Синдром защитника

– Это композит. Сплав нано… – раздался хриплый голос за спиной.

Не успел незнакомец тронуть Рэйна за плечо, как получил сильный толчок в грудь, и глядящее в упор дуло «дастэра».

– Э-э-э… я… – попятился побледневший «колобок», подняв руки.

Коренастый мужик с густой бородой и наметившейся сединой. Не толстый, как показалось, но живот выпирал прилично – любовь к пиву под кителем не спрячешь. На груди поблескивал сталью значок «ZEUS».

Рэйн чертыхнулся и убрал пистолет.

– Простите, задумался. Рефлекторно получилось.

– Ничего-ничего, – пробормотал незнакомец, обтирая рукавом лоб. – Сам виноват, надо было окликнуть, а не подкрадываться. Вы – Рэйн Аллерт? Не ошибся?

– Он самый.

– Меня зовут Владимир Лавин, главный инженер, – бородач неуверенно протянул руку. Получив крепкое, почти дружеское рукопожатие, улыбнулся.

– Рад знакомству. Так что вы говорили о нано-композите?

– Не нано-композит, а инновационный композиционный…

– Не-не, давайте-ка попроще. И покороче.

Лавин засопел, задумчиво почесав бороду.

– Если проще, то вокруг нас сверхпрочный материал, с виду похожий на стекло или зеркало. Улавливает свет и токи. Есть возможность интегрировать матрицы.

– Почему только в седьмом терминале?

– Опытный образец. Первая партия оказалась не по карману покупателям, вот и распихали что куда. Идемте, познакомлю вас с «Зевсом».

Инженер шустро зашагал по длинному коридору терминала, больше походившему на тоннель, ведущий в зазеркалье. Рэйн шел следом. Мимо сновали люди, все как один в серой форме, с пустыми взглядами, прилипшими к интерфейсам хэндкомов. Ближе к выходу людишки поредели. О том, что перед ними дверь, Рэйн догадался не сразу – такое же черное зеркало, в котором ничего не отражалось, кроме ламп. Над головой мигала красная надпись: «Герметично. Выход в док».

Владимир приложил большой палец к сканеру. Издав писклявую ноту, тот разрешил доступ, и двери разъехались в стороны.

Пораженный терминалом с необычным «стеклом», Рэйн ожидал увидеть в пропускной зоне что угодно: энергетический барьер, перешагнув который он попадет на корабль; сверхкрутой лифт, что с бешеной скоростью бросит прямо в шлюз «Зевса»; на худой конец – челнок.

Разочарование выбило из груди вздох.

Перед глазами обычный предбанник с белыми стенами, обшитыми древним изоволокном. На стойках висели скафандры, в углу жался маленький бот-ремонтник с безвольно повисшими механическими щупальцами. По внешнему виду аппарата Рэйн понял, что тот ему в прадеды годится. Скорее всего, за дверью простой телескопический трап, ведущий к корвету. Вот и закончились нанотехнологии, чтоб их.

Владимир сделал вид, будто не заметил хмурого взгляда, и предложил открыть дверь к трапу. Рэйн нажал тугую зеленую кнопку, створка с шипеньем скользнула влево.

Рэйн остолбенел. Сердце громко стукнуло. Трапа нет…

…за порогом открытый космос… Сейчас вышвырнет наружу и…

Рефлексы, вколоченные бесконечными тренировками, возобладали. Он вцепился в поручни так крепко, что костяшки заныли. Задерживать воздух в легких нельзя – разорвет декомпрессией; нужно медленно выдохнуть и закрыть проклятую дверь; дать системе восстановить давление. Однако через долю секунды Рэйн осознал: это не вакуум. Тысячи раз он видел губительную красоту космоса, сотни раз ощущал холодную близость, но сейчас ошибся. Перед ним невидимый трап.

Поняв, что выглядит полным дураком, он усмехнулся.

– Отличный фокус, Владимир. Как вы это провернули?

– Все тот же нанокомпози… – инженер осекся. – Простите, то же «стекло». Трап состоит из подвижных сегментов, которые меняют свойства благодаря нанитам. Если хотите, могу убрать прозрачность и сделать матовым. Можно цвет поменять. Да хоть зеленый луг изобразить!

– Нет, оставьте, – ответил Рэйн, шагнув в темноту.

