Виват, император…

— Опасно. — только и сказал хуторянин. — Камень сложно приручается. Из него, в основном, только гномы могут изделия делать. В камне много заложено памяти о прошлом, в отличие от того же железа. Железо подвергалось обработке в раскалённой печи, а камень нет. Ушастые любят такие заготовки из дерева делать. Что, впрочем, неудивительно. Они, вроде, и вовсе их просто выращивают. Но дерево любое, пускай самое древнее, по своему возрасту во много раз уступает любому камешку. Потому и каменные големы самые сильные и, как следствие, самые опасные. Не совладает маг, или он слабым окажется и тогда голем начнёт всё вокруг крушить. У них получается прирождённая жажда убийства, и только маг может держать это создание в подчинении. Погибнет маг, тогда и всем остальным, кто рядом с големом находится, не поздоровится. Потому, в частности, и забылось это умение в мире. Опасное оно. Но! — мой новый учитель поднял палец вверх, — но зато они очень сильные и ими можно управлять дистанционно. Страшное оружие на самом деле — попробуй, успокой такого воина! Вот эта зверушка, явно равна по силе, целой сотне рыцарей, упакованных в железные доспехи. Маги, конечно, в состоянии справиться с ним быстрее, но представь, что ты накинул на него своё умение прикрывать соратников своей защитой от магии. Представил? Вот и всё! Если в войске есть хотя бы с десяток магов, способных создавать големов, причём, по размерам в разы больше твоей игрушки, то даже крепости, построенные гномами, не смогут устоять под их яростью. Для этого каменных големов и создавали, чтобы камня на камне не оставлять в поселениях противников и врагов. Гномы между собой тоже очень часто воевали. Но повторюсь, совладать магу с этим созданием сложно, очень сложно. Вот ты сам, Гури, как себя чувствуешь?!

Я пожал плечами.

Устал? Да. Вымотан в магическом плане? Да. Но чтобы были какие-то затруднения с моей новой игрушкой? Вроде, нет. Вон только его или её, так пока и не понял, удивление, радость и любопытство чувствую. Я же уже даже покататься успел на спине своего голема. И что самое необычное, что каменная спина, под моей маленькой, костлявой попой, подстроилась так, чтобы мне и удобно сидеть было, и что-то в виде седла с каменой спинкой соорудило для удобства.

Но, что не отнять, так это то, что манну с меня тянет сильно. Правда, не уводя её и вовсе в минус, а то я тут точно грохнусь.

Если раньше сам хозяин делал таких големов, то представляю, сколько в нём было запасов энергии.

Я тут даже и рядом не стою!

Видать он понял, о чём я подумал, потому что то, что он дальше сказал, подтвердило мои мысли:

— Обычно в них вставляют камни, способные держать в себе магию. Тогда их можно даже нацелить служить и вовсе посторонним людям. Этим и промышляли раньше. Лошади не везде способны пройти и у буйволов тягловые свойства не столь впечатляющие. Раньше, агрегаты для осады крепостей именно големы и таскали. Кто на себе, а кто просто, в качестве тягловой силы. Их и так, как ты сейчас, любили использовать. Как скакунов, которые практически никогда не устают. Есть магия в запасе — езжай, хоть до бесконечности, ну и прибавь сюда и огромную грузоподъёмность. Ты, я смотрю, облагородил как-то своего нового помощника. Вон, морда у него, словно и правда, перед тобой кошак. Не отличишь, только шерстки не хватает. Но красиво получилось. Ну и последнее. Его оружие. Сам голем и есть оружие. Удар каменой лапой мало, кто способен выдержать, даже подобное создание. Вот в древности и устраивали армии, состоящие из подобных созданий сражения между собой. Представил, как это выглядело? Сотни магов с каждой стороны и сотни големов и вся эта масса между собой бьётся. В общем, страшные годы это были, когда война приходила, и правители между собой договориться не могли. Это сейчас о былом позабыть успели, и то, иногда, судя по дошедшим до меня слухам, кто-то пользуется подобными умениями, пускай и не столь распространённо, как раньше.

А я подумал о другом. Если на такого каменного воина повесить заклинания защиты, и от магии артефактов навешать, даже не представляю, как побороть такого противника, а если их, и правда, как говорит учитель, будут, не то что десятки, а сотни!

Хуже танков в моей действительности будут. И судя по всему, раз создания магические, а значит, вполне могут быть и относительно независимы от хозяина. Мыслить — не мыслить, не скажу пока, но то, что сами могут определять себе цели и их уничтожать, это точно. То-то я эту основную часть, целый день ваял, тратя последние силы. Но, видно удивил хуторянина я не только исполнением голема в каменном виде, сам кошак его испугал, причём сильно. Словно подтверждая мои мысли, старик промолвил:

— Ты силён и, как я и предполагал, особенно своей тёмной стороной. Ты создал подобие Чиги. Опасное старинное умертвие, на которое никогда магией воздействовать нельзя было. Только острым железом. Они очень сильно были похожи на всяких кошачьих, только в росте очень высокие и в длину с наш дом. Твоё создание слабое его подобие, но вот нутро у него… — старикан задумался.

