По колено в крови

Ныне же, глядя на мертвое тело великого князя эльфов, Колет понимала, что может алукард и шутил, но шутка стала реальностью.

– Завтра попытаемся вступить в бой и подстроим его смерть, – эльфийка, что уже некоторое время правила Великим Лесом от имени князя, махнула рукой в сторону трупа.

Вообще, разоблачение заговора телохранителей вышло случайным. Просто увидев труп на троне, Колет не сдержалась и оскорбилась, подумав, что так ей показывают ее место, а в ее лице и всем вампирам. Прощать такое было нельзя. И каково же было удивление вампирессы, когда она выяснила, что телохранители князя, уже некоторое время таким образом дурят всех вокруг, таская труп и изображая его привычную жизнь, да еще и командуя от его имени. Пришлось невольно стать частью этого заговора.

А еще Колет понимала, что вот именно сейчас она и должна сделать тот самый шаг, который отделяет хорошего исполнителя от обычного работяги. И если она не справится, то в ближайшие пару сотен лет ей придется восстанавливать репутацию, а не заниматься любимым делом и как можно эффективнее помогать тому, кто подарил ей новую жизнь.

– Я думаю, что спешить не стоит, – Колет подошла к трупу и стала разминать его лицо, пытаясь определить, насколько он успел испортиться и насколько ткани поменяли свою структуру за прошедшее время, – Мы вполне можем продолжать ваш спектакль.

– Мы? – удивилась эльфийка.

– Именно! – кивнула вампиресса, – Я в деле.

– Но зачем тебе это?

– Так другие эльфы все равно не поверят, что я не участвовала, – пожала плечами Колет, – А так хотя бы за дело накажут… если поймают.

– У тебя есть план? – сделал стойку эльфийка, увидев одухотворенное лицо собеседницы.

– Планом это назвать пока нельзя, но…, – Колет улыбнулась, – Идеи имеются.

– И?

– Для начала нам надо сделать его более живым, – вампиресса ткнула в щеку труп, – Просто махание руками никуда не годится. Правитель эльфов должен быть живой куклой, а не болванчиком, как сейчас.

– Невозможно. Он мертв уже кучу времени. Хорошо хоть магией остановили разложение.

– Вот магией мы его в живого и превратим. Он должен улыбаться…

– Князь никогда не улыбался, – быстро поправила вампирессу эльфийка.

– Значит скалиться, – отмахнулась Колет, – Главное эмоции, а изображать их будете вы. И надо научить его говорить.

– Невозможно, – закатила глаза эльфийка.

– Твое мнение по этому поводу я уже слышала.

– Сестра, нам убить эту амра? – тут же подала голос одна из охранниц и потянулась к оружию.

– Молчать! – заревела эльфийка, – Всем молчать, пока я разговариваю!

Колет лишь в очередной раз покачала головой, удивляясь порядкам, что царили в, по сути, самом элитном боевом подразделении Леса.

– Ты можешь сделать его живым? Как? – эльфийка, убедившись, что подчиненные ее услышали, вновь обратилась к вампирессе.

– Мы сделаем из него голема. Он даже говорить будет. И ходить сам будет.

– Это невозможно.

– Ты повторяешься, – рассмеялась Колет, наблюдая за выражением лица ушастой собеседницы, – А я могу сделать все, о чем сказала, но мне надо время.

– Времени нет.

– Значит, надо его создать. Делайте что хотите и врите что угодно, но три дня князя никто видеть не должен.

– Три дня…, – сомневающаяся эльфийка в поисках поддержки посмотрела на других вовлеченных в заговор эльфов, – Может…

– Три дня, – жестко отрезала Колет, – Вот тогда он все сможет.

– Что, даже магию творить? – эльфийка от удивления открыла рот.

Колет лишь покачала головой, коря себя за то, что забыла с кем разговаривает.

– Нет, магию он творить не сможет. И детей делать не сможет. А вот ходить, говорить и даже поддерживать разговор, этот мой голем сможет. Остальное же будет на нас.

– Нас?

– Ты все верно услышала, – кивнула Колет, – Я с вами до конца.



*****




– Формирование добровольческих полков идет по плану. Не последнюю роль в этом играют и озвученные условия службы, а также вознаграждение за нее. В некоторых городах полки уже укомплектованы. А желающие служить все еще имеются. Таковых причисляют к резервистам и обучают по очень сокращенной программе. Бюджет пока позволяет.

– Это я все знаю. Без тебя доложили, – Александр устало глянул на воеводу, – Переходи к главному. Что на юге?

– Полыхнуло знатно, экселенц. Будто спичку поднесли. Уже можно сказать, что южными провинциями бунты не ограничатся. Еще пара дней и полыхнет центр. Не весь и не массово, но очаги восстаний против вампиров будут везде.

– Заключение армейских аналитиков я тоже читал. С ним, кстати, не согласны жандармы. Олег утверждает, что на активные действия против нас решатся не более одного процента населения центральных районов. А один из ста это… их соседи удержат. Просто из страха.

– Все может быть, экселенц, – пожал плечами Леонид, – Но я предпочту считать, что восстания будут и в центре.

