Привилегия

— Я хочу поговорить с ним.

Ее кузен приподнял одну бровь.

— Он работает, а это значит, что тебе не следует находиться рядом с ним, Лючия. Я знаю, что почувствовал бы твой отец, узнав, что ты виделась с Джоном, пока он работал.

Расстроенная, Лючия схватила свою сумочку и встала.

— Спасибо ни за что.

— Эй, эй. — Андино встал из-за стола и протянул руку, чтобы схватить Лючию за запястье.

— Что? — спросила она резче, чем собиралась.

— Да что с тобой такое? — говорит он ей.

— Я хочу увидеть своего брата. Он не отвечает на мои телефонные звонки и никогда не приходит к нам домой, чтобы я могла поболтать с ним. Я подумала, что если приеду к тебе, то, возможно, увижу его здесь. Не удивлена, что ты не хочешь, чтобы я с ним пересекалась, ведь все, что делает семья — это в первую очередь заботится о бизнесе, верно?

Андино сверкнул глазами.

— Да, пожалуй, ты права.

— Мне очень жаль, Энди. Я знаю, что мне нельзя здесь находится. Мне не следовало приходить.

— Все в порядке, мелкая. Просто помалкивай со своим отцом, ладно?

Лючия кивнула.

— Я так и сделаю.

— Куда ты собираешься после этого?

— Я собиралась посидеть с дедушкой, пока бабушка будет выполнять кое-какие поручения.

Сесилия, ее бабушка, всегда чувствовала себя неловко, оставляя мужа одного, когда уходила из дома, по какой бы то ни было причине. Лючия не возражала посидеть с дедушкой. Это значит, что у него был кто-то, кто присматривал за ним, и с кем можно было поговорить. Энтони, ее дедушка, никогда не возражал против хорошей компании.

Андино кивнул.

— Ладно. Я позвоню Джону. Дам ему знать, где ты будешь.

Гнев Лючии улетучился.

— Спасибо.

— Без проблем.

***

— Уверена, что с вами все будет в порядке? — сказала Сесилия.

— Мы будем в полном порядке, — заверила Лючия бабушку. — Я уверена, что он попадет в свои обычные неприятности.

Сесилия рассмеялась, морщинки вокруг ее глаз стали глубже от радости.

— Хорошо.

— Не волнуйся, бабушка.

— В последнее время он очень устаёт, — спокойно объяснила Сесилия. — Я не могу помочь, но переживаю.

Лючия нахмурилась, опечаленная беспокойством бабушки о здоровье мужа. Энтони Марчелло всегда казался самым сильным, самым грозным человеком в их семье, но, по правде говоря, он не становился моложе. Острый язык и сильная душа не годятся для здорового тела.

— Просто езжай и займись своими делами, — сказала Лючия. — Со мной он будет в порядке. Я включу ему музыку, и он будет счастлив.

Сесилия улыбнулась.

— Хорошо. Спасибо, что приехала сегодня.

— Я всегда буду приезжать, бабушка.

Бабушка нежно погладила ее по щеке. Ладонь Сесилии напомнила Лючии, что ее бабушка тоже не была молодой.

— Наша прекрасная девочка, да?

Лючия легонько оттолкнула руку бабушки.


— Езжай. Ты зря теряешь время.

— Ухожу, ухожу.

Лючия закрыла входную дверь большого особняка Марчелло в тот момент, когда ее бабушка вышла в мраморный подъезд. Вернувшись в дом, она обнаружила дедушку, который сидел в гостиной в кожаном кресле, задрав ноги, со стаканом воды рядом и пультом дистанционного управления в руке, переключая телевизионные каналы.

— Она опять приставала к тебе? — интересуется Энтони скрипучим от старости голосом.

Лючия рассмеялась.

— Ничто не проходит мимо тебя, не так ли?

— Я только выгляжу старым, Лючия. Я тоже иногда это чувствую, но мой ум такой же, каким он был, когда мне было двадцать пять. Острый, быстрый и слишком умный для всех остальных.

— Это единственное, что имеет значение, дедушка.

Энтони высоко поднял обветренную руку.

— Они все слишком беспокоятся.

— Я знаю, что ты имеешь в виду. — Лючия посмотрела на воду, которую пил ее дед. — Ты же не подлил туда ничего такого, когда бабушка не смотрела, верно?

Энтони лукаво улыбнулся.

— Тебе не хотелось бы узнать?

— Не пей, дедушка.

— Ох, это всего лишь вода. Она даже вина мне больше не дает.

Лючия фальшиво надулась.

— Бедняга.

— Она слишком беспокоится, — со вздохом повторил Энтони. Он указал запястьем на диван рядом с креслом и добавил: — Садись, а то ноги устанут. Тогда мне придется выслушать, как твой отец говорит, что я не забочусь о тебе, пока ты нянчишься со мной.

— Я не нянчусь с тобой.

— Ты прямо сейчас этим занята.

Лючия покачала головой, понимая, что лучше не спорить с дедушкой. Энтони, независимо от его возраста, был слишком упрям, для его же блага. Этот человек подавится своими словами, прежде чем выплюнет, что он может в чем-то ошибаться.

Присаживаясь на диван, Лючия спросила:

— Чем ты хочешь сегодня заняться?

Энтони улыбнулся, протянул руку и взял младшую внучку за руку.

— Сиди со мной здесь и я буду наслаждаться днем с тобой, Лючия.

— Хорошо, дедушка. Мы можем это сделать.

— Прекрасно. — Энтони кивнул в сторону телевизора. — Сегодня у них настоящий криминальный марафон про мафию и Нью-Йоркские семьи.

Лючия не смогла бы сдержать смех, даже если бы попыталась.

— Серьезно?

— Да. Они также сделали шоу о моем приходе к власти в восьмидесятых и девяностых годах.

— Знаю, я смотрела его, когда мне было пятнадцать, — она призналась дедушке.

Именно так она узнала большую часть истории и наследия своей семьи в Коза Ностре.

Последующие беседы были скучными по сравнению с ее отцом, так как Люциан ничего не скрывал, когда Лючия обо всем спрашивала. Это был единственный раз, когда они говорили об этом.

— Все шоу ложь, — сказал Энтони.

Люсия задавалась вопросом об этом.

— Да?

Старые глаза Антония озорно блеснули.