Остров Творцов

– Что-то еще? – спросила госпожа Фэро.

– Нет. Теперь всё, – мотнул он головой. – Мы продолжим работу. Приятного вам дня.

Гость встал с места и, кратко поклонившись, вышел из ресторана. Женщина проводила его взглядом, а потом принялась листать полученные документы, где были подробно расписаны все последние действия семьи Озаз. Ее внимание привлекло одно имя, не подходившее к этому списку.

– Неужели настало время? – прошептала она, посмотрев на реку. – Что ж, – женщина убрала прядь волос с плеча, отложила папку и, пододвинув к себе тарелку, отрезала кусочек сочного мяса, приготовленного на гриле, – тогда это повод подкрепиться перед тяжелым разговором и, возможно, длинным путешествием…



Снова в Карелии

В ресторане «Олония» оказалось немноголюдно, но несколько столов всё же были заняты довольно шумными маленькими компаниями, явно не местными. Первыми вошли Петр, Оничи и Рик. Джабари и Бранимир немного отстали. Египтянин достал сигарету из портсигара, украшенного драгоценными камнями, и закурил. Князев хотел было зайти в здание, но Джа остановил его.

– Не торопись, – сказал он. – Составь компанию.

Мужчина выпустил клуб дыма в сторону от Князева.

– Занятную историю она рассказала, да? – Озаз встретился взглядом с архитектором. – Хех, да, каюсь, подслушал. – Бран посерьезнел. – Но знаешь, что интересно? У Петра-то иная версия.

– У него не может быть своей версии, он ничего не помнит. – Голубые глаза Бранимира впились в лицо Озаза, силясь обнаружить истинные мотивы этого незнакомого человека.

– Может, с ее слов, конечно. Да и про шары она ему не рассказывала. Странно, да? – Джа помахал своей тетрадью перед Браном и ухмыльнулся. – Занятно, что ее история выглядит как по инструкции, описанной тут.

– Раз ты такой осведомленный, Джа, то что это за шары?

– Ты и впрямь любопытный, но, так и быть, расскажу, – он перешел на шепот. – Это своего рода сигнализация, защита от вторженцев.

– Почему же тогда не тронули ее?

– Всё просто, друг мой, не всем можно ступать на берег острова Творца. Лишь тому, кто сам Творец или несет его частицу. Шары атакуют недостойных с целью показать остальным, что среди них враг. Они раскрывают в человеке самые потаенные, скрытые темные стороны. – Джа замолк. – Кира умолчала о чем-то…

– О чем?

– Что-то произошло прежде, чем она затащила его в воду. Возможно, вернувшись, узнаем, – египтянин улыбнулся и затушил сигарету об урну. – Потому что, как только взойдет красная луна, он всё вспомнит. Так что ждать осталось недолго.

– Н-да, чувствую, я попал в очень странную компанию, – поджал губы Князев.

– Зато с нами не будет скучно, – развел руками Озаз и, развернувшись, вошел в ресторан.

Бранимир увидел приближающуюся Вереск. Она помахала ему рукой и широко улыбнулась.

– А чего ты тут один стоишь, скучаешь?

Кузьма спустился на землю и принялся обнюхивать архитектора, а затем забрался к нему на плечо. Вид у белки был триумфальный и очень довольный.

– Ого! Как ты его носишь? Он же тяжеленный! – воскликнул Князев.

– Тренировка, – улыбнулась девушка.

– Я решил тебя дождаться. Всё в порядке? Ты будто чем-то обеспокоена.

– Неужели так заметно? «Оскара» мне точно не видать, – подмигнула она ему. – Буду держать себя в руках.

– Джабари обмолвился, что подслушал твою историю про остров, и сказал, что у Петра другая версия.

– Разумеется, – кивнула Кира. – У Петра всегда своя версия на все события. Такой человек.

– Еще Джабари считает, что ты что-то утаила. Не то чтобы это мое дело, но я решил, что тебе лучше знать об этом. И да! Он сказал, что Петр всё вспомнит, как только взойдет красная луна.

– Знаю, – грустно ответила Вереск.

– М-м-м? – Князев откровенно удивился. – Откуда?

– Когда ему снились кошмары, он разговаривал во сне, иногда кричал о том, что ему нужно вернуться, чтобы всё вспомнить. – Девушка огляделась и посмотрела на небо. – Но вот небо действительно становится таким же, как четыре года назад. – Она убрала руки в карманы толстовки.

– Я сейчас себя почувствовал героем романа Стивена Кинга. – Бранимир погладил Кузьму и даже удивился, что тот ему это позволил.

– Главное, чтобы не героем сводок «Дежурной части», – она хмыкнула, и Князев улыбнулся ей в ответ. – Кузьма, марш в машину. Со зверями дальше не пустят.

Белка недовольно перекочевала на руки к Кире, и та отнесла ее к машине. Она так же обиженно расположилась на водительском сиденье.

– Кроме тебя, никто не сможет приглядеть за нашими вещами, – сказала Кира, погладив Кузьму. Он понимающе дернул ухом. – Всё. Теперь, Бран, пойдем есть! В этот раз мне попалась группа явно после голодовки!


– Погоди минутку, – остановился Князев, доставая из кармана телефон. – Я что-то никак не могу дозвониться до своего товарища. Не отвечает ни на эсэмэски, ни на звонки. Вдруг случилось что…

– Вы с ним прям друзья-друзья? – осторожно спросила девушка.

