Кровь Достойных (СИ)

– В городах люди забывать начинают, каково это на опушки леса жить да на реку поутру ходить. Все важные стали, думают, если в поле за стенами работают то и сами как отцы да деды, а оно не так всё. Мрут люди, София, мрут как мухи: кого волк загрызёт, кого вурида (1) в чащу утащит.
Звякнув ухватом о стенку очага, девушка резко обернулась к мужу. Судя по нервному движению, она была той самой городской девой, что забыла свои корни и испугалась одного лишь имени лесного духа:
– Прямо вурида? Я думала, всё это сказки да россказни для малышни.
– Если бы, милая, если бы…
***
Лето медленно шло к середине, а Корнелиус, стоящий за прилавком своей лавки, изнывал от нестерпимого зноя. Вытирая потную шею насквозь промокшим платком, мужчина в сотый раз клял Богов и демонов бездны за адскую погодку:
– Святой Бадлинг, на кого же ты нас покинул? Где же твои воды, да дожди? Э-эх… Тяжки дни наши…
Громкий скрип входной двери отвлёк старика от причитаний. Мгновенно собравшись и убрав платок, Корнелиус уставился на вошедшего. Поначалу он его даже не признал – был грешок. Рваный-прерваный доспех, да скорее куча тряпья, и какая-то мотня, обвязанная вокруг головы, чтобы скрыть лицо толи от палящего солнца, толи от любопытных глаз. В госте сложно было опознать Веруса, однако, когда он вскинул руку, приветствуя хозяина лавки, тот всё понял.
– Здоровья почтенным старикам! – громко произнёс парень, проходя мимо стеллажей с товарами.
– И тебе не кашлять, наглый малец, – мгновенно среагировал Корнелиус, чуть сдвинувшись вдоль прилавка, чтобы оказаться ровно посередине.
– Как всегда, в приподнятом настроение, Корнел? Гляжу, солнышко тебя и здесь припекает?
– Кто бы говорил… – хмыкнул толстяк, обводя недвусмысленным взглядом клубок тряпья на голове собеседника. – Ты себе нору там, что ли, связал, или осы личико покусали?
– Ага, – неожиданно согласился пацан. – Здоровые такие осы! – с этими словами он махнул рукой в метре от пола, затем подумав, приподнял руку ещё на полметра. – Вот такие вот заразы! Видел поблизости?
– Как же, как же, видел. Людину твою кусали, от того у неё задница и вымахала! Увидишь, не узнаешь!
На пару мгновений оба замолчали. Первым не выдержал парень – разразившись громким хохотом. До последнего сдерживающийся антикварщик сначала задрожал, но по его лицу всё равно поползла предательская улыбка, и, в конце концов, старик тоже рассмеялся во всё горло.
– Ну, ты, старый, даёшь! Следил за молодыми девками, получается. А как расскажу всё Софии?
– Покусает хлеще ос, – твёрдо произнёс Корнелиус, вскинув указательный палец вверх, а затем добавил. – Но то ладно, а вот у тебя, что за вид такой, мне и в самом деле жутко интересно. Уходил от меня молодец молодцом, а вернулся оборванец какой-то.
– Потрепала жизнь молодецкая, что же ещё, – едва заметно пожал плечами парень.
– Сильно видать потрепала, как бы ни пообтрепался совсем, – перестав улыбаться, мужчина перешёл на серьёзный лад. – Заказ не по плану али ещё что?
– Что-то среднее, Корнел, – вздохнул пацан, оглядываясь. – У тебя тут никого?
– Да, почитай с самого вечера. Солнце бы ещё зашло, а то печёт, мочи никакой нет.
– Ну, солнце это ладно, – взявшись за край самодельной повязки на голове, Верус быстренько развязал её, освободив лицо. Повесив тряпку на шею, парень глубоко вздохнул. – Хорошо! – выдохнул он.
– Да-а… – протянул торговец, – а осы и в самом деле были здоровые. Ты весь серый какой-то, тебя не ранили случаем?
– Есть такая оказия, но ты же знаешь, на мне как на собаке.
– Ну да, ну да, ты главное – сам в это верь, – расплылся в ехидной улыбочке торгаш. – Так с чем пришёл ко мне, малец? Камушки блестящие али шкурки какие диковинные? – обвёл он парня с ног до головы внимательным взглядом, остановив его на небольшом мешке, перекинутом через плечо.
– Ничего от тебя не скрыть, старик, – сняв с плеча мешок, Верус запустил в него руку и выудил горсть камней Скверны. Высыпав их на прилавок, поднял голубые глаза на торговца. – Вот, смотри, каков улов.