Одно дело стоять на смотровой площадке, наблюдая черную прерию, другое – идти по абсолютно прозрачному трапу. При каждом шаге от подошв ботинок расходились мерцающие круги. Над головой сомкнулось газовое облако, пестря оттенками синего и фиолетового. По обе стороны трапа светились холодные звезды. Под ногами бездна.

Но Рэйн не замечал.

Взгляд магнитом притянуло туда, где застыл «Зевс».

Флот ВКС с хвалеными эсминцами и могучими дредноутами; лучшие лайнеры и крейсеры гильдий – лишь железные лоханки, что смастерили конструкторы, забыв вложить душу. Ему же открылась настоящая, живая красота. Впереди парил венец судостроения. Все, что когда-либо создал человек, по ошибке назвав «корветом» – жалкие пародии. Истинный корвет перед ним. Это даже не корабль. Это дракон из древней сказки. Огромный для своего класса, он занял почти весь док, величественно раскинув крылья. Спойлеры подняты, орудия и установки зловеще поблескивали, намекая на скрытую силу.

Рэйн шел вперед, не сводя глаз со стального чудовища. Между ними сто метров, не больше. Время словно превратилось в бесконечность, и каждый шаг отнимал полжизни. Позади плелся Лавин, бормоча о возможностях установок – Рэйн не слушал. Лишь сейчас он понял, как давно не летал. Сердце учащенно забилось в предвкушении рева двигателей и гула систем. Перед глазами всплыла карта галактики со звездами, скоплениями и туманностями. Хотелось послать к чертям инженера с его экскурсией и рвануть на капитанский мостик.

– Добро пожаловать на борт, – гордо выпятил грудь Владимир.

Внутри «Зевс» оказался не хуже, во всяком случае, разницы с проекцией Рэйн не заметил. Вместо грузового отсека большой ангар, которым обычно комплектовали эсминцы. Единственные обитатели огромного нутра – десантный шаттл, ожидаемо именуемый «Молнией», и пара боевых роботов. Железный гигант – СК 2000 по классификатору, или «Голем» на сленге вояк – был пристегнут крепежами к стене, на каждой из мощных рук красовалось по пулемету. Меньший собрат – универсальная установка с четырьмя механическими лапами – «Цербер». Внешним видом походил на пса, только дружелюбия от такой машины не жди.

Лавин с упоением рассказывал о «Зевсе», и Рэйн проникся симпатией к свернутому на железяках инженеру. Володя не страдал притворством, говорил что думал. А думал он сугубо о технике.


Кое-как отделавшись от рассказа о трех уровнях корвета и съемном модуле, Рэйн проскользнул в оружейку. Сотни ящиков, разборочные столы с инструментом и стойки с оружием. Он не поленился и заглянул в каждый бокс. Здесь все, о чем мог мечтать боец: от оружия ближнего боя до крупнокалиберного. Брони и девайсов тоже хоть отбавляй. Руки чесались опробовать новые игрушки, но время поджимало, и Владимир потянул к следующему шлюзу.

– Это первый инженерный отсек, – объявил он.

Рэйн бегло окинул взглядом стандартную начинку. За время, что пришлось ждать, он успел изучить проекцию корвета вдоль и поперек. Знал длину и ширину каждого отсека или шахты, запомнил мельчайшие подробности и мог бы с закрытыми глазами сделать чертеж.

– Хотел спросить, – Рэйн почесал в затылке, обнаружив пробел в знаниях. – Первое: почему на «Зевсе» охладители стоят в носовой части? И второе: зачем дополнительный модуль нацепили?

– Господин Аллерт, мы решили…

Рэйн не дал договорить:

– Капитан Аллерт. Повторюсь, ка-пи-тан.

– Простите, капитан, – запыхтел Владимир. – Еще не привык. Я человек гражданский, все время на заводах да в бюро провел. Так бы и дальше просидел, если бы не «Зевс». Это не корабль, это – шедевр! Ради такого можно отказаться от спокойной работы.

– Понимаю, – кивнул Рэйн. – Так что с охладителями?

– Точно! Охладители! – инженер растянулся в улыбке, седоватая борода нелепо дернулась. – На стадии проектирования решили создать удвоенный ангар. Грузовой отсек поместили в хвосте, а охладители перенесли на нос. Инновационная система отлично справляется, двигателям хватает с избытком. Правда, пришлось потеснить генератор щитов… Зато появилась возможность их разделить. У этой разработки нет аналогов.

