Уровни сложности

Читер, естественно, столь пространный лог читать не стал. Момент не слишком подходящий. Но главное понял – Система засчитала переход границы. Теперь, даже если машина разлетится на куски металла, перемешанные с фаршем из человеческих тел, – полдела отряд все равно провернул.

Можно считать, что рывок удался, ведь изначально на такую половину все и рассчитывали. О том, что границы будет две, Март до поры до времени не разглашал.

Машина ударилась о поверхность моста. В тот же миг Читер перестал что-либо соображать. В тело жестоко впился ремень безопасности, и врезала перчаткой боксера-исполина сработавшая подушка. Что-то тяжелое навалилось сзади на шею, даже подголовник почему-то не спас. Крики, визг шин, скрежет деформирующегося металла, боль и вкус крови на языке.

Но темноты нет – значит, пока живем.



С трудом и страданием вновь осознав себя личностью, а не частью разрушающейся машины, Читер обнаружил, что лежит на асфальте. Непонятно, как и почему здесь оказался, но задумываться над этим некогда. Отжался на руках, убедившись, что они не сломаны, сплюнул кровью, осторожно, следя за равновесием, приподнялся на полусогнутых ногах и обернулся.

Автомобиль обнаружился за спиной, и выглядел он плохо. Передок разбит, ветровое стекло исчезло, задняя дверь распахнута нехорошо – скорее, вывернута. Некоторые пассажиры уже выбрались и потерянно расположились вокруг, некоторые еще копошились внутри вперемешку с белыми покровами скукожившихся подушек безопасности. Вид у всех, мягко говоря, пришибленный, но ни одна из иконок в отрядном меню не почернела. Даже Дворник, улетевший в пропасть на виду у ботов, все еще живой.

Таракан, выбравшись наконец из машины, стирая кровь с лица, простонал:

– Ребрам хана. Чего стоите, как дебилы? Сваливать надо.

– Подожди сваливать, я Кнопке шину наложу, – буркнул Толстый. – Она ногу конкретно сломала.

Таракан обернулся, высматривая, не появились ли боты, а затем напряженно спросил:

– Март, а в какой стороне вторая граница?

Лидер, помогая Толстому возиться с присткой, указал почти параллельно пропасти:

– Там.

– И далеко до нее?

– Один километр семьсот шестьдесят четыре метра.

– Спасибо, братан, – кивнул Таракан и, помчавшись в указанном направлении, крикнул: – Всем пока, с вами было интересно!

– Куда подорвался, урод?! – Толстый, оставив в покое Кнопку, вскинул пулемет.

– Успокойся, – осадил его Март. – Нехай наивный мальчик немного побегает. Ноги молодые, дури и доверчивости много… а вот ума недостаток. Кнопку тащить придется, шина тут не поможет.

Толстый обернулся:

– Читер, выдели одну винтовку для хорошего дела. У тебя обе длинные.

– Зачем? – тупо спросил тот.

– Ты что, не слышал?! Для Кнопки. Есть способ, только нет ни одной палки. Эта пустыня уже достала, даже повеситься не на чем. Винтовка на замену сойдет.

– Бери первую, к ней патронов почти не осталось.

Март, поднявшись, указал в сторону, противоположную от обрыва:

– Вторая граница там. До нее около трех километров.

– Что?! – недоверчиво прищурился Толстый. – Ты же Таракану в другую сторону указал. И с точностью до метра расстояние дал, а не около.

– Так я пошутить люблю, а у Таракана ума мало, он любой ерунде верит.

– Так ты что, не можешь точно до границы расстояние определять? – удивилась Киска.

– Молодые люди, а может, мы делом займемся, а не светскими беседами? Хватайте свои манатки – и ходу отсюда. Боты вот-вот появятся на той стороне. Если повезет, они первым делом Тараканом займутся. Он ведь глупый и доверчивый, побежал по местности открытой, его сразу срисуют. Ну а нам вон туда надо, в те камни и кактусы. Если не сразу заметят, есть шанс проскочить эти три километра, и все, для вас дело сделано. Толстый, ты прикрывай нас вместе с Читером и Клоуном. А Кнопку я с Киской потащу. Давайте, мы верим в вас, храбрые парни.

Читер, почти окончательно придя в себя, торопливо стащил с крыши ботовскую винтовку, из-под сиденья достал рюкзак с боеприпасами и прочими полезными вещами. Закинул его за спину, лук со стрелами отправил туда же.

Направился вслед за Киской и Мартом, тащившими меж собой покалеченную Кнопку. Бросил на ходу Клоуну, продолжавшему зачем-то возиться с машиной:

– Ты что, починить ее захотел?

– Да на кой такое дерьмо чинить? Поджечь надо, пускай коптит.

