Школа обольщения

«Их головы», — так выразился о моих спутниках Торгфрид.

«Оборотень несет смерть. Убегай!» — советовал заклинатель. И я всей душой была с ним согласна, внезапно осознав, что оказалась в стане врагов.

Рихард был прав: я — человек. А те, кто окружают меня сейчас, — недруги. Но что делать? Как убежать? Еще миг, и оборотень окажется рядом. Он поймет, что я все слышала, я просто не смогу продолжать оставаться прежней очарованной и покорной женщиной.

Легкий скрип и дверь в спальню распахнулась, а мой взгляд невольно прикипел к мужчине, шагнувшему через порог. Потрясающий! С обаятельной, полной животного магнетизма улыбкой, с внимательным взглядом блестящих зеленых глаз. Он был уже без футболки и демонстрировал мне свое невероятно мощное тело. Любой другой обладатель подобной мускулатуры казался бы громоздким, неповоротливым, но не оборотень. Мужчина двигался с особенной грацией, пластикой и ловкостью. Он, несомненно, был богом! Проклятым. Как те, ради которых убивали невинных жертв. Более того, он убивал сам. И намерен был убивать еще. Подобных мне.

«Дай волю своей натуре. Используй знания. Обольщай!» — советовал заклинатель. Знать бы еще, о чем он говорил. Мне отчаянно, невыносимо и страстно захотелось одного — справиться и… сбежать.

— Заждалась? — улыбнулся оборотень, замирая напротив. — Это приходили узнать насчет ужина. Я подтвердил наш заказ.

Стоило смыслу его слов дойти до меня, как я потрясенно вздрогнула, по-прежнему не отрывая глаз от лица этого монстра.

Он уверен, что я не слышала его разговор с вампиром!

— Да? — Изумленный возглас сам собой сорвался с губ. Кажется, глаза мои от недоумения распахнулись еще шире.

— Верь мне, — кивнул он. — И пусть тебя не смущает тишина. Это особая магия этого места.

Какова бы ни была причина его заблуждения, мне это на руку. Хоть какое-то преимущество, отсрочка, чтобы придумать план спасения. Поэтому улыбаюсь и стараюсь выглядеть милой (что-то же во мне его привлекло?). А мысли только о словах заклинателя.

«Обольщай! Используй знания», — сказал он. Эх, расспросить бы его подробнее, объяснить, что я ничего не помню.

— Верю, — откликаюсь на слова оборотня, надеясь, что он не придаст значения дрожи в моем голосе.

Но оборотню не до оттенков тона, он переводит взгляд с меня на кровать и обратно и расплывается в предвкушающей улыбке. И я не сомневаюсь, что совсем скоро его планы осуществятся. И мне даже наверняка понравится, вот только потом…

Карло и его команда — я не могу предать их снова. Хотя бы их память.

— А пока… — Олицетворение божества отрывается от косяка двери и делает шаг ко мне, намереваясь озвучить свои планы.

— Нет! — резко, словно выстрелившая пружина, вскакиваю и нервно прошу: — Пойдем назад, вниз!

Оборотень озадачен и явно недоволен. С легким налетом снисходительности на лице он качает головой, собираясь отказаться.

— Ты голодна? Мы сейчас поужинаем. А потом нам лучше провести время тут, вдвоем.

Только не это!

— Хочу вниз! Там… танцы! — Я действую инстинктивно и капризно топаю ногой. В голове «голос из прошлого» снова напоминает о настойчивости в принципиальных вопросах. И отчего-то вспоминается музыка, звучавшая внизу, и танцпол. Это невероятное место при всей своей необычности явно развлекательный клуб.

— Поверь мне, — мужчина подступает вплотную, недвусмысленно напирая на меня с целью опрокинуть на уже близкую кровать, — тебе будет лучше тут.

И такая многообещающая, сводящая с ума улыбка расцветает на его губах, что нет сил сопротивляться. Если бы не нудный голос в голове, бубнящий свое…

— Пожалуйста! — Я умоляюще стискиваю руки, вкладывая в ответный взгляд всю свою надежду и убедительность.

Как ни странно, на оборотня это действует. Он замирает, в задумчивости глядя на меня.

— Танцевать?

Я его понимаю, в принципе это последнее, чего можно хотеть в моих обстоятельствах.

— Да! — абсолютно искренне пылко киваю я и, приникая к мужской груди, снова молю: — Пожалуйста!

Очень долгое задумчивое молчание.

— Хорошо. Мы вернемся туда. Ненадолго. — Поразительно, но он согласился. — Если ты действительно этого так хочешь…

И оборотень провокационно касается моих губ поцелуем.