– Считай как хочешь, – махнул рукой Александр, – Главное, подавить мятеж до Нового года. Весной южане должны дружно выйти на поля и начать посевную.

– Армия уже работает над этим, экселенц.

– С человеческими подразделениями проблемы есть?

– Нет. Даже сомневающиеся офицеры выступили в поход. Следующая неделя будет решающей.

– Как ведут себя эльфы?

– Пока сказать сложно, – воевода почесал себе щеку, – Я их еще в бой не пускал.

– Чего так?

– Драконы должны стать неожиданностью.

– Тебе виднее, – пожал плечами Александр, – Какие результаты ждать через неделю?

– Рем, Гардинг, Торбин и Тифон будут наши. Также, на всякий случай, оккупирую Ур.

– Ур не трогай. Я пообещал им столько, что там договорятся без тебя.



*****



Прибывший в центральный лагерь Южной армии бывший кардинал Вестор был приятно удивлен приему который ему оказали офицеры. Максимум на что рассчитывал священник направляясь сюда, это вежливый нейтралитет, но был готов и к откровенной грубости. Все же статус перебежчика и недавнего врага должен был сказаться негативным образом. Но, нет.

Встретили бывшего кардинала с почетом и весьма уважительно.

Вестор, конечно, знал, что почти весь нынешний состав Синода, высшего руководящего органа Истинной Церкви, является перебежчиками из Светлой Церкви и понятное дело, что этот факт сыграл на его стороне, убрав часть возможного негатива. Офицеры не высказали предателю своего неуважения и не стали его гнобить молчаливым презрением. Вместо этого, Вестору показали и рассказали все.

Правда, другой причиной столь теплого приема могло быть нежелание армейский офицеров участвовать в подавлении восстания направленного против вампиров. Это Вестор тоже хорошо понимал. Как и причину своего назначения на столь деликатное дело. Впрочем, последнее от него даже не скрывали, прямо сообщив бывшему кардиналу, что он должен испачкать свои руки в крови доказав тем самым верность новой родине.

И вот Вестор прибыл на место, откуда он и начнет «доказывать верность». Запачкать руки они не боялся. Назад у него дороги не было в любом случае. Наместник не простит его, чтобы там не думали по этому поводу вампиры. Все пути отступления назад уничтожены. Теперь только успех в Элуре. Иного варианта развития событий Вестор не предполагал.

Черновой план будущей кампании был составлен вампирами заранее и священник даже успел с ним ознакомится, поразившись по ходу дела его продуманности и четкости. Вот только реальность всегда шла в противоречие с любыми планами и это Вестора немного беспокоило. Он просто не знал, как вампиры отнесутся к тому, что их исполнитель начнет своевольничать при подавлении мятежей. Но здесь священник был уверен в том, что сумеет доказать своим новым хозяевам, что поступал правильно, а не пытался саботировать дело.

Сразу после встречи, офицеры пригласили Вестора на торжественный банкет в его честь, но священник предпочел направиться в штаб, чтобы сразу же узнать текущую обстановку. Все же Южная армия не сидела все это время без дела, ожидая пока появится назначенный вампирами «палач», а активно действовала подавляя мятеж. Впрочем, в районах дислокации армейских частей выступлений против власти кровопийц практически не было. Так что и серьезных боев пока не случилось.

В течение следующего часа Вестор выслушивал рапорты штабных о том куда двигается и что делает каждое из подразделений Южной армии и все более и более понимал насколько правильное решение принял, оставив прежнюю жизнь и сбежав в Элур. Увиденное им во время этого доклада было потрясающим, грандиозным, феерическим... Еще никогда в своей жизни священник не встречал подобного уровня подготовки. И что хуже, даже не предполагал, что подобное возможно и уже существует в Элуре. А ведь бывший кардинал считал себя лучшим знатоком Элура, да и по факту являлся им. И ведь элурцы даже не скрывали работу своих армейских штабов и никогда не держали ее в секрете.

Сами офицеры тоже не видели в том что они делают ничего особенного, прямо говоря, что так было всегда еще со времен короля Карла.

Вестору оставалось лишь в восхищении кивать головой и поражаться тому как все вокруг слепы и не понимают насколько потрясающую работу они делают на самом деле. А еще священник осознал, что вне зависимости от того, насколько много или мало крови мятежников он прольет, Элур он не покинет и не предаст, по крайней мере до тех пор пока не научится составлять военные планы так же легко и просто как это делают окружающие его офицеры. Мужчина понял, что он нашел свое призвание.



*****



Посмотрев на задорно виляющих попками кудесниц, что только что скрасили его одиночество, а теперь удалялись обратно к себе домой, главный финансист Светлой Церкви кардинал Верзье, улыбнулся им на прощание и быстро надев рясу прямо на голое разгоряченное тело, прямо босиком прошел к себе в кабинет. Помощник, заместитель, доверенное лицо и правая рука кардинала, появился там спустя минуту.

– Как идет скупка долгов?

– Замечательно, преподобный. Лучше и не пожелаешь.

– Какие результаты мы уже имеем на этот час?

– Потрачено два миллиона золотых из особого фонда, – без задержки отчитался помощник, – Куплено долгов на сумму в девять с половиной миллионов.