От одного Зайца
Часть 5 из 9 Информация о книге
– И мы прям партнеры, все делаем вместе и ты не откажешься работать вместе со мной? – упрямо повторила я. – Так же, как и ты не откажешься работать вместе со мной! Мы повязаны, – вновь повторил Заяц. – До гробовой доски! Заяц громко заржал. Ха! Это мы еще посмотрим! Я в ответ коварно усмехнулась. Он не знает, с кем связался. Ведь я кого угодно могу довести до белого каления… – Значит, смотри… Теоретические вопросы… Первый… Я дотошно разделила вопросы, вырвала из альбома лист, достала линейку и карандаш из пенала. – Сейчас я выпишу тебе, чем ты должен заняться в первые три дня… – А линейка с карандашом тебе зачем? – устало поинтересовался Заяц. – Как зачем? – сделала я невозмутимое лицо. – Сейчас разлиную строчки… Чтобы тебе понятнее и приятнее было читать… У меня, знаешь, такой неразборчивый почерк… – Мне и так понятно будет! И очень приятно! – испуганно отозвался Заяц. Кажется, со стороны я выгляжу как сумасшедшая. Но я этого и добиваюсь. – Ой, да брось! – хихикнула я. – Мне несложно! Все должно быть по правилам! Кому приятно читать поехавшие строчки? Этот риторический вопрос я задала в никуда. В пустоту. Тема не ответил. Хотя мог бы резонно отметить, что единственная здесь поехавшая – это не строчка, а я. Я специально долго и аккуратно разлиновывала лист, каждый раз отступая от предыдущей строчки сантиметр. Даже кончик языка высунула, так старалась. Один раз карандаш сорвался с линейки, тогда я полезла в пенал за ластиком… – Ты издеваешься? – простонал Заяц. – А что такого? – пожала я в ответ плечами. Разлиновав альбомный лист и аккуратно исписав его гелевой ручкой, я наконец протянула свое творчество Артему. – Пожалуйста, вот вопросы, которые ты должен проработать. И давай обменяемся номерами телефонов… – учительским тоном попросила я. – Мы всегда должны быть на связи! Тема продиктовал мне свой номер, я тут же набрала его. Сбросив вызов, парень нервно поинтересовался: – Теперь я наконец могу быть свободен? В душе я ликовала. Кажется, мне удалось вывести его из равновесия. Не он меня вывел, а я его! Так-то, Зайчик! Так-то! Тема уже удалялся из фойе, глядя в экран телефона, а я продолжала сидеть на подоконнике, довольно болтая ножками… Когда внезапно он обернулся и крикнул мне: – А как тебя зовут-то? Хотя, конечно, могу просто Ромашкиной записать… – Меня зовут Маргарита! – злобно пропыхтела я. Вот же козел велкопоповицкий, вывел опять! 1:1! * * * Домой я пришла в самом скверном расположении духа. Громко хлопнув дверью, я прошла в свою комнату и плюхнулась на кровать. Прямо в верхней одежде. – Куда, куда в пальто? – зашла следом за мной мама. Мамочка у нас переводчица с итальянского языка, работает непосредственно из дома. Поэтому они с Ромкой чаще всего в квартире торчат, когда брат не на тренировке, а мама не на маникюре. – Ты чего распласталась-то? – вновь спросила мама, не дождавшись от меня реакции. Я прикрыла глаза. – Ты веришь в энергетических вампиров? – простонала я. – Ну, это люди, после общения с которыми чувствуешь себя выжатым лимоном… – Я знаю, кто такие энергетические вампиры, – кивнула мама. – У меня таких целых двое: сидят по своим комнатам. Это она нас с Ромкой имеет в виду. – Очень смешно! – буркнула я. Мама присела на край кровати: – Ну, кто там тебя так сегодня вымотал? И сними ты верхнюю одежду, ради бога! Спасибо, что не в ботинках улеглась… Я послушно стянула пальто и вновь растянулась на кровати. – Сегодня раздавали темы итоговых проектов, над которыми нужно работать в паре… Так вот, мне достался в партнеры настоящий кретин! Кажется, я даже зубами от злости скрипнула. – За что ты так его? – удивилась мама. – Тупой как пробка… – Я для убедительности постучала о деревянную спинку кровати. – Хоккеист. Все хоккеисты непроходимые тупицы… – Вообще-то твой брат занимается хоккеем! – напомнила мама. – Так а я о чем? Мама укоризненно покачала головой. – Если этот мальчик, как ты выражаешься, пробка, у тебя есть отличный шанс проявить великодушие и подтянуть его по учебе! – Вот еще! – фыркнула я. – Меня от одной его рожи тошнит. – Маргарита! – строго проговорила мама. – Не этому я тебя учила! Я