Миллиардер и девственница

— Он сказал, что готов измениться ради меня, и спросил, что для этого нужно. Он просил дать ему шанс, чтобы заставить меня изменить свое мнение о нем. Доказать, что все чувства были правдой. Только я больше не могла ему доверять, узнав всё это. Я чувствовала себя преданной. Особенно после того, как эти ужасные люди пытались заставить меня снять топ для шоу, — Марджори вздрогнула, — а после выяснить, что он был их боссом…

— Хм… — сказала Агнес. — Это так интересно. Но ты читаешь бульварные газетенки, дорогая? Я нахожу, что у них самые лучшие кроссворды.

Марджори улыбнулась.

— Да?

— Угу, а еще фотографии голых мужчин в Голливуде. Я всего лишь человек, — улыбаясь, сказала Агнес, нахально подмигнув Марджори. Напевая себе под нос, женщина прошла на кухню и найдя стопку журналов, принялась их перебирать. — Я почти уверена, что у меня есть кое-что, что ты захочешь увидеть.

— Я действительно не читаю бульварную прессу, — ответила ей Марджори.

Вернувшись с острова, девушка просмотрела несколько из газет и журналов, сгорая от любопытства по поводу жизни Роба. Но то, что она увидела, было ужасно. Фотографии, на которых он развлекается на яхте в Ибице с моделями Victoria's Secret. Слухи об оргиях и наркотиках. Его сексуальные похождения. После этого с прессой было покончено и Марджори не хотела больше ничего знать.

«Все это дерьмо — фальшивка», — сказал ей Роб. Но так ли это было?..

Поверить в публичного Роба было гораздо легче, чем в того мужчину, которого Марджори встретила на острове. Видя расстроенный вид девушки Агнес, погрозила ей пальцем и продолжила листать журнал.

— Я обещаю тебе, что ты захочешь увидеть это. Ах, вот и мы! — Женщина раскрыла журнал на нужной странице и протянула его Марджори. — Прочитай это.

Первое, что увидела Марджори — великолепная фотография Роба в деловом костюме, с телефоном возле уха. Мужчина смотрел на нее прямо с глянцевой страницы. Марджори ничего не могла с собой поделать, и у нее перехватило дыхание, и девушка слишком долго смотрела на снимок. Роб выглядел так хорошо. Загорелый, гладковыбритый, красивый, с расстегнутым воротничком, без галстука. Темные очки закрывали его глаза, и Марджори пожалела, что не может их увидеть.

На фотографии рядом с Робом был изображен какой-то шейх, и девушка нахмурилась. Какое отношение эти двое имеют друг к другу? Затем она впервые прочитала ярко-желтый заголовок.

«Миллиардер плейбой продает канал «Мэн» и все его дочерние предприятия саудовскому принцу в миллиардной сделке!»

Под ним так же располагался заголовок:

«И ОТДАЕТ ВСЕ ДЕНЬГИ НА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ!»

Глаза Марджори расширились. Она взяла журнал и принялась лихорадочно читать текст на странице:

«Ничто в тридцатидвухлетнем красавце-миллиардере Роберте Кэнноне никогда не было предсказуемым, за исключением его любви к вечеринкам. Но похоже, миллиардер, любитель скандала начинает новую жизнь. По сообщениям, поступающим из залов заседаний, Кэннон продал невероятно прибыльный канал «Мэн» и его дочерние предприятия могущественному саудовскому миллиардеру за более чем миллиард долларов. Когда его спросили, почему Роб уходит из кабельной индустрии, сам владелец предпочел остаться негласным, но один из источников говорит, что несмотря на отличные рейтинги, Кэннон был недоволен самим бизнесом. Кто-то открыл ему глаза, и ему не понравилось то, что он увидел. Всё очень загадочно.

Наш секретный источник поведал, что все полученные деньги с продажи канала, Роберт Кэннон пожертвовал до последнего цента женскому фонду. Всё верно — каждый доллар от продажи канала «Мэн» теперь пойдет на помощь пострадавшим женщинам и жертвам насилия.