А я могу в это мгновение думать только об «их головах».

— Хочу! Хочу-хочу-хочу! — в восторге вскрикиваю и отстраняюсь.

Это отсрочка. И, может быть, шанс на беседу с заклинателем.

Уже в спокойном режиме (Тор идет первым, держа меня за руку, я чинно шествую за ним) мы спускаемся по лестнице на первый этаж и вновь окунаемся в суету и гам множества веселящихся тут существ. Я сама не понимаю, почему подумала о танцах, но отчего-то именно звучащая внизу музыка все никак не выходила из моей головы. Она отзывается в душе чем-то непонятным, волнует, словно напоминая о чем-то.

О чем-то, чего я не помню…

Оборотень неприступен, холоден и высокомерен. На любой взгляд в мою сторону он реагирует гневным рычанием, поэтому мы движемся быстро — все уступают дорогу, предпочитая не связываться с гигантом, демонстрирующим звериную мощь.

Я же по пути к танцплощадке все время ищу взглядом парочку наших собеседников. А еще мучаюсь от ощущения какого-то несоответствия. Нехватки чего-то, очень желанного и необходимого.


«Принеси то, не знаю что — это про меня», — иронизирую, пытаясь понять, чего мне не хватает, представить мысленно.

Тор разворачивается и подхватывает меня второй рукой, прижимая ближе. Я сознаю, что звучит нечто медленное и чувственное. Мелодия так и тянет раствориться в танце, утонуть в объятиях партнера, растаять от его прикосновений. Забыв обо всем, очарованная странными звуками, я закрываю глаза, приникаю к груди Тора и плавно двигаюсь, послушная его рукам.

В голове становится пусто, перед глазами мелькают какие-то обрывки непонятных воспоминаний. И я вижу… В отражении огромных, от пола до потолка, зеркал вижу себя. Практически обнаженное тело сплетается в танце со струящимся потоком юркого огня. Ощущение неимоверной силы, страстности и красоты представшей перед мысленным взором картины сбивает с толку. Дух захватывает от собственной неотразимости и необузданности.

«Это я?.. — все, что успеваю подумать, прежде чем с головой накрывает ощущение нестерпимой потребности. — Пусть. Так. Будет. Снова!»

Отчаянное, запредельное по силе и страстности желание. В моем видении я выгляжу такой сильной, уверенной и обольстительной…

Внезапный резкий и шумный выдох. Это мой партнер, не совладав с чувствами, оступился, вдребезги разбив волшебство объединившего нас танца. В отливающих изумрудным блеском глазах Тора феерия чувств — восторг, потрясение, испуг, голод…

Застыв на месте, перевожу взгляд на себя. А на мне… та самая одежда, что только что привиделась в мимолетной вспышке воспоминания. (Как такое стало возможно, подумать не успеваю.) Крохотный сиреневый топик, поддерживающий и едва прикрывающий грудь, и низко сидящие на бедрах широкие брюки в тон, с длинными разрезами по бокам. Низ наряда изготовлен из странной ткани. Она кажется невесомой, но при движении словно струится и соблазнительно облегает бедра.

«Как же это будет смотреться во время танца?» — мелькает совершенно несвоевременная мысль, и перед глазами снова яркие картинки, где я — танцующая и завораживающе прекрасная — отражаюсь в зеркалах.

А тишина вокруг все оглушительнее, теперь уже не только Тор, но и остальные посетители смотрят на меня. И смотрят с удивлением. В предчувствии чего-то… грандиозного? Они ощущают перемены во мне? Или это меня переполняет ощущение силы?

И снова голос в голове. Голос, который я помню! Его обладательница когда-то говорила мне: «Любая способна обольщать! Абсолютно. Надо лишь найти свое призвание, то, в чем ты совершенна. И делать это со страстью, с полным погружением и величайшим удовольствием. Делать так, чтобы невозможно было отвести взгляд, чтобы окружающие теряли дар речи и забывали дышать. Но главное самой испытывать драйв от происходящего. И тогда — гарантирую — никто не останется равнодушным к твоей персоне. Ты затмишь любую, оставишь неизгладимый след в памяти каждого мужчины. (Тихий смех и обещание.) Мы поможем каждой из вас найти свое предназначение, раскрыть свой талант. И магия этого места поможет вам его усилить. Необыкновенно, сверхъестественно усилить…»

Прозрение снисходит одновременно с вновь зазвучавшей музыкой. (Или это все еще действует мое страстное пожелание?) Я танцую! И умею делать это в совершенстве. Обожаю сам этот процесс! Живу им. В танце я околдовываю и обольщаю.

