Страшная сказка о сером волке

Ответом мне стало пренебрежительное фырканье Риана. Понятно: видали мы угрозы и посерьезнее.

— В жизни всякое случается, — попеняла я ему. — Не стоит быть беспеч…

Что случилось дальше, я поняла уже позже. Вот Риан стоит напротив, с интересом наблюдая за мной. И явно не торопит, давая возможность в полной мере насладиться таким важным для меня приобретением. И пошутить над оборотнем. Я тоже исподволь рассматривала его черты, пользуясь яркими лучами полуденного солнышка.

В следующий миг оборотень размытой тенью кинулся прямо на меня. Дрогнув и зажмурившись в испуге, я ощутила хлесткий удар по руке. Волчьи инстинкты во мне дали о себе знать — резко обернувшись, я онемела от страха. То, что ударяло сбоку мое тело, оказалось хвостом яростно извивавшейся в руке мужчины черной змеи!

Ее голова с раскрытой пастью, из которой торчали длинные ядовитые зубы, замерла, стиснутая мощной ладонью альфы, всего в одном локте от меня!

— К… к… как?..

Выдавить из себя даже одно-единственное слово оказалось сложно — губы едва слушались от понимания, что в очередной раз за свою жизнь я оказалась в шаге от смерти. И ведь сколько раз за эти годы бродила по лесу, всегда полагаясь на чуткий волчий слух и соблюдая элементарную осторожность. Сейчас же, оглушенная восторгом, за шелестом травы не заметила приближения опасного гада.

— Пригрело ее солнышком, вот и расшевелилась, — успокаивающе пояснил очевидное Риан.

А я стояла, руками размахивала, ни о чем таком не думая — вот и напугала змею. Оттого и чуть смерть свою не встретила. Но в этот раз нашлось кому меня защитить…

— Давай-ка, поедем уже, — предложил оборотень с такой естественностью, словно это была его прямая забота — спасать всякую зазевавшуюся болтушку, и кивнул мне в направлении лошади.

После чего сильнее сжал ладонь, почти расплющив голову ядовитого гада. С силой ударив змею о землю, еще и придавил ее каблуком сапога. Затем, подхватив безжизненно повисшее тело, закинул его в одну из седельных сумок. Вот где истинно звериная практичность, чего добыче пропадать?!

— Д-да. Спасибо!

Мне и самой захотелось убраться из опасного места. И, кажется, пора привыкать благодарить мужа — чувствовать себя объектом чьей-то заботы было непривычно. Но и… как-то спокойно.

— Я всегда приду на помощь, — буднично заверил меня Риан, устраивая в седле в обнимку с заветным кустом. — Но на счет беспечности — это ты верно подметила. Отвыкай от человеческих привычек, больше полагайся на звериные инстинкты.

Мягко меня пожурив, альфа водой из фляжки тщательно вымыл испачканные в земле руки и запрыгнул в седло позади, укрыв нас своим широким теплым плащом. Сейчас это оказалось очень кстати — недавнего солнышка не было и в помине, а лицо обдувал поднявшийся пронзительный ветер. Немного отдохнувшая Вороная, покорная его приказу, рысцой потрусила вперед. Бедная моя кобыла — теперь ей пришлось везти тройной груз.





ГЛАВА 10




Какое-то время я просидела, напряженно выпрямившись, прежде чем сумела успокоиться и обмякла на груди оборотня. Он прав во многом, и мне пора принять это. Как и свое замужество.

— А почему ты тоже не обернешься и не побежишь рядом? — решилась я на провокационный вопрос. — Полагаешь, я испугаюсь? Или лошадь?

Но, в самом деле, раз поспешить так важно, то с одним седоком Вороная сможет скакать быстрее. Это же относится и к Риану в звериной ипостаси.

— Тебе честно ответить? — спустя паузу спросил оборотень.

Я не видела выражения его лица, но явственно почувствовала, как напряглось его тело. Отчего-то захотелось пискнуть: нет. Но я всегда убеждала себя, что не из тех, кто подчиняется страху.

— Конечно. Какой смысл обзаводиться мужем, если он будет лгать тебе? — задала вопрос, не требующий ответа.

