Танец белых карликов

– И еще одно… Мы все ждем появления Дизастра… Он будет на Мосту, в этом нет сомнений. Но как, в каком обличье, мы не знаем. Поэтому будьте осторожны и не доверяйте даже друг другу – Дизастр может манипулировать любым… Его морок очень опасен.

Затем Тимур напомнил, что пришлет знак примерно через пятнадцать минут, и ушел через тернию, а в комнате наступила тишина.

– Как думаете, кто может быть Дизастром, а? – спросил Морж.

Селестина пожала плечами – у нее не было никаких догадок. Сейчас она больше волновалась за Тима. И немного – за свой обряд на Многоликих озерах, ведь неизвестно, что он принесет ей…

Яна по-прежнему стояла возле тернии, словно боялась сделать шаг в сторону от своей большой зеленой сумки.

– Я знаю этого человека много лет, – внезапно сказала она и так сильно нахмурилась, что даже лоб прорезали гневные складки.

– Кого, Дизастра, что ли?! – изумился Морж.

Яна одарила его странным, изучающим взглядом.

– Да… это мой отец, Дмитрий Теодорович Серебрянский.

Селестина засмеялась, хотя и подумала, что сестра выбрала странный момент для шуток.

– Ну знаешь, твой отец, конечно, еще тот, гм… подлец, но не думаю, чтобы он… – Она осеклась под строгим взглядом Яны.

– Когда-то он убил моего настоящего отца. И я это видела.

Морж и Селестина недоуменно переглянулись.

– Яна… – несмело начал первый, но девушка его перебила:

– Это произошло в Яховске. Мне было четыре года. Мы с отцом и матерью летали под Луной в лесу возле Черного замка. Внезапно с неба упала звезда, прочертив красивую серебристую дугу, и отец предложил пойти посмотреть. Тогда я впервые узнала о лунастрах… папа был очень взбудоражен. Он думал, что найдет ребенка-лунастра и получит вознаграждение за него… – Она перевела дух и заговорила быстрее: – Но на поляне стоял человек. Его лицо под капюшоном широкого одеяния было пустым. Оно казалось черной дырой, в которую может засосать безвозвратно. Отец попытался заговорить с ним, и человек ответил, что специально ждал его… Папа вдруг пошатнулся, упал на колени и крикнул нам: «Бегите!» Мама схватила меня за руку, мы понеслись вон из леса, а потом взмыли в небо… Я не отвернулась и видела, как отца поглотила эта страшная пустота. – Губы Яны задрожали, но она справилась с собой. – А потом отец догнал нас. Он сказал, что победил этого человека. И похвалил маму, что она увела меня подальше, – почти равнодушно закончила Яна.

– Так вы видели Дизастра? – не поняла Селестина. – И теперь твой отец работает на него? В сговоре с ним?

– Нет, – мрачно возразила Яна. – Дизастр стал моим отцом. Он вселился в него, словно древнее злое божество… Лицо, фигура, даже привычка складывать руки в замок – все осталось прежним, но улыбка и взгляд изменились.

– Ты уверена? – осторожно спросила Селестина. – Я имею в виду, что все это на самом деле было, что это не… детский кошмар?

Она вспомнила свой сон про сестер и невольно содрогнулась – эти девушки из сна всегда казались ей очень реальными.

Яна быстро обернулась к ней. Ее лицо вдруг исказилось яростью.

– Ты даже не представляешь, как часто мне хотелось убедить себя в обратном! – почти выкрикнула она. – На какое-то время я заставляла себя забыть, что нас с Никитой растит убийца моего отца. Но я справилась. И решила, что когда-нибудь обязательно выведу его на чистую воду. – Яна поджала губы.

– Так вот почему ты научилась пользоваться лунастральными картами! – воскликнула Селестина. – И охотником на астров ты стала, чтобы…

– …войти в доверие к отцу, – закончила за нее Яна. – Он постоянно искал Падающих Звезд, детей-лунастров, пришедших из Раннего Мира… Я не знаю, что с ними происходило, все они бесследно исчезали. Если это был интересный случай, – Яна скривилась, – он приходил ко мне и приказывал выбрать три карты судьбы. Чаще всего это были маленькие дети, до года, но самому старшему было десять. Помню, этот мальчик очень боялся… Я попыталась его успокоить, но его карты… – голос Яны стал очень тихим… – я знала, что он тоже исчезнет… Так и вышло.

Морж шумно вздохнул, но ничего не сказал – чувствовал, что Яну лучше не жалеть, она этого не простит.

– Почему ты не рассказала об этом? – хрипло спросил он.

Яна с иронией покосилась на него.

– Кому? Моя родная мать посчитала бы это детским потрясением, кошмаром. Сто раз я порывалась открыться ей, но что-то меня останавливало. Да и карты всегда показывали плохой расклад. – Яна помолчала. – Однако Селестину он не распознал, хотя у него потрясающий нюх на ранних… Признаться, я тоже не сразу почувствовала в тебе лунастру… Просто астральное начало в тебе сильно – я четко видела твою серебряную нить.

– И не сказала своему отцу?

– Не называй его так больше, – попросила Яна. – Это Дизастр. Теперь об этом можно говорить… Ему недолго осталось.

Последние слова она произнесла с такой ненавистью, что Морж невольно нахмурился, но ничего не сказал, только едва покачал головой. Видно было, что он серьезно воспринял рассказ Яны и переживает за нее.

