Выйти замуж за некроманта

Спустившись в кабинет, некромант написал несколько распоряжений своему заместителю, отослал их магическим курьером и, вскочив в седло, направился на север, почему-то чувствуя себя рыцарем, ехавшим освобождать свою принцессу.





Глава 23




Благодаря работникам, присланным хозяином постоялого двора, дом достаточно быстро привели в порядок, насколько это вообще было возможно.

– Проще разобрать эту лачугу, да построить новый дом, – напутствовал на прощание один из работников, коренастый мужчина с огромными мозолистыми руками. Остальные двое, по всей видимости, его сыновья закивали.

– Думаю, это пока что лишнее, – уклончиво ответила девушка, пряча кошелек, который опустел на несколько серебряных монет.

– Ну, как скажете, мисс, – мужчина явно недоумевал, почему такая хорошо одетая леди оказалась в такой глуши, но спрашивать не стал, испытывая, как и все, робость перед аристократами. – Ежели чего надо – зовите. Я живу в деревне вон за тем холмом… Меня Бринном кличут.

Он махнул рукой куда-то за вересковые пустоши. Девушка кивнула:

– Спасибо.

Она вошла в дом и прислонилась спиной к двери. Мери-Джейн, сурово поджав губы, распаковывала вещи. В убогой обстановке коттеджа самые простые платья леди Артли казались вызывающе роскошными. Почувствовав на себе взгляд хозяйки, горничная подняла голову, морщины на ее лбу разгладились.

– Не стойте в дверях, мисс, ветер такой, что обязательно продует! – Строго сказала она.

Элионора послушно прошла в комнату и села за стол. Стульев не было, из заменили наскоро сколоченные Бринном лавки.

– Сейчас вода закипит, и я заварю вам чай, – пообещала Мери-Джейн.

– Я могу попробовать и сама, – робко возразила девушка, но горничная лишь отмахнулась.

Глядя на то, как суетится служанка, Элионора почувствовала угрызения совести. Ведомая своей гордостью, девушка не подумала ни о том, как она будет жить, ни о средствах на эту жизнь.

– Наверное, мне стоит поискать работу, – тихо произнесла девушка, когда чай был заварен, а горничная, вопреки всем приличиям села напротив хозяйки.

– Это не так уж и просто, мисс, – аккуратно заметила Мери-Джейн. – Для гувернантки вы слишком красивы, а для компаньонки одинокой пожилой леди – строптивы.

– При чем тут моя внешность?

– Ну как же? Как правило, в доме, где есть дети, есть и муж. – Горничная вздохнула. – Уверяю вас, мисс, в отличие от лорда Уиллморта, он не будет миндальничать, а попросту зажмет в темном углу.

– Не говори мне про лорда Уиллморта! – Вспыхнула Элионора. Огонь в печи запылал ярче, а ветер за закрытым ставнями окном отозвался издевательским эхом.

– Вот и я про то же, мисс, – спокойно заметила Мери-Джейн, отпивая чай из огромной глиняной кружки. Эти кружки, как и несколько тарелок были подарком хозяина постоялого двора.

Девушка слегка смутилась.

– А что мне еще остается делать? – С горечью воскликнула она. – Принять предложение, которое мне так щедро сделал Дж… лорд Уиллморт?

Оговорка еще больше разозлила ее, Элионора вскочила и закружила по комнате.

– А он что-то предлагал? – Словно невзначай поинтересовалась горничная.

– О, он был так щедр, что даже предложил мне Артли! Как будто после всего, что было, я могу спокойно появиться в имении и жить там, как ни в чем не бывало!

– Возможно, милорд просто не знал, как вас удержать? – Предположила служанка. – Или хотел знать, что с вами все в порядке.

– Мери-Джейн, мы говорим о начальнике Тайной канцелярии! – Отмахнулась Элионора, все еще злясь и на некроманта, и на горничную, затеявшую этот разговор, но больше всего – на саму себя.

– Мы говорим, прежде всего, о мужчине, мисс Элионора, – возразила горничная.

Элионора покачала головой и отвернулась, давая понять, что больше не намерена обсуждать эту тему. Мери-Джейн лишь тяжело вздохнула.

Ночью девушка долго лежала без сна. Стоило только задремать, как в памяти всплывало бледное лицо лорда Уиллморта, его изумрудно-зеленые глаза и шепот: «Я люблю вас!».

Девушка вздрагивала просыпалась, а потом долго лежала, бесцельно смотря в холодную темноту ночи. Ветер все шумел. Дом вздрагивал. Казалось, что еще чуть-чуть и стены просто рассыпается на маленькие кусочки.

Под утро усталость все-таки взяла свое. Когда Элионора проснулась, темнота ночи сменилось серой мглой сумрачного дня. Девушка не сразу сообразила, что тяжелый рокот, доносящийся снаружи – шум прибоя.

