Модный салон Смерть мужьям

— Жду в машине. Всем до завтра. Кто дежурит? — спросила начальница.

— Я, — вздохнула Аня. — Все закрою, не переживай. А завтра первая приду. Хорошего вечера.

— Вам тоже.

Карина вышла на улицу, через пару минут Вика пробежала мимо нас с Анькой, помахав рукой на прощанье. Мы остались вдвоем в пустом зале.

— Да-а, — сказала я, садясь в свое кресло и беря со стола модный журнал с последними сплетнями нашего славного города. — Веселый вечер нам предстоит.

— Может, в кафе сходим? — предложила Аня.

— Ага, или в Макдоналдс, — съязвила ей в ответ, листая журнал. И тут мой взгляд остановился на статье о недавнем благотворительном вечере, где среди всех фотографий на меня крупным планом смотрел Александр Васильевич Соколовский собственной персоной. — М-мм, — я закрыла лицо журналом. — Никакой справедливости.

— Что там? — Анька подошла ко мне, а я ей показала страницу с фото мужчины. — Какой шикарный, — вздохнула Анька. — Я с таким даже в Сибирь поехала бы, как декабристка.

— Вот даже не думай, — пригрозила ей кулаком.

— Не начинай, — отмахнулась она и пошла убирать инструменты. — И так тошно, еще ты тут со своими претензиями.

Я еще раз взглянула на фото Соколовского. Ну, почему в жизни все так несправедливо? Почему я сижу в пустом зале, а кто-то ест в ресторане устриц. Да еще рядом с таким мужиком. И тут меня осенило:

— Слушай, — начала я, подходя к Аньке. — А давай сходим, хоть одним глазком посмотрим на него, — подружка стала, как вкопанная возле своего стола, и уставилась на меня.

— Это как?

— Как, как, каком кверху, — передразнила ее. — Он же с Ольгой в ресторан идет сегодня вечером?

— Ну, — Анька продолжала стоять, как истукан, и пялиться на меня.

— А мы пойдем туда тоже и краем глаза, хоть десять минут на него посмотрим. Как тебе идея?

— Давай, — приободрилась подружка. — А где они ужинают?

— Вот черт, — вздохнула, бросая журнал на стол. — Как-то я об этом не подумала, — побарабанила пальцами по спинке кресла. — Но он же за ней домой заедет?

— Вроде, — неуверенно сказала Аня.

— Значит, проследим от ее дома. Тем более, опыт слежки у нас уже есть. Сам Васильевич мне сегодня комплимент сделал за профессионализм, — я воспряла духом, так как моя идея обретала реальные черты, то есть возможность увидеть мужчину своей мечты сегодня еще разочек. — Во сколько он за ней заехать должен?

— Вроде в семь, — ответила Анька, и мы вдвоем посмотрели на часы, которые висели над входной дверью.

— Черт, пол часа осталось. Давай бегом собираться, а то опоздаем.

В этот вечер мы с подружкой побили все рекорды по сборам, закрытию салона, а также бега на длинные дистанции, так как Ольга жила относительно недалеко от места работы и на маршрутке вышло бы гораздо дольше, чем пешком. Запыхавшись, мы подбежали к ее дому, спрятавшись за углом. Анька выглянула первой.

— Приехал? — спросила ее, тяжело дыша. Надо заняться спортом, а то и бегать уже разучилась.

— Не-а, — подружка тоже тяжело дышала. — Не видно.

— Дай посмотрю, — я ее оттолкнула, и сама высунулась из-за угла. В этот момент с другой стороны двора заезжал Мерседес с тремя восьмерками в номере. — Успели, — сказала, снова прячась за угол дома. — Что делать будем?

— А хрен его знает, — пожала плечами Анька.

— Хрен может и знает, а вот мы — нет. План давай. А то за Мерседесом, боюсь, не угонимся.

Мы высунулись, теперь уже вдвоем из-за угла и наблюдали, как Соколовский с букетом бардовых роз вышел из машины и через несколько минут скрылся в Ольгином подъезде. Правда, не поставив свой Мерседес на сигнализацию. Видимо, не опасался реальных грабителей своей собственности.

— Вот гад, — сказала Анька, скорее всего, адресуя данное утверждению букету, точнее его пока еще владельцу.

— Согласна. И эта красотка сейчас будет цвести, как майская роза. А завтра еще и издеваться над нами, — и тут в мою голову пришла грандиозная идея, как незаметно проследить за этой парочкой. — А ну, за мной, — схватив Аньку за руку, я потащила ее с собой к машине.

