Зеркальный паук

– Могу расписку написать.

– Я понимаю, что глупо переспрашивать об этом снова и снова! Но, знаешь… Я впервые в жизни так откровенно облажалась. И ты казался таким сердитым, что я испугалась…

Она запнулась, беспомощно глядя на него. Яну только и оставалось, что улыбнуться.

– Скажем так, я был сердитым не только из-за тебя. Из-за тебя – в меньшей степени. Да и потом… Не могу сказать, что одобряю тот твой веселый поисковый запрос, но я смутно догадываюсь, почему ты вообще полезла в эти дебри. Я знаю, что со мной бывает непросто. Я, будем откровенны, человек без подарочной упаковки. С этим можно только смириться, поэтому ссоры лучше проводить буйно и быстро: поссорились-помирились-забыли.

– Годится! – поспешно кивнула Алиса. – Больше напоминать не буду. А ты все не можешь отвлечься от этого расследования?

– От него и так уже слишком многие отвлеклись. Вот скажи мне… Ты смогла бы убить подругу, если бы та увела у тебя мужчину?

– Э-э… Это ты так странно на комплимент напрашиваешься? – удивилась она.

– Как ни печально, не все в этом мире сводится ко мне. Ситуация гипотетическая.

Алиса покосилась на распечатки, разложенные на журнальном столике, и покачала головой.

– Что-то мне подсказывает, что не совсем гипотетическая… Допустим. Это и все условия задачи? Какая-то подруга увела у меня мужика?

– Мужика, который был для тебя очень важен. А все ваши общие подруги поддержали при этом ее.

– Так ты договаривай, это очень важно!

– Разве?

– Конечно, – убежденно заявила Алиса. – Если просто какое-то соперничество, романтическая ссора или вроде того… Это еще не критично. Особенно если никто ничего не узнал. Но если эта подруга не только мужика моего увела, но еще и раструбила об этом, а все знакомые вместо того, чтобы клеймить ее позором, троллят меня… Ну, я отнеслась бы к этому без понимания.

– Стала бы мстить?

– Хочется притвориться ангелочком, но… Ни фига я не ангелочек. Если бы у меня появилась возможность сделать этой жабе пакость, я бы сделала. Заметь, пакость – это не убийство! Самое страшное, на что я решилась бы, – как-нибудь подставить ее, чтобы ее уволили с работы или оштрафовали.

Ничего иного Ян и не ожидал. У Алисы просто не было тех черт, которые нужны для убийства. Но главное она ему сообщила: Майя, похоже, столкнулась с серьезным оскорблением и предательством. Потом она узнала историю отношений Елены и Антона Мотылева – и решила использовать это. Идеальное преступление, при котором убийца находится быстро, полиция празднует победу, и все счастливы.

Ему нужно было поговорить с Майей, и хотелось сделать все как можно скорее. Может, при иных обстоятельствах он бы решился на это сразу – еще не было и десяти, темнота осенью ранняя. Однако Ян прекрасно понимал, что в таком состоянии он за руль не сядет. К тому же, после таблетки, которую дала Алиса, его клонило в сон. Никакое упрямство сейчас не помогло бы ему остаться на ногах, когда тело решительно говорит «Хватит!», мозгу приходится смириться.

Алиса постелила ему в своей комнате и спала рядом с ним. Это вроде как было бесполезно и совсем ничего не значило – ведь они едва касались друг друга. Но от ее присутствия, живого и спокойного, ему почему-то было легче. Образ, давно не дававший ему покоя, этой ночью так и не приснился.

Утром он чувствовал себя намного лучше. Не идеально, конечно, но саднящую боль легко было игнорировать. Поэтому Ян сразу начал собираться, с удивлением обнаружив, что в квартире Алисы есть его чистые вещи – он даже не помнил, когда перевез их сюда!

– Куда это ты с утра пораньше? – изумилась Алиса, лениво выбираясь из постели. Ей, похоже, не нужно было спешить.

– Разговаривать с другой женщиной о любви.

– А, ну ладно. На перевязку съездить не забудь.

Сказала равнодушно – а в глазах хитрые огоньки. Значит, окончательно пришла в себя и больше не мучается надуманными угрызениями совести. Вот такая Алиса ему нравилась!

Расписание Майи он выяснил еще вчера. Нельзя сказать, что оно было совсем уж прозрачным – в ее днях хватало моментов, когда никто не мог сказать, где она и чем занята. Но это утро было предсказуемым, если она, конечно, не решит пропустить сегодняшнюю тренировку в фитнес-клубе! Туда Майя давно уже приезжала по утрам перед работой, и смерть близких подруг никак не повлияла на ее график.

