Подлинное искупление

Я в отчаянии провёл зубами по верхней губе. Его одержимость моей сучкой зашла слишком далеко. И в одном я был уверен совершенно точно: ни к ней, ни Белле он больше никогда не приблизится. Я ни разу не видел, чтобы Мэй реагировала на что-нибудь так, как сейчас, когда увидела свою погибшую сестру, которая возникла у наших ворот, словно долбанный призрак. Я знал, что они с ней были очень близки, но черт! Она едва держалась на ногах.

Полагаю, я никогда не понимал, насколько они на самом деле были близки.

«Сегодня он умрет, — жестами сказал я. — Больному царствованию этого гандона сегодня ночью придет конец. Я сыт по горло его существованием. С меня, бл*дь, хватит.»

Кай открыл дверь в сарай и, толкнув Райдера в спину толстой подошвой своего тяжелого ботинка, швырнул его на окровавленный пол.

Взглянув на выражение лица Кая, я засомневался, что кому-нибудь из братьев сегодня вообще представится шанс добраться до этой крысы. Лиле сделали операцию, и теперь мой ВП с каждым днем погружался все глубже в непролазную тьму. Глядя, как его сучка снова мучается в этой гребаной больнице, ранее спокойный брат превратился в конченого демона. В чертова демона, одержимого одной местью.

В душе у Кайлера, мать его, Уиллиса накопилось столько боли, что смерть Райдера определенно войдёт в историю. Вик с каменным лицом придерживал нам дверь, пока мы всей толпой входили в сарай. Я давно постарался, чтобы в этом чертовом клубе предельно четко усвоили одну вещь: все приколы и тупые комментарии прекращаются в тот же момент, как только речь заходит о серьезных делах.

Именно поэтому мы и были безжалостны.

Когда дойдет до дела, мы вырежем всех ублюдков… а уже потом над ними посмеёмся… над их нашинкованными трупами.

Викинг закрыл дверь и запер ее на замок. АК включил голую лампочку, свисающую из центра деревянной крыши. Я протиснулся мимо Смайлера, Хаша и Ковбоя, обошёл Флейма, который уже ходил туда-сюда, держа наготове свои ножи, а в его мертвых глазах отражалась жажда крови.

Кай заковал Райдера в длинные цепи, закреплённые к полу сарая. И мой лучший друг не церемонился с предателями. Когда ему хотелось, он мог запросто ему вломить, а надевая на Райдера наручники, выворачивал ему руки. Я видел на лице Райдера боль, но ублюдок даже не поморщился. Он уткнулся глазами в пол, уставившись в никуда.

Тяжело дыша от пульсирующего в венах адреналина, Кай отступил назад.

— Что такое, крыса? Кто-то забрал твоего нового щенка? Плачешь из-за того, что твоя новая киска узнала о том, что ты — насильник?

Райдер поднял глаза. С невероятной злобой, на какую, как я думал, этот фанатик вообще не способен, он прошипел:

— Никогда так больше о ней не говори. Я вырву тебе язык.

Его голос был низким и грубым. Оказалось, что у перебежчика под этой пидорской туникой все же имелись стальные яйца.

Кай замер, а затем на его красивом лице заиграла холодная как лёд улыбка. ВП присел, оказавшись с Райдером лицом к лицу.

— Ах, что случилось, о, святой? Не нравится, что мы задеваем кого-то, кто тебе дорог? Говорим о ее сладкой, влажной пи*де?

Его улыбка улетучилась, и он наклонился к Райдеру так, что они почти соприкоснулись носами.

— Надо было думать об этом до того, как вы с твоим братом-педофилом сделали целью своей жизни забирать то, что принадлежит нам… снова, и снова, и, бл*дь, снова.

Щеки Райдера вспыхнули. Затем, когда я уж было подумал, что Кай отойдёт, он вдруг ударил Райдера лбом, и от голых деревянных стен сарая эхом отразился глухой звук. От удара голова Райдера откинулась назад. Но он быстро оправился и, сделав над собой усилие, снова сел.

— Похоже, у нас тут гребаный боец, парни! — крикнул Викинг, хрустнув костяшками пальцев.

Я почувствовал, как сгустилось повисшее в комнате напряжение.