 
– Три точно – самая обычная краснота, – навёл на них небольшой монокль Корнелиус, – а вот эти два, вроде, с примесями.
– С монстрами всё сходится, старик, – кивнул молодой парень словам торговца, внимательно следя за его обычными манипуляциями. Тот уже успел подхватить камушки с оранжевыми прожилками и направиться к специальному прибору, способному точно опознать камни до пятой ступени. Верус прекрасно знал, как гордится этой магической штуковиной старик. А тот, тем временем, закрепил один из камней на трёх железных трубках и достал откуда-то маленький пузырёк. Как всегда, капнув на камень, антиквар проследил за вспышкой света.
– Ну что там? Что высмотрел? – поторопил его Верус.
– Всё подтвердилось, сейчас ещё один проверю, – ловко убирая с крепления первый камушек, ответил старик и тут же установил новый. Процедура повторилась, и он развернулся к парню, утвердительно кивнув. – Оба камня категории два минус, но последний чуть-чуть ближе ко второй: оранжевый отсвет гораздо ярче, почти перекрывает красный.
– Ладно, ладно, не наседай старик, – отмахнулся от него Верус. – Знаешь же, что я в этом не силён: камень как камень, давай лучше цену обсудим.
Следующие десять минут ушли у мужчин на горячий спор по поводу цены пяти камней. В итоге сошлись на тринадцати серебряных и двадцати пяти медных монетах.
– С чего вдруг красные продаёшь? – немного удивлённо спросил антиквар, передавая парню мешочек с деньгами.
– А то сам не видишь? – усмехнулся в ответ Верус, приподняв руки и показывая рваный доспех.
– Понимаю… – протянул толстяк, опершись на прилавок. – Кто же тебя так отделал? На моей памяти, ты очень редко в реальные передряги попадал.
– Раньше везло, сегодня нет, кто же разберёт думы Богов? – ушёл от ответа парень, отводя взгляд, будто рассматривая товар. – Лучше скажи: есть у тебя какой-нибудь обоюдоострый меч? Желательно, полегче и подешевле.
– У тебя фалькта (2) был, – скорее утверждал, чем спрашивал Корнелиус, начав стучать пальцем по губе. – Хочешь такой же? – неожиданно быстро выпалил он, вспомнив о чём-то.
– Почему нет? Хороший клинок, тупится правда быстро. Но, сам понимаешь, мне без всяких украшений, просто меч. Если нет, буду узнавать в кузне. Может, там что припасено.
– Кузня… не торопись ты, – отойдя от прилавка, торговец направился вдоль правого ряда стеллажей, не забыв поманить парня за собой. Вскоре оба остановились почти у выхода из лавки, прямо перед ними, на прилавке, лежал нужный клинок. – Фалькта, как и твой предыдущий, найден на месте сражения Воргов и Саламов, восстановлен и зачарован малым укреплением Штормака (3).
– Хорошая вещь, – покивал Верус, но, посмотрев на торговца, добавил, – и сколько же он стоит?
– Тут порадовать уже нечем, – почесал затылок Корнелиус. – Тридцать серебряных.
У Веруса аж глаз дёрнулся, что знатно повеселило торговца. Он специально привёл мальчишку к этому клинку, чтобы произвести впечатление. На самом деле у него не было ни одного меча, который тот смог бы приобрести. Самый дешёвый стоил восемнадцать серебряников, но посмотреть на реакцию парня определённо стоило.
– Ну, и зачем ты мне его тогда показываешь? – спросил Верус, добавив в голос холода.
– Чтобы ты знал, к чему стоит стремиться, парень, – наставительно поднял палец толстяк. – Вам, молодым, лишь бы железку какую в руки взять и айда махать, а надо с умом подходить.
– И где ж тут ум, Корнел? Купить железку за треть золотого?! Я понимаю, если его на стену в комнате повесить или там ходить по городу с ножнами поверх рубахи, но я-то для дела беру.
– О-го-го, как завёлся, – расплылся в улыбке толстяк, – остынь, парень, я всё верно говорю. Укрепление Штормака не для того накладывали, чтобы он на стене висел, да в глаза бабам блестел. Для дела он нужен. Для дела.
– Не знаю, – кисло буркнул Верус, криво махнув рукой на меч. – Не припоминаю, чтобы магия укрепления была так хороша. Ну, не затупится он после первой схватки. Пусть даже после пары, но в итоге то всё это пустое. Рано или поздно мне придётся его точить, да и следить за своим оружием в любом случае надо. Какой вообще смысл?