Яну повезло: Майя действительно оказалась там, где и должна была. Об этом ему неохотно сообщила администратор, дежурившая у входа. Она не спешила делиться информацией о клиентах, но удостоверение полицейского все же повлияло на ее разговорчивость. Ей не нужно было знать, что, если бы она прямо сейчас позвонила начальству Яна, удостоверение у него долго не продержалось бы.

Он не собирался вламываться на групповое занятие и силой вытаскивать оттуда Майю, это было бы слишком. Он устроился на удобном диванчике в холле, ожидая, когда она выйдет. Администратор украдкой поглядывала на кровавую повязку у него на голове. Ян делал вид, что не замечает этого.

Наконец на втором этаже хлопнула дверь, послышались женские голоса, мелодичным эхо разлетающиеся по фитнес-клубу. Женщины разного возраста и разной полноты начали спускаться вниз, к комнатам для переодевания. Они, похоже, не первый раз тренировались вместе и после занятий естественным образом разбивались на группки по интересам, болтали, обсуждая музыку, тренера и новые фитнес-мячи.

Майя Озерова шла одна и ни с кем не разговаривала. Не потому, что у нее было дурное настроение, было заметно, что от нее иного и не ожидают. Со своего диванчика Ян получил отличную возможность рассмотреть ее, пока она спускалась по лестнице. Обтягивающая спортивная форма – черная, естественно, – была совсем не похожа на ту одежду, в которой Майя пришла на первый допрос. Теперь Ян прекрасно видел, что у нее развитая мускулатура, просто мышцы сухие, не привлекающие к себе внимания, если не знать о них.

Она была достаточно сильна, чтобы передвинуть тела четырех женщин так, как ей удобно. Антон Мотылев… с ним было сложнее. Но и здесь все можно грамотно организовать, а это Майя умеет. Скорее всего, она заставила его сесть в кресло, попросила что-то написать или прочитать. Он, не ожидая подвоха, выполнил указание, а она подошла к нему сзади и перерезала горло. Ей больше ничего не пришлось делать! Эксперты сказали, что все травмы были нанесены сильной рукой, и это невольно подтолкнуло Яна и остальных к выводу, что за убийствами стоит мужчина.

А ведь женщины тоже бывают сильными…

Майя заметила его чуть позже, чем он ее. Она недовольно скривилась, она и не думала скрывать свою реакцию на его появление. Администратор, заметив ее раздражение, испуганно сжалась, словно ожидая, что Майя непременно бросится на нее.

Остальные женщины отправились переодеваться, а вот Майя подошла к нему.

– Что вы здесь потеряли? И не говорите, что решили записаться в тот же клуб, что и я!

– Не скажу. Я здесь по вашу душу.

– Очень смешно!

– Да, не феерия. И все же нам придется поговорить.

– С каких пор полиция устраивает травлю свидетелей?


– Я решил, что будет несколько нелепо постоянно вызывать вас на допросы, вы и так оказались в сложном положении.

«Да я просто не хотел, чтобы ты подготовилась к этой встрече, мне нужно было застать тебя врасплох, змеюка», – мысленно добавил он.

– Поэтому вы решили стать моим личным сталкером?

– На этот раз беседа будет недолгой. Мы можем разобраться с ней здесь и сейчас – или я могу уйти и затеять стандартную чехарду с повестками.

– Но? После таких фраз всегда бывает «но».

– Но, как видите, в силу обстоятельств я не хочу тратить время на лишнюю бумажную волокиту, – Ян указал на повязку. – Если мне все же придется делать все, как надо, наша встреча продлится не пятнадцать минут, это я вам гарантирую.

Майя задумалась, взвешивая все аргументы, словно пыталась понять, чего ей хочется больше: повыпендриваться или поскорее избавиться от него.

– Ладно, – неохотно кивнула она. – Давайте поговорим.

– Я могу подождать, пока вы переоденетесь, если вам так комфортней.

– Спасибо за заботу, но в ней нет нужды. Я еще хотела поплавать… посмотрим, успею ли после нашей беседы – которая, конечно же, не допрос!

Они прошли в небольшой бар при фитнес-клубе. Как и положено в святилище здорового образа жизни, там подавали преимущественно свежевыжатую муть по цене итальянского вина. Майя кивнула бармену и заказала «как обычно». «Как обычно» оказалось смузи из сельдерея, моркови и топинамбура. Глядя на покрытое мелкими пузырьками месиво, Ян попросил стакан воды.

Они уселись за дальний столик, чтобы бармен точно не сумел подслушать разговор, и мягкая музыка служила им лучшей защитой. Ян рассматривал стилизованные, словно вырванные из ботанической энциклопедии изображения растений на стенах. Майя задумчиво помешивала разноцветной трубочкой овощное месиво. Первой молчание нарушила она:

– Итак, чему я обязана новой волной интереса со стороны полиции? Мне казалось, что дело закрыто.