пожала плечами. Пожалуй, не буду посвящать маму в свои планы избавиться от зайчатины. А то начнет лекции читать. Мама поднялась с кровати. – Рит, у меня еще столько работы… и вебинар в семь вечера. Займешься ужином? Покорми наших мужчин. И хлеба, кстати, нет. Спустишься в магазин? Я простонала: – Ужин, так и быть, приготовлю. Ну а хлеб? Неужели Ромке сложно за ним сгонять? В нашей семье было принято, что за продуктами обычно ходили или мама, или брат. Мне таким некогда было заниматься. Приготовить – это еще можно. Это я умела и даже немного любила. Но почему я должна идти за хлебом… когда есть брат? Тем более Ромка после универа и тренировок все равно дома обычно торчит. А я это… энергетически истощена. Вот! – А Ромки дома нет! – развела руками мама. Я аж подскочила на кровати от неожиданности: – То есть как? – А вот так! Он уж пару недель как вечерами где-то пропадает. Какая-то новая компания у него… Вот как ты с братом общаешься! Ага, вот так я с братом и общаюсь… никак. – И что это за компания? – заинтересовалась я. – Я думала, может, ты мне подскажешь, – грустно проговорила мама. – Но смотрю, с тебя взятки гладки. Переживаю я за него, Рит. Вдруг компания эта плохая? Я гоготнула: – Мам, ну, ему же не пятнадцать лет… Что переживать? У него какая-никакая, хотя скорее всего никакая, голова на плечах есть! – Я так привыкла, что Ромка всегда дома… И все равно интересно, что там за ребята с ним… Рит… Мама замолчала. Понятно, что сейчас скажет. Раз-два-три… – Может, ты тихонечко попробуешь узнать, как там и что? Мама с детства подначивает нас с братом на «откровенные» разговоры, чтобы мы потом передавали всю полученную из первых уст информацию ей. Не знаю, было бы проще, если б она сама напрямую задавала нам свои вопросы. Но так ей, видимо, легче. А еще она очень расстраивается, что с возрастом мы с Ромкой практически перестаем общаться. А ведь раньше были неразлейвода. Оно и понятно: у нас совершенно разные образ жизни, интересы… Но мама не упускает возможности, чтобы попытаться нас сблизить. И если я могу как бы невзначай, как бы между делом расспросить Ромку обо всем, что интересует маму, то брат по отношению ко мне делает это чересчур наигранно. Или может зайти ко мне в комнату и без «здрасте» начать: «Маргарита, скажи мне одну вещь, тут мама интересуется…» В общем, совсем не заморачивается чувак. Я знала, что маме совершенно не о чем беспокоиться… Да Рома уже, можно сказать, взрослый мужик! – Попробую, куда я денусь! – успокоила я маму. Та просияла. Для нее мы всегда будем малышами, за которыми нужен глаз да глаз. Мне все-таки пришлось тащиться в магазин за продуктами и готовить к приходу «наших мужчин» гуляш. Отец – очень занятой человек, владелец небольшой типографии, обычно приходил домой около девяти вечера. Ужинали они всегда вдвоем с мамой на кухне под итоговый выпуск новостей. Ромка, когда был дома, ел в это время в своей комнате, за компом. А я… я так поздно не ем. Это вообще-то очень вредно – наедаться на ночь. Единственное время, когда мы все вместе сидели за столом, – это завтрак. Но с утра мы не вели задушевные беседы, не смеялись: «Ах, братишка, передай омлет! Всем продуктивного дня!» Сидели угрюмые, сонные, уткнувшись в свои тарелки. На часах уже было около двенадцати, когда я из своей комнаты услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине. Вообще я уже планировала лечь спать, но долг «понимающей» сестры не отпускал меня в царство Морфея. Я отложила учебник, на цыпочках пробралась в темный коридор, прислушалась. У родителей в комнате тишина – спят. А Ромка, предусмотрительно прикрыв за собой дверь, копошится на кухне. Ну что, голубчик! Сейчас мы выпытаем, где ты там по вечерам пропадаешь… Ромка стоял перед открытым холодильником, с задумчивым видом заглядывая в кастрюлю. – Салют! Может, тебе подогреть? – поприветствовала я брата. От неожиданности Рома чуть не выронил из рук кастрюлю с гуляшом, громко звякнув крышкой. – Тш-ш-ш! – испугалась я. – Родителей разбудишь! – Что ты шипишь! – также шепотом накинулся на меня брат. – Подкралась, как привидение! – Как женщина в белом? – уточнила я, указывая на свою нарядную светлую сорочку.