Пробуждение хранителя

Я поймала руку подруги и сжала в своих пальцах, стараясь приободрить. Сама не замечая, как меня бьет дрожь. Но весь этот страх был ничем, ведь всего через мгновение леди Герей продолжила отдавать распоряжения:

— Студентки, проверьте свои плечи. У тех, у кого этой ночью появилась метка, поставленная Сердцем Магии, прошу проследовать в мой кабинет.

— Фрея, — ошарашенно протянула Триша, поворачиваясь ко мне. — Не может быть.





ГЛАВА 2




До кабинета ректора я добиралась на ватных ногах. В голове до сих пор не укладывались масштабы произошедшего. Все напоминало страшный, нереальный сон. И вроде как опасность где-то там, далеко. Но страшно до дрожи в коленях.

— Проходите, — Асмия Герей распахнула перед десятком девушек дверь в свой кабинет. — Располагайтесь. Разговор будет долгим.

Я, к собственному удивлению, отметила, что среди пришедших все были старшекурсницами. Все, кроме меня и… Веи Гантер.

Старшекурсницы косились в нашу сторону с презрением. Впрочем, и Вея от них не отставала. И только мне хотелось прямо сейчас проснуться в своей кровати, рассказать кошмар Трише и вместе посмеяться над моей буйной фантазией.

— Для начала я бы хотела увидеть ваши метки, о которых мне сообщил артефакт, — почти сразу произнесла чародейка, когда дверь за нашими спинами закрылась, а на письменном столе появился Улис.

Вея первая оголила левое плечо, показывая собравшимся круглую призрачную метку. Она еле заметно подсвечивалась, и это свечение будто источало опасность. Остальные последовали ее примеру.

— Десять, — выдохнула Асмия Герей, опускаясь на стул. — Даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Я не хочу в этом участвовать, — со страхом в голосе протянула одна из девушек, поправляя платье. — Можно ли отказаться, госпожа ректор?

— К сожалению, нет, студентка Шакарь, — покачала головой чародейка. — Я хочу вам сказать то, что не посмела сообщить всем. Отказаться от этого нельзя. Более того, у вас есть определенный лимит. Если вы не приручите вторую стихию к концу зимы — умрете.

— Что? — ахнула высокая тощая брюнетка, пошатнувшись от такой новости.

— Если вы еще не поняли, то все очень серьезно, — Асмия Герей провела ладонями по лицу. — Нам всем нужна новая хранительница Сердца Магии для того, чтобы восстановить баланс, нарушенный смертью Пифии Альм, и изгнать демонов из нашего мира. Опять.

— Но мы ведь не имеем ни малейшего понятия, как приручить стихии, — моя паника вылилась в слова. — Если нам грозит смерть из-за того, что мы даже не в силах сделать…

— Присядьте, студентка Игрис, — чародейка прервала меня и указала рукой на диван, где уже сидели три девушки. — Я сейчас расскажу все, что мне удалось узнать. А вас прошу довериться мне и нашему королю. Мы обязательно придумаем, как избежать страшной участи.

Слова ректора обнадеживали. Сейчас она держала лицо, заморозила все эмоции. Но я чувствовала, что она и сама растеряна.

— Этой ночью пала завеса, — произнесла она, когда все десять помеченных артефактом чародеек затихли. — Мастер Хенваль отправился проверять состояние Сердца Магии, когда ему поступил сигнал тревоги. То, что артефакт оказался живым и мыслящим… Мы даже предположить не могли, что такое возможно. В источниках тех времен нет ни слова об этом. Сердце Магии возжелало говорить с первой чародейкой королевства. И сообщило, что после смерти хранителя была разорвана связь и артефакт ушел в стазис. Если мы не подберем ему новую хранительницу, то демоны сотрут людей с лица земли.

— Но что пробудило его от стазиса, госпожа ректор?

