Миры за гранью. Тетралогия

				Я в это время решал, что делать дальше. Сначала необходимо было проверить состояние друга. И я занялся его данными.

				После того как я просмотрел показания Диагноста и увидел, что Лениавес полностью здоров, насколько это вообще возможно после полутора дней непрерывного сна и восстановления организма, я решил ответить на заданный им вопрос:

				— Не волнуйся, всё в порядке. Я всё расскажу, но сделаю это чуть позже, — и переключился на другую тему: — А пока тебе нужно поесть. Или ты не голоден? — полушутливо спросил я, хотя точно знал, что корнола должен сейчас мучить зверский голод. Это было заметно по анализу его менто-информационного поля и рекомендациям Диагноста.

				Видимо, напомнив ему о еде, я окончательно разбудил всё ещё не вышедший из состояния дрёмы его организм.

				— Было бы неплохо, — сглотнув слюну и непроизвольно потрогав забурчавший живот, ответил он и заинтересованно покосился на мой рюкзак, заметив при этом сложенную рядом с ним связку оружия.

				«Хорошо, хоть не очень понятно, что это», — подумал я и полез в рюкзак за нашим вяленым провиантом.

				— Только воды у меня нет, — предупредил я его, протягивая корнолу небольшую, тоненькую с виду пластинку, которой по идее должен был наесться взрослый человек, — так что ты особо не налегай, а то захочешь пить.

				И задумался: «Действительно, еды-то у меня не так и много осталось, максимум дней на пять, и то если экономить».

				Лениавес с трудом сел и опёрся спиной о стену. При этом он задумчиво осмотрел помещение, в котором мы находились. Но никаких вопросов пока задавать не стал.

				Пока он ел, я думал, как и что ему рассказать. Рассказывать придётся в любом случае, но как и что — стоило решить. И решать нужно было не сейчас, а лучше, если бы я это додумался сделать ещё вчера.

				Закончив с обедом, Лениавес вопросительно посмотрел на меня.

				— Так что же произошло? — спросил он. — И вообще, где мы находимся?

				Я взглянул на него, поворошил ногой кучку пыли и, представив руины, раскинувшиеся за стенами здания, ответил:

				— Мы в городе древних магов, о котором ты говорил, помнишь?

				Лениавес даже замер на пару мгновений и перестал оглядываться, а затем медленно развернулся ко мне и с расстановкой спросил:

				— Но как мы сюда попали? — И удивлённо добавил: — Последнее, что я помню, — это как на нас напали демоны.

				— Так это были демоны? — пробормотал я, вспомнив крысотварей с дерева.

				— И не из слабых, — добил он меня, видимо разобрав моё бормотание.

				— Ну, демоны так демоны, — сказал я на его пояснение. И начал петь свою песенку из разряда «шёл, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся, гипс». — Начался бой, ты убил нескольких демонов, я их, кстати, до этого крысами называл, очень уж у них морды похожие.

				— Есть немного, — согласился Лениавес. — Но ты не уходи от темы.

				— Да это так, к слову пришлось, — честно соврал я. — В общем, нескольких убил ты, потом тебя ранили в спину, ну а я добил остальных. — И, заметив его хитрое выражение лица, добавил: — Да не переживай ты, их было немного. — Однако, проследив за его скептическим взглядом, обращённым в угол комнаты, где было сложено оружие, захваченное у крыс, с упорством молодого идиота заверил: — Всё верно, их было немного. — И, уже не обращая внимания на всё больше увеличивающийся размер глаз корнола, продолжил: — Так вот, разобравшись с ними, я оказал тебе ту помощь, на какую был способен, собрал трофеи и, захватив своего раненого товарища, проследовал к краю ветви. Нашёл место, где к ней наиболее близко подходят лианы, и спустился по ним на одну из башен городской стены, а потом и на саму стену. Ну а с неё перебрался сюда. Вот, в общем, и всё. Добравшись сюда, я стал ждать, когда ты придёшь в себя.

				— И давно мы тут? — спросил Лениавес.

				— Где-то часов пять, — ответил я.

				— Тогда понятно, почему нас ещё не нашли, — как-то не очень понятно высказался он.

				— В смысле — не нашли? Кто? — решил я уточнить.

				— Хозяева города и те, кто должен был за нами последовать с деревьев, — ответил корнол и, внезапно взметнувшись, проговорил: — Так, может, они уже рядом и мы их просто не видим.

				— Нет, поблизости никого нет, — не успев подумать, ответил я, однако, заметив его вопросительный взгляд, объяснил: — Рыкун обследовал окрестности и сказал, что никого в городе и поблизости нет, а со стороны болота к нам не подобраться, там за нами городская стена. — И я указал себе за спину.

				— Понятно, — успокоился Лениавес. — Однако нам всё равно нужно продвигаться в глубь города, там у нас больше шансов укрыться от демонов, они для нас сейчас более опасны, чем мёртвые. Тем более в городе должна быть вода. Без неё мы долго не протянем.

				Корнол был прав, без воды нам долго не продержаться. Тем более я чётко чувствовал направление до ближайшего питьевого источника в городе.

				— Нам нужно туда, — махнул я рукой, немного отклоняясь от предположительного центра города, — вода там.

				Лениавес не стал комментировать мои слова, лишь пожав плечами, как бы говоря: «Мне всё равно, главное — не оставаться здесь».

				И мы начали собираться.

				Я сначала беспокоился, что корнол заметит мой сторожевой круг, но он его или не видел, или просто не подавал виду. Хотя заклинания, вложенные в камни, он чувствовал однозначно. Я даже видел, как он попытался исследовать их своим менто-информационным полем, создав из него некое подобие щупа. Такого я раньше не замечал и поэтому постарался запомнить всю процедуру его создания и использования. Могло пригодиться на будущее.

