Университет Чароплетства

«Чтобы предать?» – в двух словах Вехель сумела отразить все чувства, обуревавшие ее душу.

«Опыт у тебя есть», – цинично заметила Шэдар.

Девушка судорожно сжала подвеску, висевшую на шее и незаметную под шарфом.

«Я сделаю все, что скажет старшая», – согласилась она, понимая, что перед Шэдар в неоплатном долгу.

«Умница. Не ожидала встретить тебя здесь. Раз ты еще жива, значит, что-то в тебе есть. Быть может, став целителем, ты избавишься от проклятия».

«Могу я обращаться за советом к старшей?»

Руки Вехель заметно дрожали – книга выпила слишком много ее крови.

«Разрешаю», – великодушно ответила Шэдар.

Книга громко захлопнулась, скатилась с коленей рыжеволосой колдуньи на землю и превратилась в ворона, который устремился в небо. Бес, до этого молча наблюдавший за беседой двух ведьм, произнес:

– Что за проклятие?

– Любопытен, как всегда, – усмехнулась Шэдар.

– Ради этой беседы я отдал свою часть энергии, женщина.

– Твоя правда, – согласилась ведьма, отыскивая Мартинити, чтобы вновь забраться в рюкзак девушки. – Гинзали Гниль имела дурную славу даже среди нас – вольных ведьм. Она очень любила страдания людей. Можно назвать ее черным целителем: бесчисленное количество болезней вышло из-под ее талантливых рук благодаря невероятному воображению. Вехель Хмарь еще девчонкой попала к ней в ученицы. У малышки не было ни шанса вырваться из цепких лап старухи. Чтобы удержать Вехель подле себя, Гинзали заразила ее «Серой погибелью». Когда вокруг девчонки не осталось живых, а смерть призрачной тенью ступала по ее следам, она, ища спасения, встала рядом с Гинзали, признав ту своей наставницей. Позднее Вехель узнала, кто призвал Бледную Госпожу, и поклялась отомстить, только вот не успела.

Бес нервно дернул хвостом и схватился за рога:

– Она нас трогала! Книгу!

– Успокойся, ничего не будет. Я убила Гинзали, а ее силу заточила в амулет, что носит на шее Вехель. Он и мои чары не дают девчонке заразить весь город проклятой болезнью. Ты видел, как она схватилась за шею?

– Да.

– Вся шея Вехель покрыта серой кожей. Могу поспорить, у нее имеется целая сумка шарфов.

– Послушай, Шэдар, а это не опасно?

– Не настолько, насколько ты представляешь, хвостатый, – пожала плечами ведьма.

– Почему ты сохранила ей жизнь?

– Потому что девчонка хотела с ней расстаться, когда узнала, что натворила по незнанию. Что может быть хуже осознания того, что ты погубил целое племя? В том числе отца, мать, сестер, братьев… Своей жизнью она искупает вину за совершенное. Ну и мне пригодилась, как видишь.

Бес не нашелся с ответом. И за долгое время, которое они вместе томились в книге, Шэдар впервые наслаждалась тишиной.





Мартинити


Огромная аудитория, где проходил экзамен на общую грамотность, постепенно освобождалась. Я сдала ответы вместе с другими испытуемыми и покинула зал. Все оказалось не так легко, как представлялось. Помимо элементарных знаний по правописанию и исчислению проверялась общая эрудиция, способности к логическому мышлению, творческие задатки и восприятие мира. Два часа работы над заданиями вымотали так, что хотелось упасть и не вставать. В целом своими ответами я была довольна, а уж как решит комиссия – узнаю завтра.

Замечательно, что поступающим выделили время на отдых и обед. Разыскала столовую, ориентируясь на всю ту же памятку со схемой. Аппетитные ароматы в воздухе сообщили – цель близка. Вскоре обнаружилось светлое помещение, в центре которого сосредоточился длинный хвост очереди за пропитанием. Так я потрачу все свободное время на то, чтобы в ней отстоять, и в результате останусь голодной. Растерянно поозиралась, прикидывая, не плюнуть ли на это дело и остаться без обеда или все-таки рискнуть и присоединиться к страждущим.

– Эй, давай сюда!