В необъяснимом предчувствии своего звездного часа, неожиданно чуждая малейшему смущению или страху, я закрываю глаза и улетаю. В мир собственных грез, в страну умиротворяющего покоя и довольства. Здесь мне всегда восхитительно хорошо!

Я не думаю о том, как буду танцевать, я просто забываю обо всем и погружаюсь в танец, вплетая в аккорды движения тела, сливаюсь с мелодией, становясь чем-то бестелесным. Средоточием чувственности, страстности и желания.

Мир вокруг превращается в круговорот цветных пятен с мелькающими вспышками зачарованных взглядов и совершенно перестает волновать. Сейчас значение имеют лишь мои чувства, жар моего восторга и желание обольщать. Я двигаюсь, грациозно прогибаюсь и маняще покачиваю бедрами, а мое тело обещает подарить сказку, намекает на разгадку величайшей тайны и убеждает каждого очарованного им зрителя в собственной исключительности. Мое послание достигает каждого мужчины в огромном зале. Я убеждаю их в главном: вот она, я — ваша единственная и желанная.

Магии моего танца невозможно противостоять. Его экспрессия агрессивна. Она атакует сознание каждого из присутствующих. Она покоряет, сводит с ума. Она порабощает, убеждая в своей истинности. И когда я, насытившись ощущением всесилия, замираю вместе с последним аккордом мелодии, все мужчины вокруг (не важно, с клыками они, с рогами или с крыльями), поверив рассказанной мною сказке, в едином порыве откликнулись на призыв.

Даже воздух словно заискрился от восторга окружающих. От желания. Сотни взглядов впились в мое лицо, сотни горящих от эйфории узнавания взглядов. И мгновение глубокой тишины разрушил ликующий вой, вырвавшийся из десятков глоток самых разнообразных существ. И все они ринулись ко мне. Одновременно.

— Нет! — Оглушающей силы рык, полный яростного протеста и боли, прозвучал совсем близко. И прежде чем я сумела распознать в трансформировавшемся огромном чудовище Тора, когтистая лапа сжала мое плечо, одним движением перемещая себе за спину. — Она моя!

Дальше события стали стремительными, как ветер.

Увидев, что почти все присутствующие мужчины бросились к перешедшему в боевую форму оборотню, я попятилась, медленно отступая к заветной двери.

«Вот он, мой шанс, — стучало в голове. — Кто знает, как долго он выстоит».

И в то же время я гнала от себя необъяснимую тревогу, не имея сил оторвать взгляд от огромной, вздувшейся канатами мышц напряженной спины полузверя.

«Их головы! — пришлось напомнить себе о Карло и его команде. — Я не могу снова предать их, уступив отвратительной тяге к Тору».

Рывком развернулась, скользнув взглядом по замершему в стороне высокому клыкастому мужчине с глазами удивительной синевы. Он оказался одним из тех немногих, кто не поддался моему влиянию, и теперь с заметным пренебрежением наблюдает за безумным побоищем. Но вот в его взгляде, устремленном на меня, загорается ненависть. Он словно только что понял что-то.

«Никос!» — Не знаю почему, но в душе вспыхнуло убеждение: это тот самый гость Тора, разговор с которым я слышала.

И я с новыми силами рванула вперед. Тем более что возле заветной двери, ведущей к людям, оказался сам заклинатель и его спутница.

— Спасибо! — выдохнула я, подлетев к ним, и ухватилась за ручку двери, намереваясь покинуть это проклятое место, когда…

— Нет, — усмехнулся мужчина, неожиданно обхватывая меня одной рукой за талию и прижимая к себе. Второй рукой он обнял свою ведьму. Крепко держа нас обеих, заклинатель начал таять, растворяясь в воздухе. А вместе с ним таяли и мы, куда-то перемещаясь.

Последнее, что я успела сделать, это, изогнувшись, оглянуться назад. Туда, где, круша всех без разбора, бился с полчищами невообразимых существ оборотень. Бился, доказывая свое исключительное право обладать мною.





ГЛАВА 20




Лина



— Но это же… — Я ошеломленно оглядывалась вокруг, понимая, что меня перенесли в тот же лес, из которого чуть раньше вывел оборотень.

— Ага, — неприлично жизнерадостно кивнул мне заклинатель. — Я, кстати, Мар. Нас друг другу не представили. Кто ты, я знаю.

Они с так понравившейся мне девушкой стояли, обнявшись, рядышком. Эта пара очень противоестественно смотрелась на фоне дикого леса. Оба в городской одежде, холеные и изящные. Задерживаться тут они вряд ли собираются.