Зеркало любви
Часть 90 из 113 Информация о книге
Про Эргле Шарлиз слышала. Очаровательное место под столицей, Розовый дворец в просторечии, знаменитый тем, что вокруг него с весны до поздней осени цветут розы. И зимний сад там шикарный. – Я подумаю, – милостиво согласилась она. – Тогда сначала королевский дворец, а потом мы подберем что-то подходящее. И Шарлиз склонила белокурую голову. Мария-Элена Домбрийская – Вы – что?! Ровена потупилась. – Вы против… Малена? Да не против она была, а просто – в тихом и глубоком шоке. Ровена Сирт и Дорак Сетон собирались пожениться. И стояли сейчас с видом напроказивших школьников, еще и за руки держались, гады! – Да я-то не против. А Лорена? Дорак выдержал взгляд Малены, не отводя глаз. – Я не стану оправдываться. Что было, то было, не отказываться же? Она красивая, да еще и герцо- гиня… – Ага. А сейчас уже вдовствующая герцогиня. И финансирование куда как поменьше, – съехидничала Малена. – Мне денег и так хватит, без подарков, – огрызнулся Дорак. – Уж семью-то всяко обеспечу. И даже если завтра помру, моя вдова бедствовать не будет. Побираться не придется… – Ровена, ты его точно любишь? Вопрос был задан четко, глядя глаза в глаза. И Ровена поняла, что под ним скрывается. Это – не тоска по Бернарду? Не желание мужского плеча рядом? Не послеродовый психоз? Это – настоящее? – Я впервые начала улыбаться, – просто ответила Ровена. А Матильда видела: любит… и что тут поделаешь? Да только одно. А, да… – Ровена… он… Как задать вопрос, чтобы получить однозначный ответ? Но Ровена поняла. И медленно покачала головой. Дорак не в курсе. Никто не знает о настоящем отце малыша. В тот день, вернувшись из дворца, Мария-Элена поговорила с Ровеной. Серьезно, вдумчиво, объяснив, что защита ей будет, но, наверное, придется чуть-чуть поделиться и с Иллойским. Если поведет себя правильно. Разве малыш не заслуживает любящего деда? Ровена подумала немного и кивнула. Раз уж за нее даже король вступится… никуда Иллойский не денется. И малыша у нее не отнимет. – Благословляю, – просто сказала Матильда. – А насчет смерти и жены, которая нуждаться не будет, ты не думай. Я за ней приданое дам. Собственный дом в Донэре, к примеру. А неплохая идея, кстати. Дорак рассыпался в благодарностях, и Матильда махнула рукой. «Чего уж там, разрешаю». Собственная личная жизнь ее волновала куда как больше. Рид (гад он, вот что!!!) дистанцию не сокращал. Это ж надо, сколько замужем, а все еще девушка. Ладно, не то чтобы она так настаивала, все же страшно, но… Она бы попробовала пристать сама, но рана в плече у Рида воспалилась, и сейчас ему рукой даже двигать было неприятно. А первая ночь… о, эта романтика и лирика. Он, она, кровать – и перевязки. Если кому надо садо-мазо, то вы пришли по адресу. А Матильде не хотелось, чтобы муж в постели с ней стонал от боли в плече. Ладно. Рана заживает, а что побаливает и температура немного повышается, зато она чистая. С остальным разберемся. Плюс еще – репутация. Пока официальной свадьбы не было – низзя. И точка. Малена беспокоилась, как так, два раза венчаться, но архон Реонар махнул рукой. И заверил, что два раза – это не грех. Вот когда ни одного, это намного хуже. И вообще, вам грехи по блату отпустят. А с богами он лично договорится, он старше, так что имеет все шансы попасть к ним на прием раньше Марии-Элены. Составляйте список, вопросы решим. Матильде архон понравился еще больше после этого заявления. Свадьба была назначена через десять дней, и она упоенно