				Что удивительно, другие заклинания, которые также присутствовали в доме, он не заметил. Хотя они располагались практически у нас под носом.

				Когда корнол поднялся, то нащупал на себе повязки из змеиной кожи, которыми были перевязаны его раны.

				— Это что? — Он вопросительно посмотрел на меня.

				Хотя, по мне, ответ и так был очевиден.

				— Ты был ранен, я перевязал тебя тем, что у меня было, — ответил я.


				— Но это не ткань? — полуспросил-полуконстатировал он.

				— Это остатки шкуры змеи, другого материала, подходящего для перевязки, у меня не было, — пожал я плечами, укладывая в свой рюкзак вещи.

				Сейчас их стало немного меньше, все кинжалы я воткнул в стену башни, да и часть амуниции крыс, что раньше лежала в рюкзаке, теперь была надета на меня.

				— И сильно меня ранили? — как-то с подозрением спросил корнол, — видимо, он начал что-то вспоминать из последних мгновений боя.

				Понимая, что правду легко может раскрыть простое зеркало или любой лекарь, я объяснил:

				— В тебя попали две арбалетных стрелы. Одна пробила лёгкое, вторая попала в плечо.

				На несколько мгновений в комнате воцарилось молчание. Потом корнол шевельнулся.

				— И почему я всё ещё жив? — удивлённо спросил он, в недоверии помахав руками и стараясь нащупать раны под повязкой.

				— Ну, пришлось воспользоваться одним волшебным камешком, — сказал я и, будто что-то вспомнив, добавил: — Да, кстати, он всё ещё на тебе. Однако, как мне кажется, он тебе уже не очень-то и нужен.

				— Что за камень? — резко спросил Лениавес.

				Не поняв его такого беспокойства, я ответил:

				— Да не переживай ты так, я точно уверен, что ты уже полностью здоров, а небольшая слабость пройдёт через пару часов. А камень под повязкой. Давай сниму её, и сам всё увидишь. Не знаю, я нашёл его в лесу. По мне, он похож на какой-то лечебный артефакт. По крайней мере, мне так кажется, да и, судя по результату, я не ошибся.

				Подойдя к Лениавесу, я стал раскутывать его и снимать повязки.

				— Вот он, — протянул я ему на ладони значительно потухший и утративший свою энергию камень.

				«Нужно будет его подзарядить. Вроде энергия нужного типа есть в моём теле. — И я поискал в своём менто-информационном поле ярко-бирюзовые краски. — Ага, есть. Значит, вечером заряжу», — обрадовался я и посмотрел на корнола.

				А он стоял и в ступоре смотрел на меня.

				— Ты потратил на моё лечение целый камень жизни?

				Не знаю, что это значило, но, видимо, что-то жутко важное и ценное.

				— И что? — не понял я. — Ну, потратил, да в лесу таких сотни, если не тысячи. Походить, так можно ещё найти, если повезёт, конечно.

				Что его смутило в моих словах — непонятно, но он ещё раз посмотрел на меня и потом тихо произнёс:

				— Прости. И спасибо. Я твой должник.

				— Да. Сочтёмся как-нибудь, — махнул я рукой и продолжил паковать рюкзак, закинув туда и камень.

				Такого удивления на лице корнола видеть мне ещё не приходилось. Видно, моё отношение к этому камешку его изрядно поразило. Заметив это, я, немного подумав, решил поберечь его нервы, тем более и желания сильно выделяться на общем фоне у меня не было. Да и моё отношение к этим волшебным побрякушкам, похоже, слишком уж специфично для окружающих.

				Поэтому я вытащил камень жизни и фильтр из рюкзака и, аккуратно завернув их в пару тряпиц, положил в потайной карман брюк к остальным ценным предметам.

				«Такое богатство нужно беречь», — закралась запоздалая мысль мне в голову.

				Зато моё демонстративное поведение и забота о камнях, вернее, одном из них, о втором он ничего не знал, заметно успокоило Лениавеса, и он проговорил:

				— Теперь хоть понятно, почему я всё ещё на ногах. — И, усмехнувшись, подошёл и похлопал меня по плечу. — Ещё раз спасибо тебе.

				— Да, как я и говорил, сочтёмся, может, и ты мне жизнь спасешь… — И, помолчав, добавил: — Когда-нибудь. — И, улыбнувшись ему, я продолжил сборы: нужно было всё аккуратно уложить в рюкзак и ничего не забыть.

				«Что, интересно, за хомячья натура во мне проснулась?» — подумал я, аккуратно сворачивая и убирая в одно из отделений сумки повязки из кожи змеи.

				Кстати, что меня удивило, никакой крови на них не было, чего я несколько опасался.

				Тут мой взгляд наткнулся на бесхозно стоящий у входа лук одного из стрелков, что напали на нас, и я непроизвольно посмотрел на корнола. Он в этот момент разбирал своё оружие и пытался поместить в наспинный саадак свой лук. Видимо, почувствовав мой взгляд, он обернулся:

				— Что-то не так?

				— Да у меня тут завалялся неплохой бесхозный боевой лук с парой полезных свойств, и я вот подумал: возможно, он понравится тебе больше, чем тот, что у тебя есть сейчас.

				Увидев, что он собирается мне возразить, я подошёл к луку, взял его и протянул корнолу:

				— Возьми, посмотри его. Я не очень разбираюсь, но, по-моему, он зачарованный.

				Похоже, для Лениавеса сегодня день сюрпризов, такими большими глазами смотрел он то на лук, то на меня.

				— Ты понимаешь, что это очень ценное и дорогое оружие? — спросил он.