Кай зловеще навис над сидящим на полу Райдером. Флейм ходил рядом, с каждой секундой все больше слетая с катушек. Я понял, что, если не вмешаюсь в это дерьмо, причём быстро, этот ублюдок уже никогда не расскажет за каким он здесь хреном. Эти бешеные питбули не дадут ему такой возможности — не то, чтобы урод этого не заслуживал. Но мне нужны были объяснения ситуации с Беллой.

Так что я бы, бл*дь, послушал.

Я ни на грамм не повёлся на то, что он здесь только ради того, чтобы вернуть Беллу. У этого ублюдка всегда имелись скрытые мотивы. Всегда был какой-то подвох. Куча чертовых планов.

Я двинулся вперед, братья расступились, и я застыл перед Райдером. Надо отдать ему должное, Райдер поднял глаза и ни на секунду не отводил от меня взгляда. Казалось, этот ублюдок даже не боялся. Видимо, мне придется что-то с этим сделать. Встряхнув руками, чтобы их расслабить, я головой дал Каю знак отойти. Кай свирепо уставился на меня. Он хотел разорвать этого ублюдка на части, кусок за куском.

Этого не произойдёт. Не сейчас.

Когда Кай понял, что я не собираюсь отступать, он поднял вверх средний палец и встал рядом с Хашем. Хаш взял Кая за плечо, чтобы его сдерживать. Взгляд Кая устремился на Райдера. Я знал, что достаточно одного его неверного слова, и мой ВП сорвётся.

Всё внимание Райдера было приковано ко мне. Я размял шею, а затем сказал жестами:

«Тебе лучше начать говорить. И побыстрее, мать твою. Потому что у меня тут стоят примерно одиннадцать причин, из-за которых ты захочешь объяснить всё это дерьмо… пока не стало слишком поздно, и я не решил тупо перерезать тебе глотку».

От моих слов у Райдера раздулись ноздри. Но он открыл рот. Я заметил у него на лице синяки. Это привлекло мое внимание. Кто-то меня опередил.

Счастливчик.

— Он собирается на вас напасть, — выпалил Райдер, и все братья замерли.

— Что? Кто собирается напасть? — спросил Тэнк и встал рядом со мной.

Кай не перевел ничего из того, что я сказал. Брат слишком на меня разозлился, поэтому Тэнк и вмешался. Я был рад. В сложных ситуациях бывший наци вел себя спокойно, как удав. Кай разваливался на части.

— Мой брат.

У меня волосы встали дыбом. Псих-педофил, близнец Райдера. Эта тварь была еще хуже, Райдера, если такое вообще возможно.

«Как, черт возьми, он собирается на нас напасть?», — жестами сказал я.


Тэнк перевел мой вопрос. Лицо Райдера стало белым как мел. Он обвёл взглядом всех братьев. Снова посмотрев на меня, он произнёс:

— Когда он забрал женщин — ваших женщин — это случилось не по моему приказу. Он сделал это, потому что считал, что должен исполнить предсказание Пророка, и ради спасения нашего народа жениться на окаянной.

Райдер покачал головой.

— Теперь я знаю, что всё это ложь.

Райдер опустил голову.

— Когда я тогда на мельнице отпустил ваших женщин, это разозлило не только Иуду, но и других старейшин.

Он посмотрел на меня в упор и добавил:

— Потом я взбесил их еще больше, когда меня попросили присутствовать на обряде Дани Господней. Я никогда в жизни на нем не был и не видел…

Слова Райдера заглушил дикий рев. Подняв голову, я увидел, что Флейм закипает. Захлёбываясь от ярости. У него на шее вздулись вены, а зажатые в руках ножи сотрясались от гнева.

Я встретился взглядом с АК. Кивнув головой, я дал знак бывшему снайперу сейчас же успокоить своего друга. АК подошел к Флейму и начал приводить его в чувства. Флейм закрыл глаза и зарычал:

— Это случилось с Мэдди. Это, бл*дь, случилось с моей Мэдди. Они её там мучили. Они, бл*дь, её мучили.

От его слов во мне закипела кровь, потому что при воспоминании об этом гребаном жутком ритуале меня тоже охватил гнев. Каждый раз, когда я видел шрамы у Мэй на внутренней стороне бедер, меня охватывало безумное желание убивать. Взглянув на Кая, который закрыл глаза, чтобы хоть как-то успокоиться, я понял, что мой ВП тоже близок к тому, чтобы устроить заднице Райдера ядерную войну.