Володя тараторил, размахивая руками, будто дирижер у партитуры. Рэйн восторга не разделял. В его понимании генератор щитов должен быть там, где ему положено, а слово «инновационный» и вовсе напрягало.

– То есть в первом же бою мы опробуем сомнительную новинку?

– Нет, вы не так поняли, – буркнул Лавин. Стоило лишь посягнуть на совершенное творение, как инженер растерял запал. – Проведены испытания. Броня и щиты явно улучшены, а энергетический экран…

– Расслабьтесь, это я так шучу. С юмором беда. Пора заканчивать с экскурсией, у нас еще встреча с командой.

– Но вы не познакомились с «Зевсом»!

– А полчаса блужданий по отсекам как называется?

– Разве вам не сказали? Я думал… – Владимир замялся. Взгляд растерянно заметался по сторонам.

– Отвечайте на вопрос.

– «Зевс» оснащен новейшей модификацией искусственного интеллекта. Корабль, как бы… живой. ИскИн «Зевса» будет вашим старпомом. В принципе, он способен выполнять функции капитана, и… – Владимир умолк, решив, что ляпнул лишнего.

– И? – Рэйн не сводил тяжелого взгляда с инженера, заставив того нервно переминаться с ноги на ногу. – Продолжайте, Лавин. Продолжайте.

– …изначально так и планировалось, – наконец выдохнул тот.

Последняя фраза будто молотом по голове стукнула, напрочь выбив остатки эйфории. ИскИны на кораблях – дикость. Электронным мозгам можно доверить разве что управление системами в каком-нибудь отеле. В военном деле им не было места, даже на гражданских судах не применяли. Человечество столетия назад дотянулось до звезд, колонизировало десятки миров, а создать полноценный искусственный интеллект, которым грезили фантасты, так и не смогло. Неужели это удалось «Экзо матрикс»? Судя по тому, что Рэйн сейчас услышал – да. Хуже всего то, что в корпорации ему не доверяют, и в случае малейшей оплошности легко заменят ИскИном. Первым прототипом.

По спине прошелся мерзкий холодок. С трудом Рэйн выдавил ухмылку:

– Ладно, знакомьте со своим «живым кораблем».

Владимир не стал тянуть и ввел на хэндкоме код, активирующий сверхмозг идеального корвета.

– Зевс, хочу представить тебе капитана Рэйна Аллерта, – Владимир задрал голову, обращаясь к невидимому собеседнику. Смотрелось глупо. Рэйн было усомнился в психическом здоровье инженера, сам-то он привык к нейросети, реагирующей на движение глаз и отношения к ИскИнам не имеющей.

– Приветствую на борту, капитан Аллерт, – ответил Зевс.

Настал черед усомниться в собственной адекватности. Рэйн мотнул головой, стараясь отогнать надоедливые глюки.

– Какого хрена?! Почему «Зевс» говорит голосом известной порноактрисы?!

– А, это. – Отмахнулся Владимир, не обращая внимания на томные придыхания «Зевса». – Фишка от разработчика. Автограф, если можно так выразиться.

– Опа-па… Смотрю, в «Экзо матрикс» одни шутники работают. Создать полноценный прототип ИскИна и запихнуть в него элемент порнушки… Так себе юмор. Смените настройки.

– Мои голосовые настройки нельзя изменить. Как и все остальные. Вы скоро привыкните, – промурлыкал «Зевс».

Рэйн шумно выдохнул. Сознание отказывалось стыковать картинку грозного корвета с одной из девиц «Порнодэйз».

– И как к тебе обращаться? Он? Или Она? Может, Оно?

– Это не имеет значения, капитан Аллерт. Важен лишь ваш психологический комфорт, – томные нотки кокетства снова разлились по отсеку.

– До психологического комфорта далековато, нервный срыв поближе. Ладно. Будешь – Она. Хотя «Зевс» и не женского рода, но так удобнее. Владимир, как отключить эту штуковину?

– Никак. Это же искусственный интеллект. Когда закончите беседу, он, вернее, Зевс – она, поймет. Как в обычном разговоре, между обычными людьми.

– Думаю, сравнение не уместно, но я понял. На чьи запросы он… черт, – Рэйн выругался себе под нос. – На чьи запросы реагирует ИскИн?