Во всем виновата книга

На часах было одиннадцать вечера, а напарники за целый день ни разу не передохнули. Последние двенадцать часов они скупали необходимое для грядущей операции – хирургические инструменты, электронику и драму Шиллера «Разбойники» в кожаном переплете. Книгу посоветовал взять Давила, новый партнер напарников, потому что Кучильо очень любил немецкого поэта.

Эванс поглядел на сделанное им в ювелирную лупу и кое-что исправил.

С соседней площади в раскрытое окно лилась заразительная музыка в жанре нортеньо. Отчетливо слышался аккордеон. Окна открыли, потому что температура обещала стать терпимой, а кондиционер выключили. Эванс убедил себя, что кашляет из-за плесени.

Алехо Диас сидел рядом и молчал, заметно нервничая. Нервничал он не из-за бомбы: его явно пугала роль библиофила и эксперта по Диккенсу.

Тем не менее Диас периодически отрывался от труда «Как собирать первые издания современных книг» и поглядывал на бомбу. Эванса так и подмывало броситься на пол с криком: «Черт! Пять… четыре… три…» Чувство юмора у мексиканца имелось, но такая шутка, пожалуй, выходила за границы допустимого.

Примерно через полчаса Эванс приклеил кожу на место.

– Ну вот, готово.

Диас глянул на его работу.

– Малышка!

– Ага, бомбы, они такие. В этом их прелесть.

– Сработает?

– О да! – заверил Эванс, хохотнув.

– Здорово, – нервно пролепетал Диас.

У Эванса пискнул телефон: пришла зашифрованная эсэмэска.

– Наживка приехала, – объявил он, прочитав сообщение.

Минуту спустя в дверь постучали. В сообщении имелись все нужные кодовые слова, но оба агента вытащили оружие.

Однако пришел не самозванец, а тот, кто должен был явиться, – служащий Совета по экономическому развитию при консульстве США в Северной Мексике. Эванс с ним уже работал. Коротко кивнув, мужчина вручил Эвансу сверток, развернулся и ушел.

Эванс вскрыл упаковку и достал «Лавку древностей» Диккенса. Шесть часов назад книга лежала в известном нью-йоркском магазине на Уоррен-стрит. Доставивший ее заплатил наличными и чартерным рейсом привез книгу в Сонору.

Убивать мерзавцев не только опасно, но и дорого.

Эванс снова упаковал книгу.

– Что делаем дальше? – спросил Диас.

– Ты просто читай. – Эванс кивнул на книгу. – Когда закончишь, хорошо бы освежить познания в английской литературе. Никогда не знаешь, какая тема всплывет.

Диас закатил глаза, сел поудобнее и потянулся.

– Пока я прохожу школьную программу, чем займешься ты?

– Пойду гулять и напьюсь.

– Это несправедливо, – заметил Диас.

– И не говори! Может, еще и перепихнусь с кем-нибудь.



Четверг

Вторая часть плана не осуществилась, хотя Эванс был очень близок к этому.

Молодая красотка Кармелья из соседнего бара оказалась слишком напористой. Вот Эванс и заподозрил, что она вынашивает коварный план: заарканить американского мужа, привлекательного и явно имеющего работу.

Так или иначе, вовремя вмешалась текила, и до игры «К тебе или ко мне?» просто не дошло.

Сейчас было десять утра и, разумеется, жарко как на сковородке. Кондиционер не работал; впрочем, кашель у Эванса прошел.

– Выглядишь ужасно, – отметил Диас, глядя на напарника. – Ты в курсе, что большинство самых популярных романов Диккенса изначально печатались по частям? И что творил он под влиянием готических романов Викторианской эпохи, но придавал своему стилю налет экстравагантности?

– Если заведешь такой разговор у Кучильо, тебе капец.

– Хочу прочитать что-нибудь из Диккенса. Его на испанский переводили?

– Думаю, да. Не знаю.

Эванс открыл дипломат, который купил накануне и снабдил тайным отделением. Туда он спрятал томик Шиллера, над которым трудился накануне вечером, и закрыл. В другие отделения Эванс сложил квитанции, прейскуранты, листы бумаги – все, что может захватить торговец книгами на встречу с клиентом. Туда же отправился Диккенс в пузырчатой пленке. Затем Эванс проверил приложение связи на айпаде, который предстояло взять с собой Диасу. Айпад будет якобы находиться в спящем режиме, но гиперчувствительный микрофон уловит каждое слово Кучильо и Диаса. Приложение работало нормально.