Хотя, почему старикан? Мужик в силе. Вон, как после того, как ему Шили перепала в виде жены, расцвёл. А между тем, хуторянин продолжал:

— Добрый он у тебя вышел. Словно копию твоей души получил. Немногие маги могли в голем частичку себя вложить. Очень немногие, во всяком случае, мне это было неподвластно. Потому и бездушные они у меня выходили. А тут. И ещё одно. Такого голема очень сложно убить окончательно. Стоит просто из тех же остатков камня от голема, если его уничтожат, вновь создать что-то подобное, то весь его жизненный опыт, который он наберёт, живя с тобой, вольётся в новое создание. Это тоже особенность одушевлённых големов. Поздравляю тебя, из тебя получится великий маг!

Всё это говорил мужик при Шварце, отчего у того, от удивления и толике обиды, даже рот не закрывался. Так и стоял с нами рядом, с открытым забралом.

Ну, ничего, созреет, а там можно на нём и эксперименты свои проводить. Маг он тоже сильный. Получится научить хоть чему-то из умения големостроения, тогда и о магах Ордена подумать будет можно.

— Но пользоваться им, я бы тебя остерёг от такого шага. Пускай тут пока побудет, и не свети им без надобности. Вот соберётесь там вновь за кошаками за речку, или в катакомбы, как говорили, вот тогда и возьмёте с собой. А пока просто учи его, раз получилось в него жизнь у тебя вдохнуть. Добрый он у тебя. — с завистью проговорил хуторянин. — Больше лучше пока не экспериментируй с големами. Может произойти, что что-то пойдёт не так, и вся свора каменных убийц получит относительную свободу, а вот потом, я тебе ответственно заявляю, о городе и его жителях можно будет забыть. Тут станет проклятая земля, правда не древние маги в этом будут виной, а кое-какой любопытный и безответственный мальчишка и его дружок.

Шварц же с мольбой на меня смотрит — понятно, понял главное, что если постараться, то я могу и ему такую игрушку сделать. Тем более, нам уже и так накопители манны подогнали, ещё перед посещением проклятых земель, когда мы за кошаками ходили, а получили только плотное знакомство с вампирами.

Можно пробовать, но сейчас, вначале я попробую скормить своему новому другу камешек от накопителя. Их у меня два, если не хватит, то у Шварца отберу, всё-таки, не надеясь ни на что, получилось создать оружие, с которым даже поход за речку уже мне кажется не таким уж страшным.

Управлять големом одно удовольствие. Он явно, как обычное животное, куда сказал туда и идёт, но вместе с тем, есть и возможность мысленного управления, хотя пока с этим у нас туго. Мы весь хутор оббегали и перепахали каменными лапами, пока тренировались. Катались вдвоём, причём, то я впереди сидел и управлял големом, но больше старался мысленно команды давать, то уже Шварц перемещался на моё место и, по моей команде голему к подчинению, уже управлял им, как заправской лошадью. Только все-таки эта лошадь, не больше обыкновенного пони, правда в пасти у него настоящие камены клыки сантиметров так по десять каждый. И когти на лапах, особенно на передних, в общем, впечатлил экземпляр.

Шварц уже канючит, чтобы и ему я такую игрушку подарил. И даже, вон, готов отдать все свои кулоны с накопителями. Но я тут же ему предложил попробовать сделать себе голема самостоятельно. Шварц, резкий парень, тут же загорелся такой идеей, и также быстро остыл. Из песка делать голема он не хотел. Из дерева тоже, а работать с камнем у него не получалось. От слова совсем. Да и с деревом не лучше обстояло дело. А вот песок…

Ели его прожарить конкретно, то можно либо стекло получить, либо, если добавить глину, то кирпич. И эта вот идея его завлекла. Всё-таки он огненный маг и огонь его стихия. А если приплюсовать сюда ещё и усиленное действие древнего артефакта, то уже к вечеру из его рук, вернее ладоней, которые почему-то и не думали обугливаться от исходящего жара от заготовок, вышли первые запчасти для его личного голема.

Но вот тут другая проблема мелькнула. Шварц, уж очень сильно и быстро выдыхался в магическом плане, и даже, один раз мне его пришлось почти возвращать к жизни, так он сильно переусердствовал.

Вот, во время очередного спасения друга и застал нас чем-то очень расстроеный старикан.