Быстро осмотрелась по сторонам и, не обнаружив в пределах досягаемой близости ни одного живого существа, не считая двух рыжих котов на лавочке, открыла багажник и скомандовала:

— Бегом.

— Сдурела? — Анька сделала шаг назад — Я не полезу.

— Живо давай, а то спалимся сейчас.

— Я не могу, — закивала подружка головой.

— Ну, и не надо, — и я полезла в багажник. — Сама справлюсь без тебя.

— Подожди, — она подошла к машине, когда я уже хотела закрыть крышку. — Я с тобой, — и начала свое водворение, ударив меня локтем по голове, потом наступив на ногу, и в конце усевшись на правую руку.


— Аккуратнее, — ворчала я.

— Ой, извини, я не хотела.

— Конечно, не хотела, а то бы я тебя прибила под горячую руку.

Кое-как разместившись в небольшом пространстве, мы закрыли крышку багажника и примолкли.

— Неудобно-то как, — сказала шепотом Анька минуты через три.

— Терпи, красота требует жертв.

— По-моему, это из другой оперы.

— Я тебе сейчас балет устрою вместе с мюзиклом, если ты не заткнешься.

Анька в ответ засопела, но примолкла. И вовремя, потому что через минуту мы услышали, как открылась дверь в автомобиль и голос Соколовского:

— Прошу.

— Спасибо большое, — щебетала в ответ Ольга.

— Коза, — шепотом сказала Анька, а я тихонько на нее шикнула еще и двинула легонько в бок, правда коленкой, так как руками проделать такую манипуляцию не было никакой возможности.

Послышался звук закрываемой двери, а через пару секунд вторая дверь открылась, по всей видимости, это Александр Васильевич сел в автомобиль. Хлопок двери и звук мотора.

— Куда мы едем? — голос Ольги.

— В ресторан “Маркиза”. У нас же миссия, — смех Соколовского.

— Я и забыла уже о миссии. Но готова хоть на край света, если это надо, — небольшая пауза. — Для дела.

— Я ее точно завтра прибью, — зашептала я тихонько.

— И я, — поддержала меня Анька.

Машина тронулась, а нас начало трясти на каждой яме. Кто никогда не ездил в багажнике, еще и вдвоем, тот не поймет всех прелестей, которые нам довелось испытать. Я несколько раз билась головой о боковую стенку, при этом, задевая ногой бок Аньки, а она в то же время локтем заехала мне в левое бедро, еще и добавив ногой в район подбородка.

Соколовский включил радио, и мы больше не слышали, о чем они с Ольгой ворковали. Иногда до нас доносилось хихиканье нашей подруги. И все. Черты бы побрал все радиостанции вместе взятые.

Не знаю, сколько времени мы добирались до этой “Маркизы”, но намучались основательно. Наконец-то, машина остановилась. Соколовский заглушил мотор и выключил радио. Хлопнула дверца, потом какое-то шуршание, видимо Ольга поправляла макияж или прическу, после чего снова звук, теперь уже открываемой двери и голос Александра Васильевича:

— Прошу.

— Благодарю, — проворковала Ольга в ответ, после чего дверь захлопнулась.

— Кажись, пронесло, — сказала шепотом Анька.

— Ка…, - только хотела я ее перекривить, как услышала звук сигнализации. Знакомое “пик-пик”.

— Это еще что такое? — спросила подружка.

— Это апокалипсис, — вздохнула я. — Нам конец.

— Вот знала же, что твоя идея — дурацкая. Вечно иду у тебя на поводу. И что теперь делать? У меня уже все конечности затекли, лежать в такой позе. Я долго не выдержу, — начала Анька хныкать.

— Молчи уже, — шикнула на нее. — Без тебя тошно. Лучше думай, как нам выбраться отсюда, чтобы не спалиться. Хорошо еще, что у него кроссовер, а не седан.

— Это еще что за птица? — поинтересовалась Анька.

— Деревня, — махнула я рукой. — Журналы умные надо читать. Зажигалка есть?

— Откуда? — возмутилась Аня.

— Ну, хотя бы спички.

— Ты ж знаешь, что не курю. Кстати, а твои где?

— На столе забыла. Собирались быстро, вот я и оставила их.

— Подожди, — Анька начала копошиться. — У меня где-то фонарик валяется в сумке. Черт, ничего не видно.

— Поаккуратнее, — заворчала я, когда подружка в очередной раз ударила меня в живот коленкой. — Задолбала лягаться.