Школа обольщения

В полном молчании пройдя в сопровождении поджидавших меня персон по тяжелой каменной лестнице к выходу, толкнула ладонью кажущуюся весьма массивной створку двери. Неожиданно она легко и абсолютно бесшумно распахнулась, открывая вид на… дремучий лес. Высоченные ели, бурелом, кочки, покрытые мхом, дурманящий аромат багульника болотного и тучи комаров.

Как это знаменательно!

Я невольно хмыкнула; о том, что каждая из нас пейзаж, окружающий Школу, будет видеть по-своему, знали все (за годы учебы мы даже не один раз строили догадки на этот счет), но в моем случае… Выбрав направление жен для оборотней, я не ошиблась. Лес — моя стихия. Ну и, собственно, сами его обитатели тоже весьма симпатичны.

И вот…

Громадный, внешне абсолютно невозмутимый мужчина с немного растрепанными каштановыми волосами, с внимательными черными глазами и обалденно сексуальным, гладко выбритым подбородком (в меру крут, в меру квадратен) стоял прямо напротив, привалившись плечом к стволу дерева. Впрочем, пока изучать его в деталях я не спешила. Гораздо больше волновала процедура передачи меня с рук на руки будущему супругу.

На миг застыла у выхода, рассматривая открывшуюся за границей стены картину, и шагнула вперед. Вернее, попыталась шагнуть. Но не смогла. Словно невидимая преграда удержала на месте. Вер нахмурился, сосредоточенно наблюдая за мной и принюхиваясь. Крылья его носа затрепетали. Он раньше меня понял, в чем дело, и бросил яростный взгляд за мое плечо. Туда, где стояли мои сопровождающие.

В воздухе разлился волнительный божественный смех сирены:

— Не спешите!

— Я достаточно ждал.

Сирена не была удостоена даже взгляда. Оборотень не отрываясь смотрел на меня, с жадным вниманием изучая каждую черточку лица, смущая таким откровенным интересом. Его ответ прозвучал холодно, в чем-то даже пренебрежительно и резко.

Первой вперед двинулась патронесса, поразительно легко преодолев удержавшую меня незримую преграду. За нею за территорию Школы обольщения шагнули гном и Кайло. Вер никак не отреагировал на их приближение, продолжая с расслабленным видом подпирать плечом дерево и изучать пристальным взглядом меня.

Никто из моего сопровождения не стал на пути взгляда мужчины. Я интуитивно чувствовала, что это было бы чревато вспышкой его гнева.

— Ваше решение не изменилось? — Вампирша, застыв в шаге от стены, была все так же спокойна.

— Нет, я подтверждаю свой выбор, — кивнул оборотень и тут же, с толикой иронии в голосе, произнес, указывая на гнома: — И готов принять необходимые семейные обязательства. Полагаю, этот господин находится сейчас среди нас не просто так?

Невысокий мужчина степенно поклонился веру и неторопливо извлек из неприметного портфеля два листа бумаги. Брачный договор. Я знала его содержание. Все воспитанницы потока жен для оборотней знали. Он был стандартным для каждой из нас и лишь в самых исключительных случаях дополнялся новыми пунктами.

Всего два обязательства. Одно — для меня, другое — для него. И все.

«Пункт первый. Я, Лина Орма, урожденная ведьма, даю согласие стать законной парой Торгфрида из рода Сильнейших и клянусь, что все мое потомство будет только от него.

Пункт второй. Я, Торгфрид из рода Сильнейших, беру Лину Орма, урожденную ведьму, в законную пару и принимаю на себя обязательства по обеспечению и сохранению ее безопасности в течение всей жизни».

Я с любопытством ожидала реакции оборотня.

— Что это значит?! — Стоило мужчине пробежать глазами текст, как он яростно оскалился и уставился жутким взглядом на патронессу. Убийственно презрительным и холодным, обещающим кару за обман. — Этого недостаточно! Она не из веров, значит, обязуйте ее хранить верность своей паре. И почему в ее условиях не оговорен срок?

