кустики прогуляться, отходите подальше от места ночевки. Иначе поссоримся. Не хочу смрадом дышать.
Ну, слава предкам, кажется нормально восприняли. Никто не возмущался. Молча послушали и все.
— Кстати, настоятельно советую до завтрашнего выхода в свои меха и фляги залить кипяченой воды или травяного взвара, — продолжил я.
— А зачем? — удивился лейтенант.
— Да я ребятам рассказывал. У меня хорошие лекари живут, из Рении. Так вот, они меня учили, что от сырой воды может болезнь в организм пробраться. Начинает живот болеть, понос и все такое. А если воду прокипятить, то болезнь, которая в воде прячется — погибает.
— Вот делааа, — протянул лейтенант. — Никогда такое не слышал, но в Рении лекари хороши. С ними только лаоминцы соперничать могут.
Потом воины начали делиться своими похождениями в преддверии похода. Постепенно разговор разбился на группки. Все тихо разговаривали между собой. Тут и Сток взялся мне рассказывать про свою подругу.
— Шрам, друг, — вздыхал он. — Вот во всем замечательная женщина. Красавица! Ну, ты видел. Но какой характер, сладу никакого нет.
Разговоры вокруг затихли и все стали прислушиваться к тому, что рассказывает Сток.
— Вроде все нормально делаю и говорю. Все, как всегда. А она раз и надулась. Вот что я сделал такого? Спрашиваю, а она молчит.
— Каждая женщина — загадка... — с видом знатока женских характеров протянул я. — Обидится, хрен отгадаешь на что...
У окружающих начали багроветь лица, а Сток добродушно продолжал:
 
— И не заставишь ничего делать, если она не хочет. Вообще бесполезно! Еще попробовать уговорить можно, но, чтобы вот так, по-мужски! Сказал: «Женщина, к вечеру чтобы было сделано то-то и то-то!». Сейчас! Могу только ложкой по лбу получить. Никакого уважения к мужчине и воину!
У окружающих начали надуваться щеки. Андраж закрыл лицо ладонью.
— Друг, не отчаивайся. Существуют два надежных способа, как управлять женщиной, — я таинственно понизил голос, наш десяток совсем затаил дыхание, а Сток даже наклонился ко мне, стараясь не упустить ни слова. — ...но их никто не знает.
Через секунду все бойцы ржали, как кони:
— А-га-га! Гы-гы! Охо-хо-хо! Два надежных способа... ха-ха! Управлять женщиной... а-га-га!
Сток сначала обиженно набычился, но потом лицо осветилось добродушной улыбкой, и он присоединился к общему хохоту.
— Не обижайся, Сток, — хлопнул его по плечу один из сидящих рядом бойцов. — Ты не одинок в своем горе, аха-ха!
— Бабы — они такие, — поддержал его другой. — Как шлея под хвост попадет, никакого сладу нет.
— Ладно, хватит ржать, — прервал веселье десятник. — Ложимся спать. Эту ночь от нашего десятка в охрану никто не идет. Отдыхайте, завтра тяжелый день.
Перед тем, как завалиться на подготовленную лежанку, я подошел к краю нашего расположения, за которым расположился другой десяток. Ух как вином несет! О! И Фрол в соседях!
— Братва! — окликнул я воинов. — Пойдете гадить, к нашему десятку не подходите, идите в сторону.
— Чего ты ругаться взялся, Шрам?
— Наоборот! Не хочу ни с кем ругаться, поэтому и подошел. Хорошо вам отдохнуть!
— Да иди ты..., — у соседнего костра замялись. — ...тоже отдыхать.
Ну, я и пошел... отдыхать. Наши уже разлеглись кто где. Сток развел маленький костерок у наших лежанок, а сам уже успел заснуть. Я завалился на мягкий и душистый лапник. Ох, как хорошо! У соседей разговор пошел на повышенных тонах, у костра начали ругаться, но гаркнул Деян, и они заткнулись.
Я уже начал засыпать, как рядом затрещали ветки. Злость смыла весь сон. Вскинувшись на лежанке, я увидел качающиеся ветки в нескольких шагах от меня. Костры достаточно освещали окрестность, чтобы видеть, где вошкается какой-то человек.
Я подскочил и бросился к шевелящимся кустам. Среди небольшого вытоптанного пятачка спускал штаны Фрол. Твою же мать! Меня просто бешенство взяло.
— Урод! — метнулся я к испуганному Фролу, ухватил его за грудки и навис над затрясшейся фигурой. — Все, гад, надоел. Сейчас учить тебя буду. Говорил, не ходить сюда!? Не слушаешь!? Значит, уши не нужны. Пока одно.
Продолжая держать его правой рукой за грудки, левой крепко ухватил за ухо.
— Отгрызу к херам!!!
Фрол тонко заверещал и вдруг сильно рванулся от меня в сторону, чуть не оставив у меня в руке свое ухо. Он запутался в приспущенных штанах и упал. Но тут же подхватился и, придерживая расстегнутые штаны, кинулся сквозь кусты в сторону своего костра.
Я зло смотрел вслед удаляющейся фигуре. Ну, что за урод!? У костра соседей недолго пошушукались и затихли. Тогда я развернулся и пошел к себе. По дороге, навстречу мне, выскочил Сток, спешащий на помощь. Успокоил его и мы оба пошли к своем лежанкам. У нас в расположении не спали Деян и Андраж, они молча проводили нас взглядом, но ничего не сказали. Я завалился на свою лежанку и вскоре заснул.
Утром поднялись ни свет ни заря, споро позавтракали, собрались и вышли к дороге. Увидел Фрола с распухшим мясистым лиловым ухом, и ухмыляющихся бойцов его десятка. Фрол зло отвернулся и проехал мимо.
Долго собирались ополченцы, даже обоз вышел на дорогу раньше. Потом из села подтянулись дворяне и тут уже десятники ополченцев начали гонять их бегом, лупя по ним чем попало. В конце концов выстроились в подобие колонны, барону доложили о готовности, и войско уныло потянулось на юг.
В этот раз меня не выделили в личную охрану барона. Так то, я уже привык к таким назначениям. Но, видимо, из-за двух с половиной десятков дворян вокруг него и маршрута по подконтрольным землям, личную охрану вообще не выделяли.