Мы пытались связаться с представителями Кэннона, но и те не столь разговорчивы. Может быть, в этой увлекательной истории есть еще один аспект, о котором мы еще не знаем? Если есть, мы получим настоящую сенсацию!»

— О, мой бог! — прошептала Марджори. Девушка проморгалась, а затем приступила читать статью снова.

— Странно, что ты ничего об этом не слышала, Мардж. Ты что, никогда не гуглишь бывших парней?

Девушка покачала головой.

— Нет! Ну, по возвращению я так и сделала. И то, что я увидела, мне не понравилось.

Агнес постучала длинным костлявым пальцем по фотографии Роба.

— Можешь считать меня сумасшедшей, но я думаю, что этот внезапный всплеск милосердия как-то связан с тобой.

Марджори не знала, что и думать. Почему Роб ничего ей не сказал? Девушка просто смотрела и смотрела на статью.

Роб продал свою сеть. Он не оставил себе ни доллара. Теперь он был на мели… и всё благодаря ей. О, боже… Желудок Марджори скрутило от тошноты. Что, если Роб сейчас злится на нее, потому что думает, что она вынудила его? У нее закружилась голова.

— Почему бы тебе не взять этот журнал с собой, милая Мардж? Это даст тебе время прочитать его позже.

Там было не больше двух абзацев, но Марджори кивнула и прижала журнал к груди.



***



В тот вечер Марджори ужасно играла в бинго. Девушка пообещала Агнес поехать с ней, но на самом деле ей просто хотелось остаться дома и смотреть на эту глянцевую статью, а еще погуглить про Роба и эту внезапную продажу его бизнеса. Узнать больше подробностей, почему Роб всё это сделал и как он поживает сейчас, не имея в кармане ни цента.

Марджори становилось дурно при одной только мысли о том, что кто-то может пожертвовать миллиард долларов только для того, чтобы доставить ей удовольствие. Конечно, это хорошее дело, но это была неслыханная сумма денег. Совершенно огорчительная сумма.

Поэтому Марджори попыталась поиграть в бинго и поболтать с друзьями, но ничего не получалось. Девушка пропустила половину номеров, потому что постоянно гуглила Роба, пытаясь найти о нем информацию. В конце концов Марджори отдала Агнес свой лотерейный билет, чтобы могла сосредоточиться на своем телефоне. Как назло, ее билет принес тысячу долларов джекпота, и Мардж настояла на том, чтобы Агнес забрала их.

В последнее время эта женщина была для нее невероятным другом, и деньги не имели никакого значения.

— Купи Дьюи билет, чтобы он навестил тебя, — настояла Марджори, и улыбка Агнес осветила зал по игре в бинго.


Наконец вечер подошел к концу, и Марджори с Агнес расстались. Девушка поднялась на лифте еще на несколько этажей в свою новую квартиру. Внутри было совершенно тихо — даже ее шумные соседи не издавали ни звука. Марджори закрыла дверь, запирая на все замки, на цепочку, а после подтащила к ней свой маленький комод. Жизнь в одиночестве в Нью-Йорке не позволяла ей чувствовать себя в полной безопасности. Затем девушка сбросила туфли на высоких каблуках, подошла к шкафу, потянула вниз кровать, и плюхнулась на нее, собираясь снова пролистать журнал Агнес.

Всего два абзаца. Марджори не понимала. Богатый, красивый миллиардер продал свой бизнес, акции — и этому было посвящено всего лишь два абзаца? Это просто смешно. Марджори снова и снова листала журнал в поисках новой информации. Девушка просматривала сайты в интернете, но вся информация и сплетни были гораздо старше трех месяцев. Казалось, что люди Роба — если они у него еще оставались — были в недосягаемости для прессы, и ничего не просачивалось в СМИ, кроме сенсации в маленьких двух абзацах о продаже канала.

Где же Роб?

Что же он делает?