Вечер. Мы уже на последнем издыхании. Шварц и вовсе, почти кулём, у меня на руках висит. Его подружка убежала в дом за водой. Отпаивать будем. Сумерки сгущаются над водопадом. Слышен сильный шум падающей воды, кстати, в самом доме его почему-то совсем не слышно.

Я гружу, еле дышащего, Шварца на голема, и собираюсь везти его в дом, не дожидаясь, когда он оклемается. Перебор у него с экспериментами, хотя сами результаты меня очень воодушевили. И тут замечаю, что за мной наблюдает наш хозяин, и с каким-то странным, удивлённым взглядом, полным надежды. Я даже глаза зажмурил и головой покачал, чтобы отогнать от себя это наваждение. Не помогло.

Видно, он что-то хотел сказать, но тут застонал Шварц и я погнал своего нового каменного друга в дом…





* * *


Я, честно, боялся, что за нами сегодня всё-таки пришлют. Встреча назначена на вечер, но пегасы и их погонщики так до вечера и не прибыли. Передачу умения Шварцу я запретил. И так, вон, доэкспериментировались. Пластом лежит и я на издохе. То силы ему перекачивал, помогая с обработкой запчастей его голема, то потом лечил, на последнем издыхании. Ночь прошла спокойно, правда из комнаты Шварца доносились знакомые звуки. Везёт ему, а я на просушке.

Шили меня не сторонится, а, наоборот, всем, чем может, старается угодить. И вкусненького побольше наложит, за приёмом пищи, выбирая самые-самые вкусные куски, и заботливо винишка лёгкого самого подольёт, то быстро сбегает, принесёт чего попрошу. Явно пытается благодарность за свободу и обретённое счастье выказать, хорошо хоть, ума хватает саму себя не предложить. Но уж нет — умерла, так умерла, и возобновлять отношения, к тому же уже с замужней почти дамой, увольте. Есть опыт, намучился, и до сих пор мучаюсь.

Утро ласково встретило солнечными лучиками, пробивавшимися сквозь щели между плотных штор. В кровати я один и это меня, если честно, то очень не радует. Тут, блин, и новым необычным умениям не обрадуешься. Хотя, этого живого товара вокруг навалом — только руку протяни. Нужно будет или Суча, или Косого озадачить, чтобы мне очередную живую игрушку нашли. Рабынь навалом, а если учесть, что и рынок невольничий в городе существует, вернее, купцы, кому разрешено приторговывать таким специфическим товаром то и подавно вопрос ни о чём, главное выбрать что-нибудь подходящее…

Сегодня же и скажу, а то как-то некомфортно себя чувствую: все при ласке, один я везунчик, у кого постоянно женщин отбирают.

За завтраком собрались все. Стол ломится от угощений — явно продукты тут не экономят. Шили довольная. А вот её муженёк опять смурной и косяки в мою сторону бросает.

Я, если честно, напрягся. Может, чего не так у них, а он на меня думает? Всё-таки за девчонку нехило ништяков отвешено. Но, раз пока с претензиями не пристаёт, то и будить лихо и напрашиваться на разборки, не будем. Приспичит — сам обратится либо за помощью, либо за объяснениями. Разберёмся с проблемами, по мере их поступления, а пока нам с бароном пора в сторону села бежать. Может, сегодня появятся те, кого вчера ждали. Правда, гости явно незваные и не дорогие, вернее, как раз, очень дорогие, если смотреть через золотую призму, а так, по большому счёту, они тут нам и нахрен не сдались.

— Мы сегодня молока надоили, — девчушка Шварца мило, застенчиво улыбаясь, произнесла, потупив глазки.

Ты смотри, какая скромница, а недавно чуть ли не при всех раздевалась, завлекая Шварца в его комнату, в постель. А тут, посмотри-ка, девочка — целочка!


А насчёт молока, я что-то подзабыл. Увлёкся слишком големом, а кстати, а он-то где?

Я заозирался вокруг. В кухне, она же столовая, его нет. Может, на улице?

Видя, что я с беспокойством шарю взглядом вокруг, догадливый мужик Шили произнёс…

— Ищешь своего каменного монстра? Так он вчера в дверях улёгся. Вон, в хлев, доить корову, пришлось малышке через окно на улицу вылезать. Ты в следующий раз ему сразу место определи. А то, видно, по умолчанию, оно сразу в сторожевой режим вошло. И как понимаешь, нас он рассматривает, как объект охраны и без команды твоей, ну никак на улицу не выпустил.

Я в изумлении почесал репу. Не подумал, бывает, да и не до этого было вчера. Сам, еле на своих до постели добрался, а потом отрубился в беспробудном сне, и опять без всяких сновидений.

А насчёт молока…

Опять тупанул. Ну кто мне мешал сделать эликсир для восстановления сил и манны? Тут нужно-то всего ничего. В этом случае, и сам бы в норме остался, и барона не пришлось бы спасать.

