Сердце Волка

Будущий муж тепло улыбнулся.

— Должен же я ухаживать за своей невестой, — сказал он, и мои губы непроизвольно растянулись в улыбке.

Андре расстегнул камзол, снял его и повесил рядом с остальной одеждой.

— Жаль, конечно, что в статусе невесты ты пробудешь так недолго, — сказал он, усаживаясь напротив. — Будь моя воля, ты наслаждалась бы этим периодом сколько и положено леди… Но я обещаю тебе, что за супругой буду ухаживать с удвоенной силой.

Он снова тепло улыбнулся мне и положил руку на покрывало, как раз на мои стопы.

Словно искры побежали по ногам и ударили почему-то в голову. Я ощутила себя абсолютно счастливой и защищенной от всего мира.

— Андре, — прошептала я и улыбнулась.

— Можно мне сесть рядом с тобой, Эя? — спросил Андре, и вид у него при этом был такой взволнованный, что я ощутила, как меня накрывает очередной волной счастья и благодарности. Как я могла даже подумать о том, что его не волнуют мои чувства?

Я не смогла ответить, только кивнула, и в тот же момент Андре оказался рядом.

Обнял меня за плечи, слегка прижал к себе.

Я положила голову ему на плечо, ощущая, как проваливаюсь куда-то в томную, счастливую негу, и мешает мне окончательно забыться только биение собственного сердца.

Я сонно открыла глаза и уставилась на платиновый закрытый медальон на груди жениха.

Медальон блеснул искрой бриллианта, и я зажмурилась, сонно помотав головой. Сколько помню Андре — он презирает роскошь и даже атрибуты статуса носит с неохотой. Одевается всегда сдержанно, если не сказать — скромно. Я думала, медальон из серебра, но ошибалась. Это платина с бриллиантами.

— Не спится, маленькая Эя? — ласково спросил Андре, чуть привлекая меня к себе.

— Что ты носишь в медальоне? — спросила я, и Андре счастливо расхохотался.

— Ясно. Ты не можешь уснуть от любопытства!

— Он… Он такой дорогой…

— Это оттого, что в нем самое дорогое, что было в моей жизни до вчерашнего вечера. Хочешь увидеть, что там?

Я подняла голову, заглядывая ему в глаза и быстро закивала. Андре широко улыбнулся.

— Точно хочешь?

— Ну Андре!

— Ну Эя! Медальон-то секретный!

— Андре! Ты специально дразнишь меня!

— Конечно, моя маленькая фея Эя! Ты такая очаровательная, когда любопытство так и распирает тебя изнутри. Видела бы ты свои глазки! А губки!

Он осторожно дотронулся подушечкой большого пальца до уголка моих губ. Жест получился очень нежным, и в то же время у меня отчего-то закружилась голова и потеплело в животе.

Я все же нашла в себе силы помотать головой.

— Ну Андре! Ну пожалуйста!

— Ну, я вообще-то не против… Но что ты покажешь мне взамен, будущая леди Делла-Ров?

— Андре!

Мои щеки вспыхнули, я отшатнулась. Андре снова рассмеялся.

— Понял, понял, ты ничего не покажешь мне… Сейчас, — сказал он, сделав упор на это «сейчас».

— Андре! — возопила я, задыхаясь от гнева.

Попыталась отстраниться, но, когда за твоей спиной стенка кареты, не так-то просто это сделать.

Этот наглец улыбнулся мне той улыбкой, от которой всегда дрожали колени, и так пристально посмотрел в глаза, что я ощутила, как теряю волю.

— Эя, — раздался его нежный, с хрипотцой, голос. — Ты просто поцелуй меня…

Стоило ему прошептать это, как губы сами собой приоткрылись ему навстречу. Одной рукой он притянул меня за талию к себе, другую положил на затылок.

Мои руки сомкнулись, обнимая его за шею, и, ощутив тепло его губ на своих, я пискнула от счастья.

В ответ Андре коротко застонал, прижимая меня крепче. Я вздрогнула, ощущая, как его язык скользнул по моим губам, принуждая их раскрыться, всхлипнула, когда поцелуй перестал быть нежным и легким. Губы Андре завладели моими, а его язык нагло, по-хозяйски, вторгся в мой рот… Я не предполагала, что поцелуи бывают такими!


Я задохнулась и обмякла в его руках, когда он хрипло застонал, отпуская меня.

— Моя маленькая Эя, — прошептал он.

Я ощутила, что руки его дрожат, и спрятала лицо на его груди, потому что мне так стыдно стало!

Андре же шумно выдохнул и прошептал:

— Смотри…

— А?

Я подняла голову.

— Что?

— Медальон, — рассмеялся он. — Ты же хотела посмотреть.

Я робко улыбнулась. Точно! Я и забыла. С таким забудешь, как звать тебя, не то что про медальон.

— Я говорил, что у меня нет от тебя секретов… и не будет. Ну же…

Он мягко отпустил меня и расстегнул застежку цепочки.

— Держи, — протянул он мне украшение.

Медальон сверкнул в лучах света мотыльков и оказался теплым на ощупь.

— Сейчас я узнаю все твои тайны, — пообещала я Андре. — Сам говорил, что там самое ценное для тебя…

— Было ценным, — запротестовал мой будущий муж, — было до вчерашнего вечера.

— То есть там портрет твоей бывшей возлюбленной?

Мой голос дрогнул, а сердце забилось с удвоенной силой.

— Можно, пожалуй, сказать и так, — ответил Андре. И снова улыбнулся.

Я отстранила от себя руку с медальоном.

— Тогда оставь. Не хочу влезать в твою личную жизнь. И знать о ней не хочу.

Андре хмыкнул, как мне показалось, довольно.

— Но вам придется, будущая госпожа де Шеврез, леди Делла-Ров.

— И не подумаю! — заявила я.

— Эя, — сказал Андре, нежно взял мою руку в свои, поднес к губам и поочередно поцеловал каждый палец.

— Эя, — прошептал он, целуя ладонь.

Я с негодованием вырвала руку и отвернулась, ощущая, как теплая волна вновь завладевает всем моим существом.

— Эя, слышишь меня, маленькая? Я никогда, слышишь, никогда не причинил бы и не причиню тебе боли, не обману тебя, — проговорил он, разворачивая меня к себе.

«А как же случай за стеной замка?» — чуть было не спросила я, вспомнив о Миле. Но промолчала.

— Ты веришь мне, Эя?

Андре взял меня за подбородок, поднимая лицо к себе, и заглянул в глаза. Я потупилась.

— Верю, — пробормотала я. — Забери медальон. Смотреть не буду.

— Посмотри, — сказал он настойчиво.

— Не буду.

— Ты очаровательна, когда злишься! Я, кажется, говорил тебе это. Но еще краше ты, когда ревнуешь. Я и не думал, что в моей маленькой Эе кипят такие страсти! Я счастлив, Эя!

— Я ревную?! — возмутилась я, ощущая, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди. — И не думала!

— Ревнуешь-ревнуешь, моя маленькая страстная львица…