Селестину тоже глубоко поразил ее рассказ – она даже и не подозревала, что за холодностью и безразличием ко всему сестра скрывает такую ужасную историю. А она еще думала, что это ее родовой сон – проклятье…

– Но как ты поняла, что я – лунастра? – спросила она у Яны.

– По картам. До этого я думала, что ты астра, и не хотела раскладывать карты. Но тогда пришел он… Дизастр. И я соврала ему, сказала, что одна из твоих карт – это Тайна.

– А еще Звезда и Смерть, – отчеканила Селестина. – Видишь, я тоже хорошо помню некоторые вещи.

Губы Яны задрожали, и она неожиданно расплакалась. Морж тут же метнулся к ней и крепко обнял.

– Успокойся, маленькая, – тихо прошептал он, гладя ее по черным волосам. – Мы теперь вместе и что-нибудь придумаем. Ведь придумаем, да?

Он кинул вопросительный взгляд на Селестину. Та кивнула. А что им еще остается делать? Конечно, они что-нибудь придумают… Лишь бы Тим тоже появился на озерах.


Селестина вдруг с удивлением призналась себе, что ей остро его не хватает. Она скучает по нему… И очень хочет увидеть.

Раздалось тихое шипение, и все трое одновременно повернули головы: над тернией загорелась маленькая голубая звезда.

– Пора, – сказала Яна. – Селестина, не забудь камни…

– Они со мной, – кивнула та, но все равно проверила. Да, в кармане джинсовых шорт лежал и лунный камень с голубым перламутровым отливом, и черный пористый кругляш. Тогда она достала из другого кармана рубиновый многогранник Капеллы и крепко зажала в руке.

– Сначала выбираемся на развалины, а затем я перенесу нас на Многоликие озера.

И Селестина первой шагнула в тернию.





Глава 27. Многоликая




Над озером низко стелился туман, его белесые щупальца заползали на берег, подбираясь к деревьям. Тим шел по дощатому настилу, проложенному через все озеро, и что-то высматривал в воде. У самых досок сновали сонные рыбки с черно-серебристыми спинками, камыши клонились к середине мостика, загораживая проход. Но вот Тим нашел, что искал, – черный нос затопленной лодки выглядывал из плотного ила. Именно здесь Селестина увидела свой странный сон.

К его ногам с озера потянулись туманные змеи. Тим невольно отступил. Он вдруг оробел перед этой водой, скрывающей мистические тайны.

Послышались осторожные шаги, которые выдавал едва слышный скрип досок.

– Я так и знала, что найду тебя здесь. Молодец, догадался.

Яна удовлетворенно кивнула, отвечая на приветствие Тима. Из-за ее плеча выглядывала Селестина. Фиалковые глаза девушки казались бледными в это раннее утро, но вид у нее был самый решительный.

– Вениамин ушел на разведку, – сообщила она Тиму, подходя ближе и неловко обнимая его. – Будет охранять нас…

– Отличный план.

– А пока я хочу вернуть тебе камни.

Селестина вытащила из кармана шорт два камешка – лунный и черный – и передала Тиму. Тот благодарно кивнул.

– Спасибо, что сберегла. Это счастье, что я отдал их тебе на хранение. Может, они не такие ценные, но не хотелось бы их лишиться…

– Да уж, ты попал в серьезную передрягу, – заметила Яна. – Не знаю, что это за камни такие, но их бы у тебя точно отобрали.

– Эти камни – доказательство того, что я видел, – нехотя объяснил Тим. – Что не сошел с ума… – Он глянул на Селестину. – Ты уже знаешь, что Гемма… – Он замолк, не в силах говорить.

– Мы знаем, да… – тихо произнесла она.

Тим видел, что Селестина хочет еще что-то сказать, но не решается. Поэтому он сам начал:

– Давайте оставим все переживания и сомнения за пределами этого озера. Сегодня ночью наконец-то все решится, – добавил он тише. – Ты должна найти свое предназначение, разгадать свой родовой сон… Чтобы… – Он запнулся, но продолжил: – Чтобы мы все вместе смогли выступить против сильного врага.

– Вот это правильно, Тим, – одобрила Яна. – Никаких сожалений, обвинений или оскорблений. Пора наконец объединиться перед лицом действительно очень могущественного врага.

Ее взгляд, обращенный на воду, стал колючим, губы сжались в тонкую нить.

– Но кое-что вы должны знать. Особенно ты, Яна. Понимаешь, твой отец… – Тим замялся, но луната сама резко повернулась к нему:

– Он мне не отец. Это Дизастр.

Оторопевший Тим не нашел ничего лучше, чем просто кивнуть.

– Мы точно на месте? – спросил он у Яны.

– Да, все верно. Там, где Селест увидела амулет из золота.

– Солнце с твоим лицом… – задумчиво проговорила Селестина.

– Вот именно. И в моем видении обряд начался здесь.

Яна опустилась на мокрые доски настила, поставила свою большую сумку рядом, скрестила ноги по-турецки и закрыла глаза. В ее руках появились карты, и она стала лениво их тасовать.

Тим и Селест переглянулись. Было странно видеть Яну в плаще, джинсах, с пестрым шарфом на шее, сидящую прямо на сырых досках.

– Прости меня, Яна, и все же – чего ждать? – не выдержал Тим. – До Часа Затмения осталось мало времени – всего-то половина суток. А мы тут медитировать должны, что ли? Я не настаиваю, конечно, но нельзя ли немного ускорить этот процесс?