В ритме танца

После прогулки по городу мы сидели с Вовой в небольшом кафе, и он спросил;

— Почему коктейль молочный не пьёшь?

— Фу. Он псиной пахнет. — отодвинула подальше стакан с коктейлем.

В последнее время меня буквально преследовал этот собачий запах. Самое смешное в этом было то, что Рекс псиной не пах, а вот напитки, еда, одежда и даже от Вовы я улавливала этот неприятный запах. К морю подойти было невозможно, разве что, дыша в этот момент ртом.

— На вот этот сыр попробуй, у него ярко выраженный ореховый вкус. — Вова протянул мне желтоватый кубик сыра.

Я без желания взяла, откусила чуть-чуть...вкус странный, ореховый.

— Гадость какая. Сыр на вкус как кедровые орешки. В чём смысл? Если я захочу орешков я куплю и поем орешки. — выплюнула эту мерзость в бумажную салфетку.

— Какая-то ты у меня ворчливая стала в последнее время. Что-то не так? — Вова потёр уставшие глаза, и я поняла, что надо сдаваться.

Да я поняла, но сказать красиво не позволило раздражение.

— Конечно, что-то не так. Мне то холодно, то жарко, по утрам у меня нос не дышит, а вечером ужасная изжога, гормоны скачут, скоро токсикоз начнётся, я буду каждое утро блевать, а потом я буду есть как слон и стану толстой как корова, у меня будут растяжки на коже. — я перечислила всё, чем меня пугала Маринка и всерьёз разревелась.

Это от меня не зависело, какая беременность прелесть, можно списать на неё все минусы своего поведения.

— А ещё ты суёшь мне сыр этот дурацкий, который как не сыр!

— Настёна ты беременна, что ли? — вопрос Володя задал чисто автоматом, высказал мысли, которые возникли у него пока я жаловалась, потом вскочил со стула и сделал пару шагов в сторону выхода, тут же резко развернулся и бросился ко мне, сразу на колени и лицом в мой живот уткнулся.

Дурачок. Такой взрослый дядька и такой дурачок.

28

Десять лет спустя



Я крутилась у зеркала, придирчиво изучая своё лицо. Не то чтобы я как-то плохо выглядела, но старалась за собой следить. Четвёртый десяток как-никак, это Володя с возрастом становился только краше. Даже редкая седина, проступившая на висках, его только украшала. И да, я ревновала, хотя повода не было, а поэтому и ревновала молча про себя.

— Ты занята? — спросил Вова, заглянув в спальню.

— Не особо. А что? — провела чисто символически расчёской по волосам, чтоб не вызывать у мужа подозрений в моей глупой неуверенности.

— Надо смотаться в офис, ты должна подписать кое-какие документы. — серьёзно попросил он и скрылся за дверью.

После нашего с ним переезда к морю, Артур подарил несколько небольших фирм. Одна была связана с местным туризмом, вторая с арендой и продажей недвижимости. И ни одной, ни второй я не занималась. Володя проявил тиранию и деспотизм, посадив меня дома. Я разве что иногда подписывала нужные документы. Всё моё свободное время было посвящено семье. Дети, муж, собаки, кошки, содержание дома, я превратилась в настоящую домохозяйку. Конечно, помогала мне Вовина мама Тамара, только благодаря ей я окончательно не превратилась в замученную бытом женщину.

Быстро собравшись, я вышла во двор. Там меня встретила сенбернариха Балуша, виляя громадным хвостом. Потрепала её довольную мордашку и пошла к машине. Муж уже сидел за рулём, такой серьёзный. Такой любимый. Родной.

Как только я села в машину, мы поехали. Я не спрашивала, куда конкретно мы едем, пока не поняла, что мы выезжаем за пределы города.

— А куда мы едем? — спросила Вову.

— Сюрприз Настёна. — только в этот момент он перестал быть таким серьёзным, улыбнулся.

Я не могла сидеть спокойно, всю дорогу ёрзала на сидении в нетерпении узнать, что это за сюрприз.

Сюрпризы Вова любил и умел делать. Именно так в нашем доме в компанию к Рексу появилась Балуша, кошка Симка и кот Лорик, но сейчас явно было что-то новенькое и не связанное с очередным домашним любимчиком.

Спустя час пути, Вова заехал на территорию санатория. Припарковался возле небольшого бревенчатого дома.

— Этот домик наш на неделю, но сейчас мы просто переоденемся. — предупредил меня, помогая выбраться из автомобиля.

— Мы тут на неделю? А дети? — я удивилась.