— Ведьмы — не оборотни, как вы верно заметили, — сухо и монотонно забормотал гном. — Они не заводят пожизненных связей.

— Это надо понимать как возможность для моей пары в перспективе сменить меня на другого спутника жизни? — Мужчина цедил слова так, словно сам не верил в то, что озвучивает такую вероятность.

Черты его лица заострились, во взгляде, в противовес ледяному тону, разгоралась звериная ярость, а крылья носа хищно раздувались, выдавая охвативший вера гнев.

— Именно так, — размеренным тоном отозвался гном. Он не мог и помыслить о том, чтобы исказить смысл условий.

— Я не согласен! — Рык предназначался уже вампирше.

Патронесса Школы обольщения хранила безмятежное спокойствие. Она не дрогнула, даже когда огромный вер подобрался и угрожающе навис над ней, явно готовясь мгновенно обернуться зверем. Угрожая!

— Это условия основателей Школы. А среди них были представители всех народов Пришедших, в том числе и вашего. Они неизменны, — сдержанно ответила женщина. — Вы или получаете девушку на наших условиях, или не получаете совсем.

Позабыв об ароматах леса, уже не слыша назойливого писка комаров, я внимательно наблюдала за оборотнем.

Согласится или нет?

Мне хотелось, чтобы он согласился.

Впрочем, наличию лазейки для себя была очень даже рада. Брак — это партнерство, если он счастливый. Становиться имуществом оборотня желания не было. И каждая из нас была благодарна Школе за такую защиту интересов своих воспитанниц.

Несколько напряженных минут оборотень и вампирша сверлили друг друга угрожающими взглядами. Сирена стояла рядом с искусственной улыбкой на губах и не спускала с вера глаз. Она явно была готова по первому же знаку применить свою сдерживающую магию. Гном с отрешенным видом о чем-то сосредоточенно размышлял. Ему в любом случае ничего не грозило.

— Условия неприемлемы, — с явным трудом обуздав бешенство, словно выплюнул Торгфрид. — Дополняйте! Почему эти пункты не были оговорены раньше?

— Это невозможно. Их в любом случае невозможно изменить, таковы законы Школы, — прозвучал сухой ответ вампирши.

После чего она спокойно развернулась и прошла в ворота, за ней последовала сирена, и последним, с немного рассеянным видом ограничивающую черту преодолел гном. Двери Школы стали закрываться, отрезая нас от разгневанного великана. Мой взгляд с нескрываемым интересом замер на мужчине: и что дальше?

Казалось, Торгфрид дышит с трудом, настолько колоссальные усилия он прилагал, чтобы не сорваться и в зверином обличье не кинуться на этот невидимый, но осязаемый барьер. Оборотень буквально побелел от ярости и гнева. Но сдержался и зашипел:

— Принимаю… условия.

Ответ дался ему непросто. Он явно давился этими словами. И когда говорил, в упор смотрел на меня. А в этом взгляде…


Ух, суров мой будущий супруг! На поблажки, видимо, особо рассчитывать не стоит.

Словно не сомневаясь в подобном исходе (что вполне понятно), мои сопровождающие вернулись в лес за стенами Школы.

И началось, собственно, «таинство» заключения нашего союза — после торжественного подписания договора меня передали супругу. За «торжественность» отвечал гном. Именно он в полном молчании совершал наполненные тайным знанием и смыслом манипуляции со страницами завизированного не столько подписями, сколько слепками аур договора. Самого договора было три экземпляра: по одному нам с оборотнем и Школе. Стоило гному коснуться обычных листов мелованной бумаги, как свет вокруг померк, погрузив нас в темноту.

Вот вспыхивающие всполохами разноцветных огней листики затрепетали, на глазах видоизменяясь. И теперь уже гном держит в руках древний, наделенный сильнейшими магическими свойствами пергамент. Договор стал своеобразным артефактом, способным мгновенно уничтожить нарушителя его целостности или условий.

Мы с оборотнем стали супругами. Впрочем, у меня все еще оставалось право выбора и возможность пойти на попятную.