– Зачем?

– Дым от такого дерьма хороший, густой и черный. Столбом поднимется, его издали разглядят. Зараженные таких зрелищ не пропускают, должны заинтересоваться. И не только зараженные…

– И зачем нам это надо? – напрягся Читер.


– Нам сейчас любое движение в плюс. Пусть боты мертвяками занимаются, а не нами.

– А мертвяки, значит, на нас не станут внимания обращать, да?

Голос Читера был полон иронии.

Клоун ответил мудро:

– По мне, так лучше мертвяки, чем боты. Столько ботов мы не потянем. А ты молодец, снова удивил.

– В смысле? – не понял Читер.

– Да умение твое. Мы ведь как с места сорвались, так нам почти сразу в корму ветер задул. И не дерьмовенький ветерок, а реальный ветрище, да еще и попутный. А как только шмякнулись на этой стороне, сразу стих. Тяги он, конечно, немного добавил, но нам любая мелочь в радость. А это еще что за…

Обернувшись в ту же сторону, куда вытаращился Клоун, Читер разглядел черную точку, бросающуюся в глаза на синем фоне чистого неба. Точка эта стремительно увеличивалась, а уши уловили характерный стрекот.

– Так вот почему боты не торопятся, – зловеще протянул Толстый, глядя туда же. – Авиации на растерзание нас оставили.

– Я думал, что возле границы летать невозможно, – удивился Читер.

– Получается, здесь можно, – сказал Клоун. – Ну что, ребятки, предлагаю в пропасть прыгать. Не так больно будет. Местность открытая, шансов против вертушки у нас вообще ноль.

Толстый задумчиво покосился на Читера и спросил:

– С тобой ведь что-то не так, мы давно это поняли. Сможешь что-то сделать против такого?

Читер, глядя на приближающийся вертолет, покачал головой:

– Сложно. Это боевая машина с хорошим бронированием. Из такой винтовки можно поразить только в несколько точек. Очень сложно попасть.

– Да ладно тебе прибедняться. Все видели, как ты тот вертолет снял. Давай, Читак, на тебя вся надежда. Сейчас подлетит и моментом раскатает. У него там и пушка, и ракеты – полный фарш. Клоун дело говорит – нам вообще без шансов.

Читер, ничего не отвечая, обошел машину, разложил сошки, поставил винтовку на крышу, упер приклад в плечо. Чуть скривился, отметив мысленно, что эту деталь надо слегка отрегулировать, очень уж некомфортно работать из положения снизу вверх. И начал ловить вертолет в оптический прицел.

А винтокрылая смерть внезапно начала разворачиваться. Под брюхом вспыхнул огонь, к земле потянулись трассеры.

– По Таракану отрабатывает, – злорадно высказался Толстый.

Читер эти слова мимо ушей пропустил. Он сейчас был сильно занят. Торопливо ловил в прицел бок машины. Вертолетчики подставились, в этой проекции их машину поразить гораздо проще.

Надо ловить момент.

Выстрел. Винтовка немилосердно лягнула в плечо. Успев навестись вновь через неуловимо короткий миг, Читер еще раз придавил спусковой крючок.

Вертолет резко клюнул носом и понесся к земле под угрожающим углом. Откуда-то из-под винта вырвалась струйка дыма, начала быстро расширяться.

– Добивай его! – радостно заорал Толстый! Давай, Читер! Давай!

Но тот медлил. Поврежденная машина, перестав обстреливать Таракана, снижалась с разворотом. Явно хотела уйти, чтобы зализать раны на базе. Да только при этом вертолет удобно подставил хвост – этого момента Читер и дожидался.

Он понятия не имел, откуда столько знает про уязвимости авиации, да еще и конкретной модели. Знает – и точка.

Вертолет развернулся, уходя прочь от чертовски меткого стрелка.

И схлопотал еще одну пулю.

Туда, куда надо.

Машину повело вбок сильнее и сильнее. Она начала крутиться, одновременно снижаясь. Скорость вращения быстро росла, как и снижения. Не прошло и десяти секунд, как на землю рухнул вращающийся волчок. И тут же взорвался с огнем и дымом.

Клоун, внимательно наблюдая за зрелищем, задумчиво протянул:

– Машину поджигать теперь не надо. И без нее дыма хватает. Благодарю, Читер. Порадовал мои глаза. Красивая картинка… приятная…

– А еще прибеднялся, говорил, что сложно, – довольно скалясь, выдал Толстый. – На винтовку жаловался. Три выстрела – и готово. Да ты реальный читер. Слушай. – Тон спутника стал вкрадчивым. – А из лука вот так вертолет приземлить сможешь?





Глава 24

Жизнь девятая. Красиво ушел