Все арестованы!

— Минуточку, — прокашлялся я, опять встревая между ними. — Давайте не отклоняться от темы. Итак, доктор Пияв?

— Что вы хотите знать? Конечно, как публичная личность, я веду довольно активный и открытый образ жизни. У меня много учеников, на мои лекции приезжает молодёжь со всей страны и даже из-за рубежа. В доме всегда есть кто-то, кого мне подозревать…

— Почтальон? Врач? Полицейский? Садовник? Молочница? — попробовал подсказать я.

— Ну-у… да. Однако, пожалуй, чаще всего старший сержант Маклак. В его обязанности входит фиксировать всех приезжающих в наш город. Он мой хороший приятель, всегда готов помочь.

— Понятно. — Я вздёрнул брови и сделал пометку в блокноте. — Больше вопросов пока не имею.

— Вы забыли спросить, с кем он всё-таки проживает, — язвительно напомнил Льюи. — Лично мне жуть как интересно…

И мне вновь пришлось разнимать двух вампиров. Положение спас звонок в дверь. Чунгачмунк посмотрел в глазок и впустил Эльвиру. У меня замерло сердце. Я так рад был ее видеть.

— Обалдеть, — ахнула она, глядя круглыми глазами на нашу разношёрстную компанию. — Ирджи, ты все-таки умудрился вытащить его из тюрьмы?! Пиява! Главного виновника всех беспорядков и беглого преступника века. Да за такое интервью меня все столичные издания на руках носить будут!

— Вы уже брали у меня интервью, — насупившись, буркнул доктор.

— А теперь у меня есть возможность его расширить.

— И я охотно дополню его своими комментариями. — Льюи встал, одёрнул юбку и демонстративно поцеловал ручку моей подруге.

Пияв закусил губу и сжал кулаки. Но при женщине как истинный интеллигент в драку полезть не посмел, чем Льюи беззастенчиво пользовался, отпуская в его адрес одно язвительное замечание за другим, которые Эльвира охотно комментировала, принимая сторону Пиява. Но доктор, несмотря на их ухищрения, скрестил руки на груди и продолжал угрюмо молчать.

Я отошёл в сторону с Чмунком.

— Если за ней следили, то они будут здесь через десять минут, — ответил он на мой беззвучный вопрос. — Поцелуй Енота, ты всё подключил?

— Да, запись уже идёт, вождь.

— Главное, чтобы они не начали стрелять без предупреждения.

— Этого не произойдёт, Маклак наверняка захочет покрасоваться, — интуитивно предположил я.

От тяжёлого удара дверь едва не слетела с петель, и в проёме появился этот самый не к ночи упомянутый Боб Маклак с самым большим пистолетом, какой мне только приходилось видеть в жизни. Надо же, какие у него комплексы.

— Все арестованы! Никому не двигаться. Руки за голову! — прокричал он, явно пытаясь играть крутого полицейского из кино, что, впрочем, выходило у него бездарно.

Мы молча подчинились. Следом за Маклаком в комнату ворвались двое его бугаёв, тоже сразу беря нас на прицел, и… ого, сам Эдик Калинкин! Певчий кумир вампирской молодежи ничуть не изменился, как будто вчера виделись. И как только получилось, что тут собрались три главных действующих лица с лайнера вампиров?! А говорят, совпадений не бывает…

— Ничего не понимаю, — пробормотал я, обернувшись к Пияву. — А этот-то откуда взялся?

Доктор не ответил. Но в его глазах, устремлённых на Эдика, светилась такая любовь и нежность, что по крайней мере один вопрос стал абсолютно ясен.

— Что всё это значит? — первой подала голос моя журналистка. — Я представитель прессы, вы не имеете права. Зачем такие крайности? Я же на вашей стороне.

— Неужели вы думали, что я так глуп, мадемуазель Фурье? — презрительно фыркнул Маклак, грозно сведя брови. — Все ваши звонки и эсэмэс тщательно отслеживались и перехватывались.


— Но это же противозаконно! — продолжала играть роль наивной дурочки Эльвира, уже явно издеваясь над ещё не улавливающим сарказма офицером.

— Закон здесь я. А теперь, когда вы все в моих руках, я хочу знать, что вы задумали, сержант? Неужели всерьёз предполагали, что сможете обыграть меня на моей же территории?

— Мне этого и не требовалось, — сдержанно прокашлялся я. — Я лишь хотел помочь другу, но никак не рассчитывал, что задену ваши тайные махинации с федеральным бюджетом.