– Так. – Эванс проверил свою девятимиллиметровую «беретту» и спрятал в поясную кобуру. – Приманка готова, устройство готово. За дело!

Напарники спустились к стоянке. Эванс направился к огромному старому «меркьюри», да, к настоящему «меркьюри», коричневому, выгоревшему на солнце, с идентификационным номером, которого официально не существовало. Диас двинулся к темно-синему «линкольну», зарегистрированному на «Коллекционные книги Давилы», который Давила согласился одолжить им сразу же, чуть ли не со слезами на глазах.

По неписаным законам проведения операций, в которых есть реальный шанс погибнуть через час, напарники не говорили ни об удаче, ни о надежде, ни об удовольствии от совместной работы. Даже руки друг другу не пожали.

– Ну, увидимся.

– Sí.

Они расселись по машинам, завели моторы и погнали прочь со стоянки.



По дороге к имению Кучильо Алехо Диас не мог не думать об автобусе. О туристах, которых этот мясник завтра сожжет заживо. Диас вспомнил вчерашние слова П. З. Эванса и подумал, что для Кучильо эти люди – тоже оправданные жертвы.

Диас с ненавистью подумал о том, что все эти Кучильо делают со страной. Да, в Мексике жарко, грязно, экономика нестабильная. Страна вечно прозябает в тени северного гиганта, которого мексиканцы любят и ненавидят.

Но эта страна – его родина, которую нужно уважать, несмотря на ее несовершенства.

Такие, как Алонсо Мария Карильо, откровенно презирают Мексику.

Разумеется, при встрече с Кучильо отвращение придется скрыть. Он, Диас, станет просто помощником книготорговца, а наркобарон – очередным богатым бизнесменом, любящим книги.

Если сорвать операцию, погибнет много людей, включая самого Диаса.

Вот и резиденция Кучильо. Ворота медленно открылись, Диас въехал на территорию и припарковал «линкольн» у скромной входной двери. Смуглый, явно вооруженный крепыш тепло поприветствовал его, попросил выйти из машины и подойти к столу у входа. Другой охранник обыскал Диаса, аккуратно, но тщательно.

Потом охранник взялся за дипломат. Диас наблюдал за ним с отстраненностью, удивительной для него самого, ведь буквально через минуту его могли застрелить.

Но вот охранник, нахмурившись, зарылся в дипломат, и отстраненность улетучилась. У Диаса бешено забилось сердце.

Господи…

Охранник вытаращил глаза, потом улыбнулся.

– Это новый айпад? – спросил он и, вытащив устройство, показал коллеге.

Дыхание безнадежно сбилось, но Диас кивнул, гадая, не порвались ли барабанные перепонки Эванса от такого вопроса.

– Связь четыре «джи»?

– Да, если есть сервер.

– На сколько гигов?

– На тридцать два, – пролепетал мексиканский агент.

– У моего сына такой же. Битком набит видеоклипами.

Охранник положил айпад на место и вернул дипломат Диасу. Томик Шиллера остался необнаруженным.

– У меня клипов немного, – ответил Диас, стараясь привести дыхание в порядок. – Айпад, он в основном для работы.

Через пару минут Диаса провели в гостиную. От воды и других напитков он отказался и уселся один, положив дипломат на колени. Вот он незаметно открыл дипломат, вытащил Шиллера и спрятал в поясную кобуру, рассеянно думая о том, что взрывчатка теперь находится в паре дюймов от его пениса. Поднятая крышка дипломата защищала от любопытных глаз камер, на случай, если те стояли в гостиной. Диас вытащил Диккенса и закрыл дипломат.

Минуту спустя на пол легла тень. Диас поднял голову и увидел, что в гостиную медленно и спокойно входит Кучильо.

Нож. Убийца сотен, а то и тысяч человек.

Широко улыбаясь, коренастый мужчина шел к Диасу. Он казался вполне симпатичным, но слегка рассеянным.

– Сеньор Абросса! – Кучильо назвал имя, которое Давила накануне сообщил ему по телефону. Диас протянул визитку, которую они с Эвансом напечатали за день до того. – Добрый день. Очень рад встрече.

– А я рад встрече со знаменитым клиентом сеньора Давилы.

– Как он? Я надеялся увидеть его лично.

– Сеньор Давила передает вам наилучшие пожелания. Он готовится к аукциону Библий восемнадцатого века.

– Да-да, я помню. Библия – одна из немногих книг, экземпляры которых я не собираю. И напрасно. Говорят, сюжет весьма занимателен.

– И герои тоже, – засмеялся Диас.