Ответный визит

Но если сессия меня не волновала совершенно, то других поводов для переживаний хватало. Во-первых, я пообещала лорду Тиурре навестить вместе с ним его бабушку, которая моего жениха и вырастила. А что такое первый визит к родственникам для потенциальной невесты? Вот то-то же! А во-вторых, нам с Колином пришли приглашения на Зимний бал. Ален эйд Серкветт, мой лучший друг и жених моей лучшей подруги Тересы эйд Эсмей, был приглашён тоже. Естественно, невесту он собирался взять с собой. В результате мы с Терри жутко занервничали и засуетились. У неё это вообще был первый бал во дворце, а я просто хотела выглядеть хорошо. Можно было, конечно, положиться на вкус и знание моды портних в мастерской, где я шила амазонку, но хотелось чего-то большего. Так сказать, приобщиться и внести лепту. А времени оставалось всего полторы недели. И что делать?

Я легла с этой мыслью спать — и проснулась с идеей.

— Терри, мы идём в театр!

— В театр? Зачем?! — испуганно заморгала Терри. — Ты хочешь посмотреть представление?

— Нет! — торжественно произнесла я. — Мы идём за модами, поглядим, как одеты другие леди!

— Эль, какая ты умная!

Я шутливо раскланялась.

За завтраком я пристала к брату, полагая, что тот наверняка в курсе столичной светской жизни.

Колин осклабился:

— В балаган тебя надо, в балаган! Знаешь, когда ты издевалась над Тиром с этими тетрадками, я лежал и думал, как хорошо, что ты — моя сестра! А то вдруг бы женился?

Вот зараза! Пользуется тем, что мы в людном месте, где его ложкой по лбу за инсинуации не стукнешь! Хотя зачем ложкой? Нежно улыбнулась — и отвесила братцу воздушный подзатыльник Не ожидавший подлянки Колин чуть не клюнул носом в омлет. Посмотрел на меня укоризненно:

— Вот я и говорю — сестрища! Дождёшься, Тиру пожалуюсь!

Да сколько влезет! Но…

— Колин, я серьёзно! Хочу в лучший театр!

Естественно, именно эту реплику услышала проплывающая мимо с подносом Элвина. Скривилась: «Что за пиявка бесстыжая!» Мы переглянулись и зафыркали. Но оставить дело так я не могла. Дождавшись, пока бывшая соседка поравняется со столом, где сидели несколько девиц, шевельнула пальцем.

— Фифа! — прошептал ветер вслед.

Девицы, не понявшие, кто это сказал, захихикали. Элвина заозиралась. Угу, если я верно помню её характер, сейчас начнёт выяснять отношения. Ага, угадала!

— Эль, почему ты не хочешь, чтобы другие знали, что ты — моя сестра?

— Так ты же сам мечтал, чтоб от тебя девицы отлипли! Вот я и стараюсь! А если тебе кто-то понравится, сразу скажи. Если она понравится мне тоже, тогда откроем секрет.

— Что значит, понравится тебе тоже?

— То и значит. Ты умный, но наивный. Попадёшься подлюке вроде Элвины, и будет твоя длинная жизнь така-а-ая несча-а-а-стная… — протянула я. — Вот Терри — хорошая, но уже занята. Понял?

— Ладно, в вопросе выбора невесты положусь на тебя. Так зачем тебе театр? Своих песен и фокусов уже не хватает?

Не, слабо я его стукнула!

— Колин, мы с Терри должны сшить платья к балу. Но полагаться только на мнение портних не хотим. Поэтому прикинули, где собирается самая знатная публика, чтоб других посмотреть и себя показать, и решили сходить поглядеть кто во что одет.

— А просто последний модный журнал купить?

Если честно, я о таком и не подумала… Тем более что стоили подобные издания с раскрашенными гравюрами и вручную написанным текстом не меньше словаря ферейского.

— В общем, вам нужно в оперу! — подытожил Колин.

Отлично, в опере я ещё не была.



Опера называлась «Деменция». Я, недолго думая, решила, что это, наверное, имя главной героини. Но героиню звали не так. И вообще история была какая-то на диво запутанная. Зато все пели, причём я так и близко не умела. Особенно мне понравился голос бочкообразного дяденьки — глубокий, бархатистый.

— Это Антур, ему семнадцать лет, — шепнула мне на ухо Терри.

Я икнула. Ну да, в цирке, где я когда-то выступала, все тоже представлялись не теми, кем были на самом деле, честно самим собой оставался только крокодил Клементий, но чтоб до такой степени?!

Когда на сцену вышла юная бабушка, в забывчивость которой и упиралась вся история, я уже не удивилась. Это ничего, что внучка выглядит лет на двадцать старше, бывает… Зато интересно, что платья всех героинь короче, чем принято, так что видны туфельки и лодыжки в белых чулочках.

Сидели мы на балконе. За билеты в партер просили несуразно много денег, поэтому мы, переглянувшись, решили, что балкон — это даже хорошо, с него лучше видно. Ну да, причёски рассмотреть удалось отлично. Но за платьями пришлось отправляться в буфет, вокруг которого и фланировали лорды и леди с крошечными пирожными на малюсеньких блюдечках. Цена одного лакомства, между прочим, равнялась половине стоимости билета в партер. Были мы, к слову, под мороками. На всякий случай. Я уже так привыкла шифроваться и прятаться, что делала это по поводу и без повода, и, похоже, заразила и Тересу. Вообще, чем дальше, тем больше она мне нравилась — добрая и, в противоположность мне, очень спокойная. Ей я, кстати, давно открылась, что я — эйд Эрранд. Она сначала ахнула, а потом — удивительное дело — начала совершенно искренне за меня радоваться. Я попросила никому пока не говорить, и Терри сохранила секрет. Просто хихикала вместе со мной, глядя на Элвинины подколки и выверты.