Маклак мгновенно переменился в лице.

— Продолжайте, — прошипел он.

— Охотно, — согласился я. — Но сначала можно нам наконец опустить руки? Мы никуда отсюда не денемся. Отлично. Так вот, — я потер затекшее плечо, — имея свободный доступ в дом доктора Пиява, вы подливали в его томатный сок одну-две ложечки крысиной крови. После чего и происходил «срыв».

— Ха-ха! Зачем мне это? — неестественно рассмеялся Маклак.

— Может, позволите закончить? Затем, что вы лично получали доступ к дополнительным средствам на поддержание порядка в городе, потому что каждый публичный срыв доктора вызывал мелкие беспорядки в городе. И так продолжалось довольно долго. Вы не рассчитывали, что на этот раз ситуация выйдет из-под контроля и молодёжь поднимет уже настоящий бунт! Так же как не рассчитывали на приезд вождя теловаров, имеющего звание рядового полиции Мокрых Псов. А следовательно, такого же представителя власти, как и вы, только не из вашего лагеря. Он не мог не обратить внимания на то, что срывы Пиява происходят всё чаще и чаще. Поэтому вы были вынуждены удерживать доктора под стражей. Вы испугались, потому что при официальном расследовании Чунгачмунка индейцы могли потребовать суда и дознания. Но тогда любое медицинское исследование раскрыло бы ваши манипуляции. Вы этого боялись. Поэтому, спровоцировав индейцев на прямой конфликт с молодыми учениками доктора, под шумок упрятали Пиява в камеру, не допуская к нему ни врачей, ни прессу, ни представителей власти.

Все смотрели на меня с выпученными глазами. Я почувствовал себя героем сцены и с лёгким поклоном публике продолжил:

— А потом на помощь нашему сотруднику приехали мы с Эльвирой, и вы окончательно приняли решение никуда не выпускать несчастного. Вы действовали так из страха разоблачения. Любой преступник знает, что наказание неотвратимо, а офицер полиции понимает это вдвойне. Освободи вы Пиява из тюрьмы, он бы мгновенно прекратил бунт вампирской молодёжи, но тогда бы доктор сразу попал под перекрёстный допрос Чмунка, Эльвиры и других представителей заинтересованных сторон. А они уже понимали, что дело нечисто…

— Ложь, — неуверенно пробормотал Маклак. — Ваша журналистка брала интервью у Пиява, мы не прятали его от прессы.

— Вообще-то вы сами предоставили мне список вопросов, которые я могла ему задавать. Вы же присутствовали при нашем разговоре, строго контролируя и обрывая все мои попытки спросить то, на что не хотели бы слышать честных ответов, — сухо поправила Эльвира.

— Зачем мне подставлять доктора? Мы с ним друзья, скажите им, Пияв!

— У меня только один настоящий друг, — гордо выпрямился доктор. — Вы злоупотребили моим гостеприимством и доверием, теперь мне всё ясно. Вы низкий лжец, старший сержант Маклак. Впредь держитесь подальше от моего дома. Но одно мне непонятно: откуда вы узнали, как мой организм реагирует на крысиную кровь?

И тут взгляды всех быстро сошлись на Эдике Калинкине.

— Ну и что? — не выдержав, сорвался тот. — Мне нужны были деньги, выпуск дисков — дорогое удовольствие. А вампиры никогда не платят за мои выступления. Мы вообще привыкли никому не платить…

— Ну всё-таки некоторые из нас работают. Я мог бы застолбить тебе местечко на улице, — с кокетливой издёвкой предложил Льюи.

— Но ты же торгуешь собой! — презрительно отодвинулся от него Эдик.

— И что? Всё равно это честнее, чем обкрадывать своего друга и покровителя. — Он недвусмысленно подмигнул Пияву.

— Как ты мог, Эдик?! После всего, что у нас было-о… — наконец обрёл голос и бедный Пияв, страдальчески глядя на Калинкина.

Увы, в глазах популярного певца не отразилось особого раскаяния, и он только невнятно пожал плечами.

— Давай не будем обсуждать это при посторонних — наконец равнодушно фыркнул Калинкин. — Хотя любой скандал только на пользу моим рейтингам. Да и вам, пожалуй, тоже…


Вы прочитали книгу в ознакомительном фрагменте. 
Купить недорого с доставкой можно здесь.