— Этого мне артефакт не сообщил. Да и сами его требования мне не нравятся. Это похоже только на начало всех наших проблем. Какой толк артефакту искать себе хранительницу, если оно и так уже пропустило демонов. Чтобы загнать их обратно?

— Вы точно нас успокоить хотели? — с нервным смешком поинтересовалась одна из девушек.

— Прошу прощения, — Асмия Герей вновь натянула ледяную маску безразличия. — Сейчас ваша единственная задача — полностью постичь свою собственную стихию. Чтобы не было проблем, она должна подчиняться вам беспрекословно. С завтрашнего дня у вас меняется расписание. Все предметы помимо пиромантии, геомантии, гидромантии и аэромантии переходят в разряд необязательных. Занятия с преподавателями займут все ваше время. Улис, отдай распоряжения.

— Сейчас сделаю, — отозвался дух-хранитель, о котором мы все уже успели позабыть.

— Как только мастера смогут сообщить мне о том, что вы в совершенстве освоили одну стихию, мы перейдем к другим. На завтра назначен совет первых чародеек пяти королевств — мы найдем способ. Поднимем все сведения. Но решение отыщем. И поможем вам с этим. Ваша основная задача — слушаться и стараться. Иначе…

Она замолчала и поджала губы. Но мы и без того поняли, что могло произойти иначе.

Смерть.

— Но мотивы артефакта… Их можно выяснить? — подала голос Вея.

— Если вы хотите рискнуть своей жизнью, студентка Гантер, спуститесь в пещеры. Может быть, именно вам артефакт раскроет правду, — вздохнула госпожа ректор. — Я передаю вам то, что знаю. И надеюсь на ваше доверие. Из плюсов то, что вы теперь на особом счету в академии и пяти королевствах. Остальные, думаю, тоже вскоре сделают свой вклад. От сессии вы будете освобождены. Кроме студентки Гантер, ей придется сдать демонологию.

— Что? Но почему?! — она вскочила со своего места. — Неужели мастер Хенваль не понимает важности ситуации?

— Поверьте, как раз мастер Хенваль все понимает, — спокойно отозвалась чародейка. — Именно потому вы сдадите экзамен вместе с остальными студентами, после чего вернетесь к тренировкам.

— Что эти первогодки вообще могут? — светловолосая девушка покосилась в сторону Веи, а потом глянула на меня. — Чем руководствовался артефакт? Они ведь погибнут первыми.

— Студентка Бойне, что вы себе позволяете?! — ректор приподняла брови.

— Но ведь это правда… — она только руками развела. — Если у нас еще есть шансы…


— Посмеете поднять эту тему еще раз… — начала было ректор.

— И что тогда? Вы нас исключите? — с нотками истерики хохотнула одна из старшекурсниц. — Да какая разница? Ничего из этого не выйдет! Никому не сравниться с Пифией Альм, никому не занять ее место! Мы все умрем. И если нам суждено погибнуть от магии Сердца, которое непонятно по каким критериям отбирало возможных хранительниц, то остальные умрут от демонов!

— На сегодня хватит, — Асмия Герей встала из-за стола. — Отправляйтесь спать. Завтра вас ждут тренировки. Разговоры в подобном ключе я запрещаю. Это понятно?

Нестройный хор ответов, и вот мы уже все стоим в коридоре, не спеша расходиться.

— Жалко вас, — бросает та самая девушка, которой ректор сделала замечание. — И с чего только артефакт выбрал именно таких кандидаток?

Я прикрываю глаза, чтобы успокоить раздраженную стихию. А вот Вея ведется на провокацию.

— Думаешь, что ты сильнее меня? Хочешь дуэль?

— Эй, вы чего?! — третий женский голос разбивает эту гнетущую атмосферу. — Ректор сказала всем вернуться в комнаты. Хватит.

