Подчиняться, чтобы править

– Чего этот напыщенный гоблин хотел? – спросил Ларэй, стоило нам подойти.

– Просил руки и сердца, – хмыкнула я.

Харвей подавился вином и выругался, из-за чего проходившие мимо лиры залились румянцем. На скулах Туана заиграли желваки, Ларэй и Стейн тоже радостью не светились.

– Вы знали, так ведь? – улыбнулась я парням. – Стейн, ты поэтому пришел на тренировку?

– Слушай, Наиса…

– Забудь, – остановила я Харвея. – Не хочу сейчас ничего знать. Давайте просто наслаждаться вечером.

Потому что скоро придется вернуться в суровую реальность. Нет. Потому что после бала все закончится. Я выложу все карты на стол и передам Туану свиток, дальше именно ему решать, как с ним поступить. Для меня, чужачки, уж слишком круто разрушать королевство или спасать его.

– Ты ведешь себя странно, – насторожился Ларэй.

– Нет. Я веду себя нормально, – не согласилась я с ним. – Веду себя как девушка, которая надела изумительно красивое платье и пришла в величественный дворец на самый настоящий бал в сопровождении великолепных кавалеров. И хочу веселиться. Давайте хотя бы сейчас забудем обо всем и просто насладимся вечером.

С каждым моим словом парни улыбались шире, и напряжение полностью исчезло.

– Отлично. Давайте веселиться! – громко провозгласил Харвей. – Но сначала…

Орк подмигнул и быстрым шагом направился к играющим на музыкальных инструментах слугам. Что-то им объяснил, жестикулируя руками, и вернулся к нам в тот момент, когда заиграл веселый живой мотивчик.

– И как под нее танцевать?

– Да ничего сложного, – отмахнулся орк и, легонько подталкивая меня в спину, повел на середину зала, где, к слову, сейчас никто не танцевал.

Я улыбнулась Харвею, он улыбнулся в ответ, взял меня за руку и покружил. После положил широкую ладонь мне на талию, а во второй сжал мою ладошку и завлек в танец. Два быстрых шажка – и поворот, шаг-полушаг-шаг – и поворот, и все настолько быстро и стремительно, что уже после первого круга закружилась голова. Харвей, несмотря на свои габариты, двигался легко, уверенно и виртуозно.

На втором круге, после шустрых шажков, он остановился, а я оказалась сбоку от него. Решила, что танец на этом закончился, но Харвей не поэтому прервался. Как оказалось, к танцу решили присоединиться другие адепты. С правой стороны меня за руку взял Туан и встал не лицом в центр, а спиной, с левой стороны от Харвея встала Алика и так же спиной в центр. Другие, поступали так же, причем парни чередовались с девушками. В итоге получилось три круга. Водить хороводы и выделывать довольно сложные шажки мне еще не доводилось.

Но было невероятно весело! После нескольких кругов мы разбились на пары, Туан встал ко мне со спины, взял за руки, приобняв, и повел по кругу танцующих пар. Шаг-полушаг-шаг, поворот, два быстрых шажка, поворот – и мы оказались лицом друг к другу.

Некромант убрал руку с моей талии в тот момент, когда к нам присоединились Яиль и Ларэй, образуя круг из двух пар.

Гости с любопытством наблюдали за нашими плясками, естественно, были и те, кто неодобрительно качал головой. В особенности, папочка Туана и советник Лайтас – такими темпами они мне дыру в голове просверлят. Не говоря уже о втором принце, который так же не сводил с меня изучающего взгляда. Но даже когда он присоединился к танцу и оказался со мной в паре во время смены партнеров, я продолжала улыбаться.

– А тебе весело, – хмыкнул он.

– Уверена, вы не знаете, каково это – танцевать такие шустрые танцы на высоких каблуках. Мои ноги жутко болят, – просветила я Ноэля. – Но даже это не портит настроение. В Бездну все, Ваше Высочество. Сегодня я буду веселиться как в последний раз. Но просто, чтобы вы знали: свою жизнь я без боя не отдам.

Выпалив все это на одном дыхании с улыбкой, я снова оказалась в руках Туана.

– Занятно, – недовольно забурчал Ариас. – Твой жених я, а счастливо улыбаешься ты ему?

– Это была просто улыбка, – ответила я совершеннейшую правду.

– Не улыбайся так другим, – приказ некроманта вызвал усмешку на моих губах.

– А что, ревнуешь?

– А что, нельзя? – усмехнулся он и хмуро добавил: – Я тебя предупредил.

На очередной смене партнеров Туан вывел меня из центра зала в тот момент, когда я снова должна была танцевать с Ноэлем. Так что вместо меня принцу досталась просиявшая от такой возможности Алика.

– Хочешь пить?

– Да. Я подожду тебя на веранде, здесь слишком душно.

Некоторое мгновение Туан помедлил, после кивнул и, выпустив мою ладонь, направился к столу с напитками и закусками. А я, выйдя на веранду, облокотилась о поручень и шумно втянула ночной прохладный воздух.

При взгляде на красивые цветы, утопающие в призрачном свете лун, перед моими глазами снова возникли воспоминания Наисы, увиденные во время разговора с Ноэллой и Дарием.