подбирала одежду. Надо было сделать так, чтобы и вовсе уж страхозавром не оказаться, и Дилеру не раздражать, при дворе и так красавиц поубавилось. Ту же Сорийскую в монастырь отправили, к ней еще какую-то Лофрейнскую, и… Мария-Элена и половины не знала, но матушка Эралин была счастлива. Она даже упущенное Домбрийское герцогство простила и говорила, что всегда будет поддерживать милую Малену. Флюгер рядом с матушкой-настоятельницей заметно проигрывал в скорости поворота. Графиня Элинор переживала, как же так, ее Малечка – и вдруг плохо выглядит, но Малена махнула рукой. Проще не раздражать королеву. Потом уж можно постепенно меняться. Главное – Рид ее любит в самом жутком виде. А красотками они будут на свадьбе с Давидом, там ей отвертеться не дадут. Что ж, пора во дворец. Работа такая, называется – статс-дама. А еще – психоаналитик, подруга, горничная, сторожевая собака… не пора ли попросить за вредность молоко? Пол-литра на каждый день? Или литр? * * * Матильда прикидывала фасон, сидя во дворце, в музыкальной комнате. Ее величество наигрывала какую-то мелодию на клавесине, Ардонские – все три дамы – вдохновенно слушали. Как ни странно, они Дилеру не раздражали. Наверное, потому, что она знала историю знакомства Марии-Элены и семьи Ардонских и искренне сочувствовала девушке. Больше пока никого не отобрали из фрейлин, но это было делом времени. Дилера резко опустила пальцы на клавиши, клавесин обиженно звякнул. – Выйдите все. Малена, останься. Дамы послушно потянулись к выходу, шурша разноцветными юбками. Дилера прошлась по комнате, хрустнула пальцами… – Малена, нам надо поговорить. – Слушаю, ваше вел… – Дилера. Ты помнишь, наедине – Дилера. Благодарность – извечное качество благородного человека. Только быдло забывает оказанные им услуги, а человек благородный всегда старается отплатить добром за добро. – Да, Дилера? – Ты хочешь за него замуж? – Я его люблю, – просто сказала Матильда. – Как ты – Найджела. Может, и не лучший это мужчина в мире, да сердце из груди не вырвать. Дилера опустила глаза. – Сегодня во дворец приехала Шарлиз Ролейнская. – Это кто? – Матильда отродясь не знала, кто это и что это. Может, местная юродивая? – Это невеста маркиза Торнейского. Одновременно было договорено о наших браках. Союз с Эларом, с Саларином… Матильда… нет, она не была оглушена. Но и как на это реагировать – не знала. Будь ты хоть трижды влюблена, хоть четырежды уверена в своем избраннике, но в глубине сознания иногда нет-нет да мелькнет гадкая мысль. А вдруг? Дилера сочувственно вздохнула. – Может, тебе с ней поговорить? – Я подумаю, – кивнула Матильда. – Благодарю, я подумаю. Дилера не стала настаивать. Вернулись Ардонские, и Матильда вновь застыла над рисунком. Но никто бы не догадался, что со стороны между двумя девушками идет оживленная беседа. «Сходить? Хоть посмотреть?» «Малечка, а зачем?» Теперь в растерянности оказалась уже Малена. Матильде сказали о приезде гипотетической, но соперницы, а ей – наплевать? Что происходит?» «Мне не наплевать, просто меня так бабушка учила». «Как?» «Сама бабуля кучу ошибок наделала в свое время. И меня очень просила, когда дело касается мужчин, первое – не верить подругам». «Хм. А второе?» «Не будить лихо, пока спит тихо». «Но?» Матильда улыбнулась. «Ты уверена, что будет – но?» «Ага. Я с твоей бабушкой хоть и не знакома, но уверена». «Третье – осведомляться о размерах «лиха» по своим каналам». Малена весело рассмеялась, благо разговор между девушками никто не слышал.