Мы ещё никогда никуда не выезжали без детей. Когда родился Артём, мы, вообще, с Вовой не отходили от него первый месяц. Наслаждались каждой минуткой рядом с этим одуванчиком. А он был похож на одуванчик из-за белой густой шевелюры. Копия Тамары, которой почти не довелось подержать его этот месяц. Нам было мало самим, мы его купали, кормили, гуляли с ним сами. Но мама у Вовы очень понимающая и просто дала нам время насладиться нашим первенцем.

Когда родилась Алиса, Артёму было всего два годика, и он страшно ревновал меня к сестричке. Ежеминутно требовал внимания, поэтому без помощи Вовиной мамы мы не обошлись. С Алисой Тамара нанянчилась сполна. Малышка так же была копией Тамары, те же светлые волосы, голубые глаза и та же лучистая улыбка с младенчества.

— Сюда. А у детей бабушка имеется. — муж завёл меня в спальню, на большой кровати лежали вещи.

Красное шёлковое платье, босоножки на высоком каблуке. Всё так необычно.


— Переодевайся тут, а я пойду в другой комнате переоденусь, а то опоздаем... — Володя посмотрел на меня с намёком и поиграл бровками, я рассмеялась, будучи в восторге от этого жеста.

К платью прилагалось и нижнее бельё.

— Подготовился. — шепнула себе под нос, балдея от происходящего.

Пока одевалась, перебирала в уме всевозможные даты, которые могла забыть, но путного не вспомнила, да и Володя частенько радовал меня без дат. Просто так. Но так шикарно впервые. Домик, платье, неделя свободы и прочие радости. Для этого всего необходимо заморочиться. Слишком для «просто так».

Бельё и платье сели идеально, всё очень красивое и туфли удобные.

Я покрутилась у зеркала как раз в этот момент в комнату заглянул Володя.

— Готова? — и улыбается, сам такой загадочный в классическом костюме и белой рубашке.

— Слушай скажи, что происходит а? — шагнула к нему, в попытке взять этого молчуна своими женскими чарами.

Не успела толком этими чарами воспользоваться.

— Пошли. Опаздываем. — буркнул Вова и ловко чмокнул меня в нос.

— Ты меня пугаешь. — не вышло чарами, решила на жалость надавить.

— Настёна, ты мне что не доверяешь? — он так удивлённо вскинул брови.

Мне даже стыдно стало.

— Доверяю. — повисла у него на шее, а он такой довольный.

— Пошли. — смеясь, попросил в который раз и тяжело вздохнул, пряча руки в карманах, и посмотрел с тоской на кровать.

Я уже знала, что ночью мы на ней спать не будем. Даже несмотря на множество забот, в этом плане с каждым годом всё становилось только ярче. Только с Вовой рядом я поняла настоящее значение слову «мало». Всегда мне было его мало, сколько бы он мне ни предоставил себя. Всегда я безумно жалела о семи упущенных годах.

Мы приехали в какой-то небольшой спортивный центр.

— Всё будет хорошо Настёна. — Володя подмигнул мне, и взяв крепко за руку повёл куда-то вглубь.

Мы зашли в большой зал с зеркалами. На входной двери была вывеска, но я не успела прочитать. К нам навстречу подходила милая пара. Мужчина и женщина. Одеты похоже, как мы с Володей, старше нас лет на двадцать и очень приятные.

— Меня зовут Генриетта, а это мой муж Александр. Добро пожаловать Анастасия и Владимир в нашу школу танцев. — я была приятно удивлена, и похоже это самый сюрпризный сюрприз из всех Вовиных сюрпризов. — Давайте я начну со своей вступительной речи, это наша традиция, с этого мы начинаем знакомство с танцем. Танец начинается с доверия...



********



Послесловие про Эдика...

Артур спустился в подвал одного из недостроенных зданий, по пути закатывая рукава белой рубашки. Пожал руку другу Смолину и взял у него папку.

На большой площади между двумя колоннами стоял стул, на котором с кляпом во рту мычал Эдик.

Артур подошёл ближе, испытывая чувство гадливости вперемежку с весельем. Он собирался мучить Эдуарда с особой присущей ему жестокостью и даже на трезвую голову.

— В Саудовской Аравии существует такое наказание, грубо говоря, око за око. Это список травм, который по твоей указке нанесли мужу моей сестры. — Артур оскалился и помахал папкой перед носом мычащего Эдика.

— Страшно? — Артур рассмеялся, в полумраке его сумасшедший смех разнёсся по подвалу, затрагивая даже самые дальние уголки, пугая жертву. — Страшно. Ну приступим, начнём с зубов...



Конец