Вид из высоких окон библиотеки Дома Дирэйтов выходил на похожий сад. Родители Мэй были в отъезде, а слуги никогда не тревожили молодую госпожу, когда она занималась учебой, обложившись стопками книг.

В тот роковой день, после поступления в академию и перед возвращением в общежитие, молодая заклинательница решила призвать демона и подчинить, чтобы использовать его в борьбе с очагами Тьмы. Наиса надеялась таким образом показать другим, что не все заклинатели несут зло, что есть такие, как она, которые хотят мира и желают помочь защитить королевство от врагов.

Мэй великолепно управлялась с магией и была уверена, что без проблем сможет провести ритуал по призыву слуги. Однако что-то пошло не так. Высший демон явился на ее зов, но не подчинился воле заклинательницы. Он разорвал цепи пентаграмм и убил нескольких слуг прежде, чем Наисе удалось его уничтожить.

Алистер и Сорин вернулись раньше обещанного и в то же время слишком поздно, чтобы предотвратить беду.

В доме было слишком много остаточной магии после проведенного ритуала и боя. Алистер в тот же день отправил дочь в академию, наказав ей держать рот на замке, что бы ни случилось. И в тот же вечер на пороге Дома Дирэйтов появились солдаты во главе с отцом Туана.

Алистер и Сорин признались в том, чего не совершали. Взяли всю вину на себя, представ перед королем заклинателями, и были казнены за измену. Дом Дирэйтов пал, а Наиса возненавидела свой дар. Тогда и появился Элдар, навязав ей собственную правду. Наиса долгие годы продолжала сдерживать ярость, боролась с ненавистью к себе и другим. Но эти разрушающие душу чувства лишь копились внутри. Наиса бездействовала и позволяла принижать себя, считая, что заслужила гораздо худшую жизнь за убийство своих родителей.


Однако когда дядя рассказал ей о договоре, способном уничтожить тиранию тех, кто повинен в гибели обеих ее семей, злость и ненависть полностью ее поглотили. Тогда-то она и пришла к Ноэлле.



– Не похоже, что слезы вызваны радостью.

Я вздрогнула, обернувшись на голос. Милия с высоким бокалом в руке стояла в полумраке веранды.

– Я зевнула, – кисло ответила я, смахнув слезы.

Сестрица Туана усмехнулась, догадавшись об очевидной лжи, залпом осушила бокал и, оставив его на столике, подошла ко мне.

– Скажи мне, Наиса, браслет на твоей руке расцвел?

Это она про узоры?

– А ты разве не видишь?

– Ответ артефакта может увидеть только тот, кто надел его, и тот, на кого надели, – пожала она плечами.

Вот оно что.

– Раз так, тогда тебе знать необязательно.

– Что ты задумала, малышка? – прищурилась некромантка, постукивая ноготками по перилам. – Ты же не думаешь, что я поверила в твою любовь? Хотя, должна признать, твое представление достойно аплодисментов. Впервые кто-то назвал главу Дома Альтриол глупцом, да еще и на глазах у сливок общества.

Я решила благоразумно промолчать.

– Если надеешься, что братец займет место главы, а ты, в свою очередь, получишь власть, то ошибаешься. Он никогда не встанет во главе рода.

– Знаешь, что я сегодня поняла? – перевела я на нее усталый взгляд, проигнорировав алчные слова. – Ты и твой отец совершенно не знаете Туана. Вы все еще не поняли? Ему не нужен Альтриол, все, чего он хочет, это вырваться из его удушливых тисков, Милия. Но, думаю, и ты не получишь место главы. Твой отец слишком жаден.

– Не зарывайся, безродная, – озлобленно прошипела она, в глазах появился опасный голубой отблеск.

– О-о-о! Моя родословная тебя бы очень удивила, – едко заметила я.

Вернее, родословная Наисы.

– Милия!

На пороге веранды стоял Туан, предостерегающе смотря на сестру.

– Тебя ищет отец.

– Еще увидимся, – язвительно усмехнулась некромантка.

– Угу, – кивнула я, широко улыбнулась и добавила: – На свадьбе.

Естественно, Милия не могла уйти, не одарив меня уничтожающим взглядом.

– Тебя и на минуту оставить одну нельзя, – протянули мне пузырящийся напиток.

– Я их внимания не искала, – фыркнула я, принимая бокал.

И пока Туан тяжело вздыхал, я жадно выпила прохладный напиток почти до дна.

– Слишком много событий для одного вечера, – еле слышно пробормотала я, тоскливо взглянув на опустевший бокал.

Туан его забрал, оставил на столике, а мне передал свой.

– Устала?

– Со мной все в порядке, – заверила я его.

Я, конечно, устала, но в большей степени морально.

– Давай прогуляемся, – улыбнулась я Ариасу, оставила на бортике бокал и, взяв некроманта за руку, повела по каменной цветастой дорожке.

Цветы, окружающие беседку, дурманили сладкими запахами, приятный ветерок остужал разгоряченную кожу после ритмичных танцев, а звездное небо сегодня было особенно яркое.

И почему все не может быть проще? Без всех этих интриг и тайн. Будь у меня другое лицо, смогла бы я встретиться с Туаном? Смотрел бы он на меня так же, как сейчас? Надел бы на запястье обручальный браслет?

Этого мне никогда не узнать.