Едва свет снова вспыхнул, возвращая нас в прежнюю обстановку и позволяя мне наконец-то вдохнуть, как патронесса протянула мне руку. И я… с легкостью шагнула наружу.

Все! Школа обольщения выпустила в реальный мир свою очередную воспитанницу.

— Лина, — неожиданно мягким тоном обратилась ко мне вампирша, — помни, что в этих стенах ты всегда получишь помощь и защиту.

Я благодарно кивнула. Женщина перевела немного насмешливый взгляд на моего все еще гневно раздувающего ноздри оборотня.

— Любая наша воспитанница — это подарок судьбы. Научись ценить то, что получил.

Вер промолчал, только сильнее стиснул зубы и одарил вампиршу злым взглядом — он бы поспорил. Шантаж и выкручивание рук он не простит и не забудет. Сегодня патронесса приобрела врага. Лютого и сильного!

Совершенно не беспокоясь об этом, она, незаметно подмигнув мне на прощанье, просто исчезла. Как и остальные сопровождающие. Как и любой намек на здание Школы обольщения — она растаяла в воздухе, словно дымка утреннего тумана.

Внезапно мы остались посреди леса с оборотнем вдвоем.

С мужем!

С незнакомцем.

С тем, с кем нас связали очень важными узами.

Но мне оставили возможность вернуться, и это придавало уверенности.

Было и интересно, и лестно… Такой мужчина!

И он выбрал меня!





ГЛАВА 6




Лина



Стоило всем исчезнуть, как супруг так и впился в меня пронзительным взглядом. Я с не меньшим интересом обежала взором его, подмечая и сразу ставшую расслабленной позу мужчины, и широкий разворот плеч, и крепкие бедра, обтянутые серой тканью брюк. Выбравший меня оборотень производил сокрушительное впечатление. Мгновенно захотелось наплевать на все приличия, сомнения и разумность и, банально взвизгнув от восторга, с воплем: «Вася, я ваша навеки!» — кинуться в объятия этого эталона мужественности и сексуальности. И пусть я до этого видела его на фотографиях, но реальность оказалась во сто крат круче.

И он выбрал меня! О счастье!

Я бы наверняка так и пошутила, если бы не проведенные в стенах Школы обольщения долгие семь лет, каждый день из которых нас планомерно учили подавлять и контролировать собственную горячность и бесшабашность. Подчинять чувства логике. За это время нам сумели внушить, что совсем не эмоции лежат в основе счастливого брака.

Поэтому я с серьезным и скромным видом (кто бы знал, каких усилий мне стоило удержать нижнюю челюсть на месте!) переместила небольшой рюкзачок с теми вещами, что разрешили забрать с собой, из рук на плечо, поправила съехавшую бретельку короткого спортивного ярко-желтого сарафана и, предварительно бросив на мужчину короткий взгляд из-под ресниц, вежливо осведомилась:

— До города не подбросите?

Пора начинать знакомиться.

Его трепещущие ноздри на миг замерли, взгляд, как раз завершающий путешествие по моему телу в районе виднеющихся в прорезях босоножек пальчиков, резко метнулся к лицу. По суровым и жестким губам скользнула стремительная усмешка, взгляд полыхнул торжеством и… в следующий миг он уже был рядом. Обнимая одной рукой за талию, второй одновременно снимая с моего плеча рюкзачок и подтягивая ближе к себе, оскалился реально устрашающими клыками.

— Разумеется. — Его глубокий вдох, прикрытые на миг веки… — И уже не отпущу!

Ого! На ловца и зверь бежит.

Мой оборотень нравился мне все больше. Не сумев сдержать восхищенного волнения (но его столь близкое присутствие, аромат свежести и силы, мгновенно окутавший меня, производили сокрушительное впечатление), облизнула вмиг пересохшие губы и хрипловато выдохнула практически в лицо склонившемуся ко мне мужчине:

— Время покажет.

— Да-а… — Он тесно прижал мое тельце к себе и, казалось, ухитрился обнять своими большими руками меня всю, полностью, еще и зарылся носом в волосы, слегка влажные и пахнущие только моим собственным ароматом.