— Мне нравится быть рядом. Очень близко, — тон Риана звучал многозначительно, так, словно он готовился сказать мне что-то судьбоносное. — И сегодня… твоя маленькая упругая попка между моих ног… это было так мучительно, но одновременно и волнующе! Мне нестерпимо захотелось снова испытать эти… страдания.

«Бедняжка».

Теперь я порадовалась, что Риан не может видеть выражение моего лица. Но он, несомненно, почувствовал, как окаменели мышцы живота, реагируя на мгновенно вспыхнувшие в воображении красочные образы. Резко выдохнув, я в невольном смущении подалась вперед, заерзав. И тут же осознала причину его недавнего «не спокойствия».

— А в мыслях я пошел дальше… — коварный шепот склонившегося к моему уху оборотня заставил покраснеть, я почувствовала, как жаром вспыхнули щеки. Если бы не вчерашняя ночь, я бы и вовсе сгорела от стыда. Но сегодня… сегодня вместо стыда почувствовала сладостный отклик — ноющую боль где-то в глубине моего живота. И ощутила резко окутавший нас аромат моего желания.

«Ненасытная волчья природа? Или разыгравшееся воображение женщины?» На кого свалить смущение и неловкость от собственного горячего отклика?

— Насколько… дальше? — едва различимый шепот слетел и с моих губ.

Но он, конечно, услышал. Утробно заурчав, откинул поводья: Риан вполне успешно управлялся с Вороной, используя движения коленей. А вот освободившиеся руки переместил мне на грудь. Сглотнув ставшую вязкой слюну, я затрепетала, нервно уцепившись за комок земли впереди, в предчувствии дальнейшего. Но не остановила Риана! Слишком сладкой оказалась вчерашняя «забава» оборотня, она пробудила во мне неутолимый интерес. Хотелось узнать, в полной мере прочувствовать то, что прежде казалось невозможным — я давно убедила себя, что неизбежно проведу жизнь в одиночестве.

Ободренный безмолвным согласием, жадно вдыхая аромат моего желания, Риан качнулся вперед, вплотную притискивая меня к себе. Его твердое тело оказалась новым откровением — чувственным и нестерпимо волнующим. Тем более, оборотень откровенно пользовался моментом, активно прижимаясь к моим бедрам.

Он поцеловал мою шею, щеку, ушко и… шепнул:

— Сегодня мы наконец-то будем ночевать под крышей. Одна мысль об этом зажигает мою кровь!

Едва смысл сказанного дошел до моего сознания, как и я ощутила нечто похожее — стало жарко от его очевидного предвкушения. Невольно медленно втянув в себя воздух, я резко выдохнула.

— Мне даже страшно…


— Пф, — оборотень фыркнул, мягко, по-звериному, потеревшись виском о мою шею, — ты — моя пара. Я никогда не смогу причинить тебе вред, наоборот — сделаю все возможное ради твоего удовольствия.

И, словно уже сейчас стремясь продемонстрировать мне, каким оно будет, потянул под прикрытием плаща тесемки шнуровки платья, расплетая их. Останавливать или каким-либо образом препятствовать Риану я не хотела, руки удерживали кармыш, а грудь сдавило эмоциями такой силы, что даже говорить не могла, лишь в предвкушении обмякла на мужской груди.

Тело, которого коснулся проникающий и под плащ ветерок, болезненно напряглось в ожидании прикосновений его рук. И они не заставили себя ждать — большие ладони оборотня накрыли мою грудь.

— Пр-релестно… — Риан едва не мурлыкал у меня над ухом, занятый изучающими ласками.

Сердце загрохотало горным камнепадом, отдаваясь в моих ушах. С каждым его движением меня все больше переполняло удовольствием, это чувство было подобно натиску стихийного лесного пожара. Я наслаждалась этим! Глаза сами собой прикрылись, а бедра невольно качнулись в такт его прикосновениям. Я застонала, а запах возбуждения, окутавший нас, стал резче и насыщенней. Тем сильнее, отчетливее, я распознавала в нем два смешавшихся аромата — моего и его желания.

«Самый сладкий, самый заманчивый аромат, — я наслаждалась, уже зная, что мне понравится заниматься этим с оборотнем. В голове крутилась одна мысль. — Хочу еще!»

Застонав, безжалостно, в накрывшем беспамятстве, впиваясь ногтями в мякоть земляного кома, я вновь двинула бедрами, жаждая новых прикосновений. Это ощущение было таким естественным — быть здесь, с ним, собираясь сделать… да все, что угодно!