Я не сразу поняла, что симпатичная рыжеволосая девушка с ярким шарфом на шее обратилась ко мне, но та продолжала:

– Чего стоишь на проходе, мнешься? Смотри, как надо.

Вот уж кто не боялся трудностей. Она, невозмутимо расталкивая всех и вся, ловко ввинтилась в очередь, громко декламируя:

– Ну-ка пропустите, мы тут занимали. Как это не помнишь? Зато я тебя помню, а сейчас это главное. Подвинься, я тут стояла, вышла на пять минут, и уже налетели. Что? Прокляну!

Весело переругиваясь с неопытными новичками, девушка добралась до начала раздачи. Настоящих адептов здесь можно было по пальцам пересчитать, чем и воспользовалась моя странная спасительница, применяя тактику «лицо – кирпичом и прём напролом». Я же, робкой тенью следуя за рыжей нахалкой, соответственно тоже оказалась у заветных тарелочек с едой.

– А ты сомневалась. Учись, пригодится! – Она искренне расхохоталась в ответ на чей-то косой взгляд, когда мы с полными подносами возвращались к столам. – Я Вехель.

– Мартинити, можно просто Марти. – Я сразу прониклась симпатией к жизнерадостной и задорной девушке, так вовремя пришедшей мне на помощь.

– Будем знакомы, Марти. По тебе сразу видно, что ты из новеньких, но ничего, через годик пообвыкнешь и наглости поднаберешься. Иначе никак, – она притворно горестно развела руками, – или затягивай пояс потуже и ешь сухари. Либо ты первая, либо ни с чем, – Вехель многозначительно подняла указательный палец вверх, – закон ШтУЧКИ.


– Спасибо, и правда я уже собиралась отказаться от этой затеи, – кивнула я в сторону ничуть не уменьшившейся очереди. – У меня через полчаса второй экзамен.

– Ну вот видишь, как тебе со мной повезло, – подмигнула смутьянка, налегая на еду.

Следуя ее примеру, я тоже принялась за свою порцию. В коротких перерывах между поглощением пищи мы успевали разговаривать.

– Заметно, что ты не первый год здесь учишься, вон как наторела.

– Точно, но не совсем, – лукаво улыбнулась Вехель. – На самом деле только первый закончила, я с факультета целителей. Просто все остальное добираю за счет характера, он от природы не из стеснительных.

Я рассмеялась. Определенно, Вехель мне нравилась, такая непосредственная и прямолинейная. С ней было очень легко, будто мы уже вечность знакомы, никакой неловкости при общении.

– Все с тобой ясно. Красивый шарфик, – сделала я комплимент новой знакомой. На секунду в ее глазах мелькнул испуг или мне показалось? Но она тут же беспечно откликнулась:

– Ерунда, у меня их полный шкаф. Хочешь, и тебе подарю какой-нибудь? – Вехель округлила глаза и заговорщицким шепотом произнесла: – Они – моя слабость, не могу пройти мимо красивого шарфика или платка, чтобы не купить. Уже не знаю, куда и девать, а руки все равно тянутся к новому. – Девушка снова заразительно рассмеялась.

– У меня почти та же история, только со шляпками, – поделилась я. – Можно будет меняться.

Она довольно покивала, соглашаясь.

– Ты в общежитии живешь?

– Заселили на время поступления. Надеюсь, не придется выезжать, когда зачислят. Не хотелось бы снова таскать вещи.

– Тут уж как повезет, могут и перебросить. Какая у тебя комната?

– Триста тринадцатая в пятом корпусе.

– А-а-а, знаю-знаю, жила в нем прошлый год. Капитан этого корабля – одноглазый дедок Витус, столько историй помнит – не переслушать, но в немилость к нему лучше не попадать.

– Буду надеяться на лучшее, а там как повезет, – сказала я, и Вехель неопределенно хмыкнула. – Пора бежать.

– Ага, еще увидимся. Завтра в двенадцать вывесят списки с результатами, приходи.

– Обязательно, – пообещала я.