Все еще стоя с прикрытыми глазами, я стараюсь справиться с эмоциями, слышу удаляющиеся шаги и тихие разговоры. Несмотря на запрет Асмии Герей, никто не спешит сменить тему. Обсуждают произошедшее с явным страхом будущего.

— Хотя в чем-то я с ней согласна, — голос прозвучал у меня над ухом. — Ты-то точно не выдержишь этого.

— Вея, иди к демонам в задницу, — мне с трудом удалось сдержаться и не повысить голос. — Твое мнение — самое последнее, что я хочу знать.

— А ты, я вижу, уже успела нос задрать, — хмыкнула одногруппница, проплывая мимо меня. — Еще посмотрим, кто станет хранительницей.

Она уходит, а я до последнего не могу поверить своим ушам. Ведь всего несколько минут назад она вместе со всеми тряслась от страха, не могла поверить в произошедшее. А теперь… Влияние Сердца Магии? Или какие-то личные заскоки?

Ох, этого мне еще не хватало! Даже думать не хочу.

К себе в комнату я вернулась спустя полчаса. Не скажу даже, где столько блуждала, сознание будто окутано туманом. Ноги не хотели нести к кровати. Я несколько раз останавливалась у окон, рассматривая зимнюю ночь, которая превратилась в сущий кошмар.

До кровати я добралась, когда алое марево на горизонте медленно растворилось, а не так далеко от образовавшегося в завесе разрыва начало подниматься солнце.

— Фрея! — Триша не спала, кинулась мне навстречу, стоило только толкнуть дверь. — Что там?

— Ну как тебе сказать. — С губ сорвался нервный смешок, и я поняла, что крыша начинает потихоньку ехать. — Если хотя бы одна из нас освоит четыре стихии до праздника Жарханы, то все прекрасно. Те, что не продвинутся в этом, скорее всего, умрут.

— Что? — Триссая Герей так и села.

— По крайней мере, так ректору сказал артефакт. Или как они там общались, — я взмахнула руками. — Я мало что поняла, честно. Но если не хочу сдохнуть от магии древнего кристалла, должна подчиняться его воле. Какое же безумие…

Подруга нашла в себе силы встать, шагнула ко мне и осторожно обняла:

— Все будет хорошо. Мама с папой найдут выход из ситуации. Подключатся к этому колдуны и чародейки из соседних государств. Вот увидишь, все наладится.

— Знаешь, если мне все же суждено умереть, до этого момента я хочу найти отца.

— Фрея, прекрати! — укорила меня она. — Чтобы я от тебя такого не слышала. Поняла?

— Угу, — я выпуталась из объятий и прошла к кровати.

Спать не хотелось. Но и силы мне понадобятся, ведь вряд ли мне скажут: «Не переживай, можешь сегодня тренировку пропустить».

— Рия?

Лисичка появилась моментально:

«Да, я тут. Знаю уже, я следила и параллельно слетала к твоей семье. Они еще ничего не знают».

— Спасибо, — я погладила ее по голове. — И что мне теперь делать, Рия?

«Сражаться, — моя хранительница подняла на меня темные глаза. — Ты сильная. Ты сможешь».

— Как думаешь, зачем Сердцу хранитель?

Рия только покачала головой:

«Я не знаю, Фрея. Меня еще не существовало, когда Пифия Альм создавала его. Я не знаю, почему этот артефакт живой и какие цели преследует. Я могу попробовать проникнуть в пещеры…»

— Нет. Это опасно, — я перебила ее. — Если защитные чары Сердца настолько сильны, что убивают сильных колдунов, то тебе я запрещаю к нему приближаться.

Триша все это время прислушивалась к моему монологу и мяла в руках край своего одеяла.

— Да и к тому же как ты себе это представляешь? Вряд ли артефакт после стольких сотен лет стазиса решит поговорить сам с собой, а тебе удастся подслушать. Я вообще сомневаюсь, что он может быть живым.

«Возможно все, — протянула Рия. — Хорошо, что тогда мне делать?»