— Я это запретил! — рявкнул Райдер, словно почуяв, что еще мгновение, и я прямо здесь сниму с него скальп. Лицо Райдера исказилось от боли. — До того дня я не верил, что такое на самом деле может твориться в Ордене.

«Мэй тебе об этом говорила, подонок. Она сказала мне, что говорила тебе об этом», — показал я жестами.

Райдер помрачнел, и отвернулся.

— Я ей не поверил. Подумал, она просто лжет, чтобы от нас освободиться… но теперь я знаю, что это была правда. Я собственными глазами видел это мерзкое дерьмо, — он судорожно втянул в себя воздух и закрыл глаза. — Видел, как мужчины насиловали детей, принуждали силой маленьких детей… поэтому я это остановил… Я забил до смерти какого-то мужика. Это было отвратительно. Я никогда… Я бы никогда не поверил, что мой народ творит подобные вещи.

Рядом со мной возник Викинг. Он присел и, встретившись глазами с Райдером, стал многозначительно поигрывать ножом, перекидывая его в руках туда-сюда.

— Итак, крыса-насильник, каковы же твои предпочтения? Тебе нравятся делать это с маленькими блондинками или неполовозрелыми брюнетками? Младше десяти лет или чуть старше?

Райдера затрясло от ярости.

— Нет, кретин! Я не трахаю детей! Я бы никогда так не поступил!

Викинг запрокинул голову.

— Ну, потому что только этим вы, ребята, там в своей коммуне и занимаетесь, так ведь? Дни и ночи напролёт насилуете детей, и все во имя “Господа”?

Райдер на мгновение закрыл глаза.

— Я не делал ничего подобного. Я говорю правду. Я никогда не занимался подобным дерьмом. Только сидел в полной изоляции, с каждым днем становясь все более никчемным лидером… Я не знал…

— М-м-м…Лучше тебе, мудила, мне не врать. Потому что, если и есть на свете что-нибудь, чего никто из нас, Палачей, не потерпит, так это “любители детишек”, — он приставил кончик ножа ко лбу Райдера и надавил на него так, что из-под лезвия вытекла капля крови. — Так что, если мы узнаем, что ты солгал — если я узнаю, что ты лжешь — то нехило оторвусь с твоим членом и этим ножом.

Вик улыбнулся.

— Мой дуг-психопат Флейм дал мне пару очень интересных советов. И черт, этот парень ненавидит педофилов даже больше, чем я.

— Они пришли за мной, — спешно проговорил Райдер. — После того, как я разнес зал, в котором они проводили ритуал Дани Господней, я его запретил, отменил этот обряд… Поэтому они пришли за мной. Мой собственный брат-близнец отвернулся от меня и занял мое место Пророка. Он и его охранники заперли меня в сраной камере, подальше ото всех, кто мог бы помочь. И последние несколько недель они ежедневно меня избивали, заставляя расплачиваться за то, что избавился от этого грязного ритуала. Мой собственный брат-близнец отвернулся от меня, потому что предпочел трахать детей.

Мы все уставились на него. И я, бл*дь, не имел ни малейшего понятия, врёт он или нет. Потому Райдер всегда только это и делал. Врал. Всё время, сука, врал.

— Я всю свою жизнь верил, что рождён для этого дерьма. Но недавно я узнал, как и почему была создана эта община… и все это не имело никакого отношения к религии. Так что теперь можно сказать, что я тоже грешник.

Я пристально смотрел на него, в ожидании, когда он продолжит.

— Иуда управлял общиной, притворяясь мной. Люди не заметили подмены. А теперь он готовится к войне. Он накручивает людей, говорит им, что грядет конец света, будто Бог явил ему, что это Армагеддон, — он втянул в себя воздух. — Они идут сюда. Иуда планирует напасть на Палачей, это случится очень скоро. И они идут с единственной целью: убить. Вас всех… и женщин тоже.

Я до боли стиснул зубы. Тэнк спросил Райдера:

— Твой брат все ещё закупает оружие у Клана?

От такой перемены в допросе Райдер нахмурился, но кивнул головой. Тэнк повернулся к Таннеру.

— Стволы. Та ох*енная партия оружия.

Таннер провел рукой по голове.