Ритмичное покачивание лошадиной спины только усиливало эффект.

— Ах! Безжалостная женщина! — прорычал оборотень.

Моя голова лежала на его плече, глаза смотрели прямо в небо. Но я ничего не видела, полностью погрузившись в водоворот острейших ощущений. Тело Риана позади стало твердым, как скала, а из глубины груди донесся мощный и грозный рык.

Вороная нервно дернула ушами, сбиваясь с ритма движения.

А я, с широко разведенными коленями, восседая на ней, продолжала совершенно распутно двигать бедрами, едва ли задумываясь об этом. Риан не прекращал свои сокрушительные ласки, одной рукой пробравшись под подол моего платья, а второй лаская грудь.

— Так лучше, Лари?

Сквозь звериный рык сложно было разобрать слова, но я словно понимала его и без них.

— Я… — вскрик-стон и надрывное продолжение, — часто гадала, почему парни и девушки так много думают о первой брачной ночи. И не могла этого понять. — Несколько тяжелых быстрых вздохов и я снова закричала. — Теперь понимаю!

Риан довольно засопел.

— Думаю, ты готова, милая.

Извиваясь, неспособная контролировать свою страсть, чудом удерживая комок с растением, я только яростнее задвигалась, стремясь теснее соприкасаться с его руками.

— Уже сегодня, — оборотень шепнул, красноречиво намекая.

Не знаю, что стало тому причиной — мое живое воображение или невыносимо чувственные движения его пальцев, но в этот миг меня и накрыло откатом. По телу прокатилась конвульсивная дрожь наслаждения, на смену которой пришла волна упоительной неги. На какое-то время я выпала из реальности, лишь краем сознания ощущая заботливые прикосновения мужа, что подтянул съехавший чулок и оправил юбки, прежде чем стянуть шнуровку у меня на груди.

Вновь распахнув глаза, я без толики смущения повернула голову лицом к Риану. Он, встретив мой взгляд, выглядел довольным, как кот, наевшийся сметаны. Небо еще не начало темнеть, возвещая о приближении сумерек. Скоро нам предстояло воссоединиться с нашими спутниками, чтобы отыскать путь в ближайшую деревушку.

Я сглотнула при мысли о том, что сегодняшнюю ночь мы впервые проведем в помещении, на кровати! К чему стоит готовиться, я и подумать страшилась. Но это был «страх» приятного свойства — предвкушающий и нетерпеливый.

Я определенно «созрела» для семейной жизни с оборотнем!

Пока мерно ехали дальше, невольно обдумывала пришедшую недавно мысль. На человеческих землях жена — значит, собственность. Хороший хозяин достанется — повезло, а нет — смирись и терпи, как частенько рассуждают словоохотливые кумушки горожанки, судача об очередной семье. А что все же это означает для оборотней?

Почему-то вновь в душе зашевелился страх. В памяти всплыло множество историй о жестокости оборотней, рваные раны на телах защитников Мерунича, перед глазами стояло растерзанное тело мамы — оборотни тоже хищники! А вдруг придет время и Риану жена не по нраву придется, и меня тоже… так?!

Вероятно, ощутив перемену во мне, Риан крепче прижал к себе, вновь уткнувшись лицом мне в макушку, и шумно, удовлетворенно вздохнув. Я невольно улыбнулась, тоже выдохнув: судьба пока ко мне милостива, может, и в этот раз обойдется?

— Ты чего так тяжко вздыхаешь? — слегка подозрительно спросил он.

Помявшись, усмехнулась:

— Подумалось: я в сказку попала…

— В сказку? Какую? — непонятливо переспросил Риан.

— Про страшного серого волка. — Уже лукаво поблескивая глазами, я обернулась к Риану.

Мужчина хмыкнул весело, но совершенно серьезно произнес:

— Не бойся. У твоей сказки будет счастливый конец, я обещаю.

— Риан? — тихо позвала я.

— Да? — он тут же откликнулся.

— Там, в Меруниче, слухи пошли, что темные запретили старух трогать…

Он вновь напрягся, будто ожидая очередных обвинений, но ответил:

— Я внес в договор условие, что старух трогать нельзя. Мы знали, что ты в Меруниче, и боялись, что пострадаешь…