— Смотри, талия в этом сезоне явно завышенная, — серьёзно произнесла Терри.

— Ага. И я совсем не вижу бантов, зато оборок — можно главное здание Академии по периметру три раза обмотать, — отозвалась я. — Но мне нравится покрой вот того, бежевого. Погляди на швы на спине. Они так сходятся к талии, что та кажется очень узкой.


— Да, действительно хорошо. А что думаешь насчёт вон того, лавандового? Ален говорит, что у меня красивые плечи, пойдёт мне такой вырез?

Я хихикнула:

— Ты — дебютантка, так что никаких вырезов! Это я уже отмучилась, могу надевать всё, что захочу.

— А король — страшный?

— Нет, очень любезный и немножко рассеянный. Так что не бойся. Ты уже выбрала фасон?

Терри вздохнула и уставилась на кружившийся перед нами цветной водоворот.

Во втором акте оперы я наконец узнала, что деменция — это вовсе не имя. Спас всех чудо-доктор, который вернул старушке память, и та сразу вспомнила о грехах молодости. Так-то и оказалось, что внучка и страдающий Антур, которые удачно выглядели ровесниками, вовсе не родственники, а потому могут пожениться. Закончилась опера дуэтом, который перешёл в многоголосье всех персонажей. Мне очень понравилось.

Когда мы уже спускались по лестнице к гардеробу, где оставили плащи, с нами попытались познакомиться два франтоватых кавалера.

— Прелестные леди! Куда вы так спешите? Не желаете прогуляться с нами?

Оглядела назойливых незнакомцев критическим взглядом. Сказать, что ли, честно, что завтра сдаём самооборону без оружия?

— Благодарим, лорды, но нет. У нас обеих уже есть женихи, — опередила меня Терри.

— А кто тут говорил о женитьбе? — хохотнул один из кавалеров.

Другой протянул:

— Какой жених, лапочка? Мы же видим, что вы одни!

— Что будем делать? — испуганно шепнула на ухо мне Терри.

— Проще простого, — хихикнула я. — Достаточно снять мороки с уллов, и эти типы сами убегут. Или… — недобро усмехнулась, — …можем отомстить за «лапочек». Дай мне пару минут!

Я справилась за полторы. Этого хватило, чтобы наложить иллюзию на приставал, превратив юных лордов в юных леди. Не зря я сегодня на платья с причёсками столько таращилась! Теперь оба хлыща выглядели симпатичными девицами, хорошо, но несколько фривольно одетыми. С декольте, думаю, я немного в запале перестаралась.

Округлила глаза:

— Ой, так вы на самом деле — леди? Ну, вы и шутницы… Но, извините, нам действительно пора! — подхватила под локоть нервно хихикающую Терри и потащила вниз по лестнице. Когда мы оглянулись, лорды ошарашено таращились друг на друга. Но вишенкой на пирожном стало, когда к новоиспечённым девам почти немедленно подлетела пара кавалеров:

— Милые леди, не желаете пройтись?

— Это кто тебе тут леди?! — раздался возмущённый баритон, переходящий в фальцет.

Мы прыснули, а потом хихикали всю дорогу домой. Вот так, пусть попробуют на своей шкуре, сколь приятно нежеланное внимание. Может быть, что-то поймут.

А к утру морок развеется сам.



На следующий день с утра мы заказали платья. Подумав, дружно решили, что раз это Зимний бал, то разумно выбрать тона из холодной гаммы. А то нарядишься в розовое — и окажешься белой вороной. Мне приглянулся бирюзовый тиснёный шёлк, а темноволосая Тереса остановилась на голубой тафте.

— Почему ты выбрала именно эту? — спросила я.

— Она точно в цвет глаз Алена, — порозовела Терри.

Странно, мы были одногодками, но я чувствовала себя старше. Может быть потому, что успела увидеть и пережить намного больше. Но хорошо, что есть те, которые могут любить и радоваться жизни вот так, без сомнений и без оглядки. Возможно, я тоже захочу однажды сшить синее платье в цвет глаз жениха, кто знает?



Из мастерской в Академию мы неслись галопом, потому что опаздывали на экзамен по рукопашному бою. А лорд Кордиш небрежения не терпел.

Прибежали последними, но за минуту до начала. Хотелось плюхнуться на пол и отдышаться, всё же зимой приходится, как и всем, носить плащ и тяжёлые сапоги на меху. А в них особо не побегаешь. Терри тоже выглядела помирающей голубицей.

Отдышаться мы не успели. Лорд Кордиш громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание.

— Итак, экзамен. Проходить он будет следующим образом. Видите большой белый круг на полу?

Ну да, действительно, есть такой. Начерчен мелом, локтей десять-двенадцать в диаметре.

Лорд Кордиш обвёл вытянувших шеи студентов ехидным взглядом и продолжил:

— Я пригласил на наш экзамен троих четверокурсников. Соответственно, они занимаются самообороной на год дольше вас. — И сделал паузу.

Студенты обеспокоенно запереглядывались. Мне преамбула тоже не особенно понравилась. К чему он ведёт?

— Итак, каждый из вас будет сражаться с противником со старшего курса. Нет, вы не обязаны победить. Достаточно продержаться три минуты. Если за это время вас не положат на лопатки и не вышибут из круга — экзамен сдан.