Малое тренировочное поле оказалось не таким уж и малым. На мой взгляд, очень даже большим – здесь поместился поток поступающих, что прибыл вчера. Перед нашей разношерстной компанией на возвышении стояла трибуна, куда чинно вышел неопределенного возраста дядечка и представился:

– Магистр Зелински, заведующий кафедрой «Прикладная артефакторика». Приветствую в стенах нашего университета. Сейчас каждый из вас получит по бесцветному кристаллу. Прошу поделиться с ним дыханием, а потом зажать в ладони. По моему знаку подойдете и положите сюда кристалл, – он указал на расписанную узорами чашу, в которой я бы поместилась целиком.

Магистр взмахнул рукой, и около каждого одаренного в воздухе завис маленький бесцветный камешек. Все протянули руки и взяли чудо в ладони.

– Все, больше от вас ничего не требуется. Понятно объяснил? И да, уточняю для особо ретивых: в рот артефакт совать не нужно, дыхания достаточно.

По полю прокатилась волна смешков. Я сама лично видела, как некоторые пытались лизнуть кристаллы.

Быстро управившись с нехитрым делом: подышать, подержать и по команде магистра закинуть кристалл в общую кучу в узорчатой чаше, я поторопилась на факультет зельеварения и алхимии. Начинались индивидуальные проверки. Забежала в аудиторию одной из последних, еле успев к началу. Университетский городок оказался настолько обширным, что порой приходилось преодолевать приличные расстояния, чтобы попасть из одного места в другое.

В помещении с высокими столами и стеллажами вдоль стен было сумрачно. Нас встретила сухонькая пожилая женщина с суровыми чертами лица и не менее строгим прищуром темных глаз. Величественным жестом она пригласила занять места за котелками. Стулья отсутствовали, и мы просто встали за оборудованными местами. На этом этапе из-за разделений на специализации количество поступающих заметно сократилось.

– Здравствуйте, меня зовут мастер Ядвига Иргерда, – шелестящим голосом представилась преподавательница. – Сейчас вы приготовите простейшее зелье для проявления чернил. Необходимые инструменты уже имеются на столах, рецепт с перечнем ингредиентов лежит у каждого перед котелком. Третий от окна шкаф в полном вашем распоряжении, только не толпитесь и не создавайте бардака. На все про все полтора часа, за это время я обойду вас по очереди и дополнительно испытаю. Время пошло. – Она хлопнула в ладоши, и на ее столе загорелась свеча. – Когда она выгорит – сдаете работы.

Мастер Иргерда утратила к нам интерес, правда ненадолго. Когда у кого-нибудь в котлах что-то дымилось, взрывалось или случались прочие безобразия, она делала замечания, нисколько не заботясь о чувствах нерадивых одаренных. Мой котелок, к счастью, пока мирно булькал, и зелье получалось в соответствии с требованиями. Я перестала обращать внимание на окружающих и полностью сосредоточилась на задании. Ко мне подошла мастер Иргерда и сунула в котелок забавную поварешку. Видимо, сей предмет являлся показателем качества зелья, потому что после того, как кругляш на конце его ручки замерцал зеленым, она удовлетворенно хмыкнула и посмотрела более дружелюбно.

– Держи, – мне протянули веточку неизвестного растения. – Сорви листик и прожуй, а потом расскажи, что чувствуешь.

Вот уж где не перестаешь удивляться неординарному подходу к определению способностей к магии. Я покорно выполнила ее указания и прислушалась к ощущениям.

– Чувствую холодок, и немного сластит, – постаралась как можно точнее описать результат дегустации загадочной травы.

– Хорошо. – Ее взгляд потеплел, хотя суровое выражение лица сохранилось. – Твое имя?

– Мартинити Дакаста.

Преподавательница нашла в списке озвученное имя и поставила напротив него отметку. После чего взяла прядь моих волос и задумчиво спросила: – Необычный цвет, иллюзия?

– Нет, свои, – в замешательстве ответила я.

– Из мелиад, что ли?

– Мама. – Вопросы мне все больше не нравились, припомнилась уставшая девица, принимавшая у меня документы. Кажется, я догадываюсь, о чем сейчас думает мастер Иргерда. И точно.

– Понятно. – Она снова что-то написала рядом с моей фамилией. – С твоей кровью можно сделать весьма успешную карьеру в отрасли зельеварения, да и предрасположенность имеется.