Что же, выход задерживается на неопределённое время.

— Где зёрна, что недавно Косой нам подогнал? — спросил я Шварца, вскакивая со своего стула.

Удивлёно — обеспокоенный взгляд на меня со стороны барона, да и не только от него.

— В комнате у меня, в мешочке. — ответил Шварц, — а что?

Не отвечая, посмотрел в сторону Шили…

— Краса, сбегай и набери мне крынку свежего молочка. И принеси в мою комнату. Так…, касается всех! Пока сам оттуда не выйду, никто туда не заходит. — И опять на свою бывшую рабыню — никто, Шили, это значит, и твой друг тоже. Всё, я готовиться и жду молоко.

— А как же? — вскакивает следом за мной и Шварц. — Нас же ждут?

Отмахиваюсь.

— Подождут. И это, флягу свою освободи, которая из серебра сделана. Понадобится.

Уже по пути в его комнату, барон всё-таки догнав меня, поинтересовался:

— Чего ты хочешь сделать с этим и зёрнами?

Я, остановившись и заметив, что вслед за нами идёт его служанка и, по совместительству, наложница, взмахом руки указал ей отойти от нас, и вообще, заняться своими делами, а не стараться подслушать, что является потенциально опасным для всех.

— Один интересный эликсир. Кстати, распорядись, мне нужны наша переносная жаровня и ещё — запахи пойдут, потому не удивляйся. Многим моё изобретение понравилось. И помни, об эликсире — молчи. Кто бы не спрашивал. Возможно, я говорю, возможно, я научу тебя впоследствии его изготовлять, но ты мне поклянёшься, что секрет никому не выдашь, только своему наследнику. Изготовить его сможет только маг. Ты сможешь, я уже проверил. Насчёт твоих детей посмотрим потом, но вот клятва с тебя сейчас. Этим секретом владеет только мой род и клан, к которому я принадлежу. Я вообще бы промолчал, но учитывая тот факт, что кому-то свербит, во что бы то ни стало стать тут бароном, а пути решения этой проблемы могут нас завести в катакомбы, где по рассказам очень опасно, то… В общем, или клятва, или…

Шварц вытянул руки вперёд.

— Конечно, клятва. Да я и сейчас тебе магией поклянусь, что от меня никто о тайне не узнает, кроме наследника. Надеюсь, это стоит того!

Я усмехнулся.

— Не представляешь, что мы получим себе в помощь. О запасах магии можно будет не волноваться. Эликсир лучше накопителей. Причём, намного. Только силу имей и эликсир в достатке, и можно спокойно хоть против чёрных драконов на бой выходить, если конечно, магии обучен. А потому и говорю, что в наших путешествиях в катакомбах, если туда всё-таки сунемся, это будет самым ценным подспорьем. А накопители мы можем и на помощников, в виде големов, потратить. Вот, как приспособить к ним эликсир, мы подумаем, хотя, думаю, это будет, наверное, пустая трата ценнейшего продукта, притом ещё и очень дорогого, так как сами ингредиенты у нас, увы, весьма ограничены. Если с одной составляющей эликсира можно и самому подсуетиться, то вторую, увы, получается добывать только представителям султаната.

Шварц удивлённо приподнял бровь.

— Так потому ты и коров одной определённой масти затребовал купить, так ещё и зёрна этого, как ты там называешь, кофею попросил найти, заплатив за маленькую горстку столько золота, а за отросток, почти сухой, ещё больше.

Я усмехнулся.

— Поверь, дружище! Если удастся довести задуманное до реального исполнения в эликсире, мы озолотимся!

Хмык со стороны Шварца.

— Ага, если нас раньше за его секрет не грохнут, до этого замучив пытками.

— А вот чтобы этого не произошло, держи рот на замке. Девчонку к себе привязывай клятвой или убивай… сглупили, конечно. Но ингредиенты это одно, а вот что с ними надо делать — это уже совсем другое. Я вообще этот эликсир случайно открыл. Даже не предполагал, что он даст такой эффект. Просто там, где я раньше жил, подобный напиток употребляли просто для удовольствия. А тут…

— А где ты раньше жил? — тут же ухватился Шварц за возможность вытянуть из меня сведения о моей жизни. Он ведь так и не знает, кто я, и не предполагает, что орден, орудующий в одном из герцогств, по сути, моё детище. Но ничего, меньше знаешь… а дальше по канону.

— Не важно, — ответил я, и, видя его недовольную гримасу, добавил. — Пошли, лучше займёмся изготовление эликсира. У меня ещё задумка есть, как попробовать соорудить эликсир здоровья. Мало ли, что в нашем подземном приключении понадобится?

В общем, заслал барона за жаровней, сковородой, кастрюлей… ну и других нужных столовых приборов. У нас намечалось первое тут обучение алхимии.





* * *