Мой Блэк, моя Рэд

Натан засовывает руки в карманы своих штанов. Его костюм выглядит гораздо дороже тех, что я у него помню. По-видимому, он принарядился.

— Спасибо, Натан. Я ценю то, что ты пришел поддержать меня.

Он кивает.

— Хотя, должен признаться, я рад, что все почти закончилось. Сейчас, когда ты закончила с делом клуба Хитрая Лиса, ты вернешься к нормированным рабочим часам. Я скучаю по работе вместе.

— Что про клуб Хитрая лиса? — Джаред обращает свое внимание на Натана, пока его ассистент уводит прочь журналистскую братию. — Я Джаред Макенс. А вы?..

Натан протягивает руку.

— Натан Брентфорд. Мы с Талией вместе работаем в Трибьюн.

Раскачиваясь на пятках, Натан кивает:

— Она не рассказывала вам о том, как была стриптизершей…

Он прерывается, оставляя фразу подвешенной в воздухе, а Джаред поднимает брови и смотрит на меня с новым выражением в глазах.

— Правда? Стриптизерша, Наталия?

— Да, она называла себя Симона, — усмехнувшись, говорит Натан.

Я поднимаю руки вверх, не позволяя Натану и дальше дразниться этой лакомой новостью.

— Достаточно. Расскажи остальное.

Усмехнувшись, Натан продолжает, его глаза гордо светятся.

— В то время, пока Талия писала две книги для вашего издательства, она еще и работала под прикрытием в стрип-клубе, чтобы разорвать круговую поруку из торговли людьми.

— Ого, это довольно дерзко, — говорит Джаред с энтузиазмом, который совсем не касается его глаз. — Я рад, что все получилось, но еще больше я рад, что ничего не знал.

Я ухмыляюсь и объясняю Натану:

— Джаред сделает все, чтобы защитить инвестиции Издательского Дома Мидтауна. Попадись я тогда, он мог бы повставлять мне палки в колеса с и так уже сжатыми дедлайнами.

Натан хмурится в ответ на мою шутку, затем бросает взгляд на Джареда.

— Я рад, что все закончилось.

Нахмурив брови, Джаред сжимает мою руку.

— Я имел в виду, что мне не пришлось волноваться за твою безопасность.

Мой телефон вибрирует в клатче, спасая меня от необходимости отвечать. Я поднимаю глаза и вижу Кэс, стоящую в дверном проеме. Когда наши взгляды встречаются, я читаю по губам: «Туалет».

Я киваю и быстро извиняюсь перед парнями, а затем лавирую сквозь толпу, увернувшись от официанта, несущего блюдо с мини-эклерами, и чуть не врезавшись в светленькую официантку, держащую заставленный бокалами с вином поднос.

— Простите, — бормочу я девушке, которая с широко распахнутыми глазами пытается вернуть равновесие своему подносу.

Я с облегчением выдыхаю, делая шаг из дверей в тихий холл.

Кэс накладывает новый слой помады, когда я захожу в туалет.

— Ты выглядела так, будто тебя срочно надо было спасать, — говорит она моему отражению в длинном зеркале, а потом причмокивает губами, распределяя помаду.

Я вздыхаю и прислоняюсь к стойке, радуясь отсрочке. Последнее, о чем я хочу говорить, это как неловко себя чувствуешь, стоя между своим экс-бойфрендом, который все еще надеется на воссоединение, и другим парнем, который надеется, что я, в конце концов, отвечу согласием на его просьбы об обеде.

— Воздух вокруг меня сгустился, это точно. А как там дела с Клайвом?

— Очень даже, — Кэс пальцами проводит по волосам, растрепывая их у корней для большего объема. — Я позвала тебя сюда еще и поэтому. Я собираюсь пойти с ним в бар выпить после мероприятия, поэтому в номер я вернусь поздно.

— Не забывай, что у тебя вылет завтра в восемь утра.

— Не забуду. Почему, ты думаешь, я взяла свои камеры с собой? Это сэкономит мне время утром, — замолчав, она становится ко мне лицом. — Но ты все равно поставь будильник на половину шестого. Просто чтобы убедиться, что я проснулась.

