Влюбить за 90 секунд

Чувствую, как щеки горят от смущения. Это после странного, но очень приятного сна.



– Конечно, сплю! Суббота! Как бы выходной!



– Как бы выходной, значит? А про пари наше ты не забыла? Мы ж договаривались с самого утра подготовку начать! Быстро дуй в квартиру Насти!



Ксеня так быстро трещала, что и слово мне не давала вставить.



Я откинула одеяло, подошла к окну и открыла жалюзи. Тут же в комнату проник ласковый солнечный свет. Во дворе ни единой души. Конечно, все нормальные люди в выходной отсыпаются… А мне тащиться на эту каторгу. Хотя погода вроде хорошая. Располагает к утренним прогулкам по пустому городу.



– Ты слушаешь меня вообще? – возмутилась Ксеня. – Уже скоро стилист-визажист придет…



– Визажист? – ахнула я. – Стилист? Настоящий?



– Нет, надувной! – продолжала сердиться Ксеня. – В Роспечати купила за семьдесят рублей! Можно его с собой в бассейн брать…



– Какая ты шутница, Царева! Отключаюсь!



Я нажала «отбой» и отправилась в душ. Родители еще спали. Выйдя из ванной, столкнулась в коридоре с папой.



– Куда это ты с утра пораньше? – спросил отец. – Кофе будешь?



– Мне с Ксеней встретиться надо, по магазинам пройдемся!



Папа с подозрением посмотрел на меня. Вообще я обычно не питаю особую любовь к шопингу. Особенно в выходные, когда все магазины заполнены толпами покупателей.



– А, ну давайте!..



Я прошла в свою комнату. Так. Я настроена решительно на то, чтобы перевоплотиться в Грохольскую – «девушку из высшего общества». Подкатила стул к платяному шкафу и на свой страх и риск потянулась к самой верхней полке. Оттуда достала обувную коробку. В ней лежали бежевые лакированные лодочки, которые я надевала один раз на выпускной. Только на торжественную часть. После, конечно же, переобулась в любимые кеды. Самое время картинно сдуть пыль с коробки и научиться сносно ходить на каблуках. Иначе никак…



Родители завтракали, когда я приковыляла на кухню. Мама застыла с чашкой кофе в руках. А папа даже жевать бутерброд перестал.



– Ну че? Как я вам?



– Отличный след от подушки на щеке, дочь! – похвалил папа.



– Спасибо, конечно, но я о туфлях…




– Тогда ты мне напоминаешь мима на ходулях… – папа рассмеялся.



Мама уставилась на мои ноги.



– Аленушка, а чего это ты? – спросила озадаченно она.



– Ксеня мне бросила вызов! Я должна проходить на них целый день!



– Ох, уж эти ваши вызовы… – покачал головой папа. ­– Когда с Ксенией своей повзрослеете? Смотри, ноги не переломай!



­­– Да уж как-нибудь… – пропыхтела я, потянувшись за сырником.



На улице меня встретило утреннее теплое солнышко. Я посмотрела на голубое глянцевое небо и улыбнулась. Какой ясный денек! Красота! И небывалая тишина вокруг. Только птички весело о чем-то поют, и свежая листва над головой шелестит…



Я решила доехать до Настиного дома на трамвае. А то сотру все ноги. Ведь мне предстоит такое ответственное задание! Я почувствовала себя агентом под прикрытием. Даже важно водрузила солнечные очки на нос. Правда, из-за них же едва не попала под колеса велосипеда, которым управлял подросток. Почему эти наглые дети не учатся с утра, а на великах гоняют как сумасшедшие? Я вскрикнула и шарахнулась в сторону кустов. И на этих чертовых каблуках чуть ноги не переломала, как и предсказывал мой дорогой папенька…



– Куда пр-решь? – рявкнула я. Пацан тут же затормозил и уставился на меня.



Стоп-стоп-стоп. Еще вчера вечером Ксеня сообщила мне, что игра началась. И мы даже звякнули в честь этого бокалами. Я и туфли с утра на каблуках нацепила. Все-таки Элен Грохольская бы так не отреагировала. Она девушка воспитанная, сдержанная, многогранная…



– Мальчик, а ты почему не в школе? – как можно миролюбивей поинтересовалась я.



– Чего-чего? – басом ответил мне подросток. – Да пошла ты!..



– Ну, знаешь, козявка зеленая! – задохнулась я от возмущения. – Сейчас я тебе…



Я нащупала изящной лодочкой огромный сук и нагнулась, чтобы поднять его с земли. Сейчас запущу палкой в этого грубияна! Пацан, весело звякнув велосипедным звонком, тронулся с места и что есть мочи закрутил педали. А я словно первобытный человек с палкой в руках поковыляла за школьником. Ну, точно! Австралопитек на шпильках. Так и пробежала пару десятков метров с дубинкой наперевес. Вспомнив, как выглядит иллюстрация, на которой изображен эволюционный путь человека, я решила, что все-таки пора и мне остепениться. Выбросила палку в ближайшие кусты, поправила кофточку и поцокала в сторону трамвайных путей.



От остановки до высотного красивого дома я еле плелась. Не удивлюсь, если стилист-визажист успел прийти и, не дождавшись меня, уже уйти. В кедах бы я в два счета добежала до нужного подъезда, а тут…



Я зашла в просторную светлую парадную, миновала спящего консьержа, которого даже не разбудил неуверенный стук моих каблуков, и проскользнула в лифт. Пока поднималась на шестнадцатый этаж, внимательно рассматривала себя в красивое большое зеркало в золоченой раме. Да уж, от «мадам Грохольской» у меня только туфли на шпильках. Заспанная, не накрашенная. Не до конца высушенные феном волосы впопыхах стянула резинкой. Я показала своему отражению язык. Да, Горшкина я, Горшкина! Какая девушка из высшего общества? Что смеяться-то?



Дверь мне открыла высокая голубоглазая блондинка. Я сначала решила, что ошиблась квартирой.





– Ты – Алена? – строго спросила меня девушка, словно была моим новым учителем, а я – опоздавшим провинившимся учеником.