– Эм-м, почему ты спрашиваешь?

Кира молчала, не зная, что ответить.

– Хорошо, мы не друзья, он пытался меня подставить и украсть мои работы. Это путешествие было своеобразной попыткой наладить отношения и расставить все точки над «i». Ну так почему? Ты что-то знаешь?

– …Нет. Откуда?.. – соврала Кира.

– Ладно, попозже еще попробую. Домой ему звякну.

Тем временем компания выбрала место у окна и уже вовсю делала заказ. Петр посматривал в окно на свою бывшую жену и Брана, мило болтающих у машины.

– Ревнуешь? – с ухмылкой спросил Джабари, откладывая меню в сторону.

– Нисколько, – мотнул Русов головой. – Было бы к кому и было бы кого.

– Она же явно его бесит, – вставила слово Рисё. – Еле сдерживается. Иногда мне кажется, ты ее ударить хочешь, – обратилась она к Русову. – Кстати, за что? Как-никак женаты были.

– Да, были, – кивнул Петр. – Молодо-зелено, все делают ошибки. – И все-таки? – полюбопытствовал Озаз. – Она оказалась умнее тебя, и тебя это крайне беспокоило? Или, хм-м, – задумался на пару секунд египтянин, – или это было наваждение? Вся эта ваша любовь.

– Отличное слово, кстати, – закивал Русов, – наваждение. По-другому и не назовешь.

Все трое устремили на него любопытствующие взоры.

– Знаете, – Петр наклонился поближе и понизил голос, – после самой первой красной луны, одиннадцать лет назад, всё и началось. Уже начинаю думать, что всё произошло из-за того камня.

– Камня? – переспросил Озаз, достав из нагрудного кармана куртки блокнот, и пролистал почти до середины, словно ища там ответы.

– Да. Все начали орать, мол, вылезай, посмотри на луну, я вылез из палатки, пьяный был. Смотрю на спутник этот чертов, и вдруг с неба падает прямо под ноги черно-алый камень. Я к нему, как дурак к золоту, потянулся – и всё… погрузился в сон, точно младенец. Только Киру эту и видел всю ночь. А когда глаза открыл, ни о ком другом думать не мог. Поплелся на озеро ее искать и, будто больной, плавал, искал, ждал. Супермен чертов. Но вся эта любовь-морковь закончилась, когда я потерял камень четыре года назад. И хорошо, а то бы так и мучился. После того путешествия словно глаза открылись…

– Тебя использовали, значит, – улыбнулась Рисё, проведя кончиком языка по верхней губе. – Должно быть, неприятно.

– Всё это было предсказано, – цокнул языком Джабари, сделав отметку в блокноте. – Если бы не эта ваша интрижка, ее бы тут не было, и никто бы не привел нас к острову. Так что первомонада сама ведет нас к цели. Творит мир так, как надо.

– На ее беду. Ей это не на пользу, – засмеялась Рисё, хлопнув в ладоши.

– Ничего не понял, но если вас это радует, то ради бога, – примирительно поднял руки Петр.

– Конечно, радует! Влюбленная первомонада куда дороже простой первомонады.

– Не понял? – вскинул брови Русов.

– Если я тебе скажу, что этим двоим, – он кивнул на Киру и Брана, – суждено быть вместе, ты сильно расстроишься?

– Насколько я помню, этим двоим, – Петр указал пальцем на пару, – суждено умереть, и желательно вместе. Против этого я точно ничего не имею. – Он воткнул в стол отполированный ножик. – Она мне уже давно поперек горла.

– Нельзя быть таким злым. Это аукается, – снисходительно улыбнулся Джабари. – Всегда.

– Пф-ф, – фыркнул Русов, – я в это не верю.

– С удовольствием посмотрю, как ты обретешь эту веру чуть позже, – впервые за долгое время заговорил Рик.

Когда подошли Кира и Бран, они резко сменили тему. Оничи смерила Вереск недовольным взглядом, на что Джабари лишь ухмыльнулся.

– Ну, что скажешь, уважаемый проводник? – спросила Рисё, сделав глоток яблочного сока. – Быть сегодня краснолунию?

– Как ты правильно заметила, я проводник, а никак не Росгидромет, – снисходительно улыбнулась Кира.

– Что ж, я думаю, скорее быть, чем нет, – погладив себя по подбородку, сказал Джабари. – Небо не предсказывает ничего хорошего. Разве нет, Кира?

– Небо только показывает, – ответил за нее Бранимир. – Каждый трактует рисунки по-своему. А будет ли ожидаемое вами всеми краснолуние или нет, мы узнаем ближе к вечеру.

– И то верно, – ухмыльнулся Джа, отметив про себя что-то. – Давайте подкрепимся. Неизвестно, когда нам снова доведется поесть в цивилизованных условиях.

Обед мог бы пройти в тишине, но вдруг у Князева зазвонил телефон. Он извинился и, встав из-за стола, вышел в коридор. Под предлогом того, что ей необходимо в туалет, за ним тенью последовала Оничи, предварительно получив молчаливый одобрительный полу-кивок от Джабари. Бран не заметил, что она подслушивала его разговор, стоя у него за спиной.

– Андрюх, привет!

– Как ты там, Бран? У тебя всё в порядке? МЧС пока вызывать не надо? Далеко уже уехали? – веселился Андрей.

– Считай, только выехали. Всё отлично! Группа, конечно, странная, но гид у нас прекрасная…