От нечего делать Элионора долго гуляла вдоль побережья, то и дело смахивая с лица соленые брызги. Огромные волны накатывали на камни, рассыпаясь белоснежной пеной.

В какой-то момент, стоя у края обрыва, Элионоре вдруг захотелось упасть в обманчиво мягкую пену, разбиться о камни и обрести покой.


– Думаешь, он там есть? – Голос за спиной заставил девушку подпрыгнуть на месте.

Она обернулась. Леди Альмерия стояла за спиной.

– Как? – Выдохнула девушка.

Призрак усмехнулся:

– Как я нашла вас? Кольцо Уиллмортов, оно до сих пор у вас, моя дорогая.

Элионора ахнула и невольно перевела взгляд на руку. Черный сапфир в белом золоте. Она настолько привыкла к кольцу, что забыла снять, когда покидала дом некроманта.

– Вы пришли, чтобы забрать его? – Девушка попыталась снять кольцо, но сапфир намертво сидел на пальце.

– Нет, – покачала головой Альмерия. – Я пришла, чтобы убедит вас не делать глупостей.

– Я не собираюсь покончить счеты с жизнью.

– По-моему, вы уже сделали это, – призрак многозначительно взглянул в сторону одиноко притулившегося коттеджа на холме.

– А что мне еще остается делать? – С горечью воскликнула Элионора. – Этот дом – единственное, что у меня осталось.

– Разве? – Альмерия улыбнулась.

– Намекаете на то, что я должна была принять предложение вашего племянника?

– Смотря какое, – призрак сделал вид, что размышляет. – Разумеется, вам не следовало соглашаться и возвращаться в Артли, но вы вполне могли бы выйти замуж за Джона и заставить его всю жизнь раскаиваться за его шутки дурного тона!

– Вы говорите так, будто его поступок – действительно всего лишь шутка! – Возмутилась Элионора.

– А разве нет? Разве хоть раз мой племянник попытался воспользоваться правами мужа?

– Он… – Элионора вспомнила страстные поцелуи, обжигающие объятия и то, как лорд Уиллморт с явным сожалением прекращал все. «Вы еще возненавидите меня» … «Я люблю вас». – Он ведь поклялся вам.

– Не причинять вам зла, не более.

– Он заставил меня пойти на королевский бал! – Выпалила девушка первое, что пришло на ум.

– Каков негодяй! – Возмущение призрака было настолько искренним, что Элионора невольно улыбнулась.

– Вы же знаете, что я обязана была соблюдать траур по брату, – мягко отозвалась она.

– По человеку, которого едва знали и который, пользуясь своим правом опекуна, принес вам огромные неприятности? – Зачем-то уточнила Альмерия.

Элионора опустила голову.

– Вы правы. Но ведь это не оправдывает вашего племянника!

– Моя милая, его уже давно ничто не оправдывает! И я даже рада, что он получил по заслугам!

– Тогда зачем вы пришли ко мне?

– Всего лишь попросить не хоронить себя заживо. Жизнь дается лишь раз, помните об этом! – Последние слова прозвучали в гулкой пустоте.

Призрак исчез. И тут же ветер швырнул в лицо соленые брызги. Элионора вздрогнула и поняла, что все еще стоит над обрывом.

Закутавшись плотнее в плащ, девушка поспешила вернуться в коттедж. Мери-Джейн суетилась у дымящей плиты.

– Я помогу тебе? – Элионора подошла, но горничная лишь махнула руками.

– Еще чего не хватало, сидите, мисс! Уж я-то знаю, как вы способны спалить любое блюдо!

Девушка послушно вернулась на свое место, чувствуя угрызения совести. Выросшая в огромном имении, она умела лишь отдать распоряжения слугам и следить за их исполнением. И вот теперь ее горничной приходилось полностью вести хозяйство.

Девушка взглянула на кольцо, которое так и не решилась снять с пальца. Показалось, или в глубине сапфира плясали огненные искры. Слова призрака не шли у нее из головы. Альмерия была права, и Элионоре не стоило хоронить себя заживо.

Это придало решимости, и после бурных препирательств со служанкой, девушка все- таки отправилась в Нортхэм купить газеты.

Необходимо было найти работу. Что будет потом, Элионора предпочитала не думать.

Нортхэм встретил их проливным дождем. Небеса словно разверзлись, и Элионоре с Мери-Джейн пришлось вновь укрыться на единственном в городе постоялом дворе.

Новые обитатели коттеджа на холме вызвали любопытство завсегдатаем, и девушке стоило огромного труда избежать зачастую бестактных вопросов. Как только дождь стих, она выскочила с постоялого двора, предпочитая мелкую морось запаху пива и лука.

Ночь вновь принесла лишь тревожное забытье, перемежаемое яркими вспышками снов- воспоминаний. Допросы следователей Тайной канцелярии, балы и изумрудно-зеленые глаза, которое, казалось, следили только за Элионорой. В них плескалась Тьма. Сейчас она вызывала не страх, но отчаяние, что все кончено.