– Кто вам это сказал?

– Преимущественно сайты криминальных новостей.

– Не верьте всему, что читаете в интернете, – посоветовал Ян. – В этом деле появился новый неожиданный свидетель. Он намекнул, что во время первого нашего разговора вы были не совсем честны со мной.

– Прямо так и намекнул? – усмехнулась Майя.

– Он просто изложил свою версию событий, и с вашей она не совсем сочетается. В частности, он указал, что у вас была ссора с Оксаной Миртовой из-за мужчины.

Про Миртову Виктор ничего не говорил, он это имя мог и не знать. Но, наблюдая за Майей, Ян убедился, что блеф оказался к месту. Она с такой силой сжала стакан, что следователь забеспокоился за сохранность стекла.

– Это дела не касается.

– Оксана погибла. Все, что касается ее, касается и дела. К тому же, есть основания полагать, что именно тот случай, а не ваша внезапно возросшая мораль, не позволил вам и дальше общаться с подругами.

Майя посмотрела на него так, будто готова была выплеснуть дорогущий овощной коктейль ему в лицо.

– Одно не исключает другое. То, что произошло, просто раскрыло мне глаза на истинную сущность моих подруг. В этом свете и другие их поступки стали восприниматься иначе.

– Так расскажите мне, что произошло.

История оказалась печально банальной, хотя до легенды о Ромео и Джульетте определенно не дотягивающей. Непростое детство привело к тому, что Майя выросла человеком осторожным, редко подпускающим к себе кого-то близко. И если подруг она еще нашла, то на отношениях с мужчинами ее детство сказалось особенно сильно.

Но вот ей повезло. Ей встретился человек, которого она сочла «своим». Привлекательный, молодой, обеспеченный, пусть и не богатый. Майя влюбилась без памяти, только о нем думала, только им жила. Через призму собственного обожания ей казалось, что и он ее любит. А как же иначе?

Эта вера во взаимную любовь ее и подвела. Она без страха представляла его всем знакомым и подругам, считая, что Он, предназначенный ей самой судьбой, никуда от нее не денется. А Он с живейшим интересом смотрел по сторонам, оценивая всех, с кем знакомился.

Некоторое время Майю защищало то, что ее подруги сами не интересовались ее новым возлюбленным. Лиза Давыдова презрительного назвала его «слащавым альфонсом» и старалась больше с ним не встречаться. Елена была зациклена на своем преследователе, от которого якобы хотела избавиться – но о котором думала дни и ночи напролет. Арина Васильева вроде как должна была заинтересоваться, но на деле не проявила ни малейшего интереса. Это удивляло – но только тех, кто не знал о ее отношениях с Виктором Сосновским.

И вот на сцене появилась Оксана Миртова. Красивая, уверенная и наглая. Умеющая получить свое. Она, в отличие от Майи, не влюбилась, у нее просто давно не было мужчины. Тот самый Он понравился ей – а к ситуации еще и добавилось торжество от того, что она превзошла подругу, которое некоторым женщинам доставляет особое наслаждение.

– Он ведь не нужен был ей навсегда, – с горечью заметила Майя. – Он не нужен был ей даже надолго. Пару раз переспали – и все, он ей надоел. Ей было плевать, что я его любила! Она сама рассказала мне о случившемся. После этого я его любить уже не могла.

Оксана представила все так, будто сделала подруге одолжение – избавила ее от изменника до того, как все зашло слишком далеко. Да тут еще Лиза, Арина и Лена ее поддержали! Они дружно твердили, что он Майе не пара. При всех своих достоинствах, он ненадежный, он все равно бы долго с ней не задержался. Они растоптали ее мечты и даже не поняли этого.

– Они почему-то решили, что имеют право учить меня жизни! И кто? Безработная клуша, любительница изнасилований и богатая девочка, с которой всю жизнь пылинки сдували! Они решили, что они лучше меня, что я – просто наивная дура, которую нужно «лечить» советами. Сучки чертовы… Как я могла общаться с ними после такого?

– Вы ненавидели их?

– Какой интересный вопрос, если учитывать, что все они мертвы!

– И все же вам придется на него ответить.

Майя наклонилась вперед, чтобы, не моргая, посмотреть ему в глаза.

– Да. Да, я их ненавидела. Да, у меня были причины так к ним относиться. Нет, я не слишком расстроилась, когда узнала, что они все сдохли. Я считаю, что они это заслужили – что такое можно заслужить! Но я их не убивала. Если ваша задача – разобраться в этом деле, а не просто обвинить меня хоть в чем-нибудь, вы копаете не там, где надо.