— Половину шестого? Тебе не нужно вставать настолько рано.

— О нет, нужно. В этом случае у меня будет достаточно времени, чтобы отчитать тебя за то, что не сказала мне, кто твой телохранитель.

Когда я уже открываю свой рот, чтобы поспорить, она поднимает свою руку.


— Как бы я ни хотела поругать тебя за это, сейчас я не могу. Меня ждет Клайв. Он хочет представить меня нескольким писателям.

Я ухмыляюсь, скрещивая на груди руки.

— Похоже, ты нашла идеальный способ удовлетворить свои фанатские потребности.

— Как будто ты не ожидала, — смеясь, она подходит ближе, выражение ее лица становится серьезным. — У тебя точно все хорошо с этим мужчиной? У меня такое чувство, что он или по-настоящему обидел тебя или произошло что-то еще...

Я качаю головой.

— Это больше, чем «что-то еще». Он хороший человек, кристально честный и защищающий близких ему людей. Думаю, единственное, что можно ему вменить, это что мы с ним по-разному видим отношения.

Кэс касается жемчужины на моей груди, а потом встречается со мной глазами.

— Иногда сердце не понимает, как ему выразить то, чего оно на самом деле желает, Талия. Именно тогда поступки говорят громче слов.

Я еле уловимо улыбаюсь и скрещиваю наши пальцы.

— Когда это ты стала таким философом?

Она сжимает мой палец и усмехается.

— Что еще мне остается делать во время этих длинных перелетов, кроме как проходить тесты в кем-то оставленных журналах? Сейчас я нахрен могу проанализировать любого, — когда я смеюсь, она продолжает. — У тебя там два красавца, один добивается твоего внимания, а второй, похоже, его удерживает. Кто сказал, что тебе надо выбирать прямо сейчас? Сейчас все в твоих руках, а лично мне, например, нравится иметь варианты.

— Это говорит девушка, у которой однажды чувак вылезал из окна, пока второй стучался в дверь.

— Ну, это было один раз, — дуется она.

Потом Кэс обнимает меня и, уходя, тычет пальцем в мою сторону.

— И не забудь поставить будильник.

Я закатываю глаза.

— Я прослежу, чтобы ты проснулась вовремя. Повеселись с Клайвом.

Сделав свои дела, я вытираю руки полотенцем, когда слышу, что на мой телефон пришло еще одно сообщение.

Любопытствуя, с чего бы Кэс уже писать мне, я открываю смс-ку, выходя из туалета.



ЗанозаВЗаднице: Никогда больше не уходи, не поставив меня в известность.



Я притормаживаю, видя прислонившегося к стене Себастьяна, его руки скрещены на груди, и вид у него мрачный.

— Извини, не привыкла отчитываться о каждом своем перемещении, — говорю я, кидая телефон в сумочку и защелкивая ее. — Мне нужно было воспользоваться дамской комнатой.

Себастьян отталкивается от стены и, сердясь, подходит ко мне, вторгаясь в мое личное пространство.

— Почему ты не сказала мне о том, что в твою квартиру вломились?

Я делаю шаг назад и хмурюсь.

— Полиция уже обо всем позаботилась. Вопрос снят.

— Снят? — он недоверчиво смотрит на меня. — Этот взлом направлен лично на тебя. Неужели ты не понимаешь этого?

Я выпрямляюсь.

— Это даже не связано с письмами, которые приходят в издательский дом…

— Это уже мне решать, — перебивает меня он. — Как зовут офицера, с которым ты общалась?

Я сощуриваю глаза:

— А как ты узнал о взломе?

— Кэс только что сказала мне. Хорошо, что ты осталась в отеле на эту неделю. Я в любом случае настаивал бы на этом. Его имя, Наталия.

Наталия? Я отмечаю, что он назвал меня моим формальным именем, да еще и сделал на этом акцент. Или он передразнивает Джареда?

— Для вас мисс Лоун, мистер Блэк, — отвечаю я, а затем иду назад, в зал.