И почему он продал свой бизнес?

Почему Марджори могла узнать больше подробностей о его вечеринках на Ибице, чем о том, что он делал со своими деньгами?

Когда все ее поиски оказались безрезультатными, она осторожно вытащила глянцевую страницу из журнала и снова, и снова смотрела на фотографию Роба. Девушка приклеила ее рядом с кроватью, как делала в детстве с поп-идолами, а потом плакала, пока не заснула, глядя на его фотографию.



Глава 24



Через неделю Марджори уже доставляла коробку с книгами «Государь» Николлы Макиавелли в ближайший дом престарелых, в ожидании нового мероприятия книжного клуба Бронте. Марджори отдала коробку и свернула на улицу, но заметила, как знакомая шевелюра исчезла за углом.

У Марджори перехватило дыхание. Не может быть. Прижимая к себе сумочку, девушка прошла по улице и выглянула из-за угла… как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина исчез за очередным углом.

Вот же! Девушка посмотрела на свои туфли — пятидюймовые фиолетовые «Miu Miu». Она никогда не догонит мужчину в этой обуви. Будь проклята ее любовь к восхитительной обуви! Девушка схватила одну туфлю, и стащила ее с ноги, затем другую, и бросила их в свою сумку через плечо, затем побежала по улице вслед за мужчиной.

Ей нужны были ответы.

Мужчина шел впереди нее, его темная макушка проплывала над потоком идущих людей, рубашка была бледно-бежевого цвета. Краем глаза Марджори следила за ним, пока он шел по одной улице, а потом по другой. Это всего лишь незнакомец, напомнила Марджори себе. Это просто человек, который был похож на Роба. Так и должно быть.

Но когда девушка наконец догнала его, тяжело дыша от быстрого бега, то собравшись с духом, протянула руку и похлопала мужчину по плечу.

И к ее удивлению… Роб обернулся.

Он выглядел таким же удивленным, увидев ее.

— Марджори? — Он взглянул на перекресток и отошел в сторону, машинально утягивая девушку за собой. Они направились под навес ближайшего магазина. — Что ты здесь делаешь?

— Я увидела тебя… — выдохнула она. — Я увидела тебя.

Марджори не могла перестать смотреть на мужчину перед собой. Боже милостивый, он был так хорош собой. Его волосы выглядели чуть короче, подбородок чисто выбрит. Его зеленые глаза блестели, ресницы такие густые, и мужчина выглядел восхитительно в этой рубашке с напуском на джинсы и расстегнутым воротом. Он выглядел так же хорошо, как Марджори помнила, и был чертовски аппетитным в ее воспоминаниях.

Роб потер затылок и немного смутился:

— Ты не должна была меня увидеть.

— Но ты забыл, какая я высокая на каблуках, — напомнила она ему. Роб засмеялся и посмотрел на ее босые ноги, а Марджори пошевелила пальцами.

— Я… хм… сняла их, чтобы побежать. Хотела убедиться, не ты ли это.

— Ну, это чертовски неловко, — протянул роб.

Так оно и было? Сердце Марджори немного дрогнуло от этих слов.

— Что ты делаешь здесь, в Нью-Йорке?

Роб долго смотрел на девушку, прежде чем ответить.

— Преследую тебя.

— Ч-что? — Марджори не могла поверить своим ушам. — Преследуешь меня? — Так значит это был он все те разы, когда она думала, что заметила его? — Почему ты преследуешь меня?

— На самом деле я не совсем преследую, — пояснил Роб, оглядываясь и понижая голос. — Только не жутким, незаконным способом. Я просто чертовски скучаю по тебе и подумал, может быть, если время от времени я буду видеть тебя издалека, не будет так больно. Но это не помогает.

Марджори уставилась на мужчину.

— Скажи что-нибудь?.. — прошептал он.

— Я… Я даже не знаю, что сказать, Роб.

Мужчина был здесь, наблюдал за ней? Ему было больно? Значит ли это, что он скучает по ней по-настоящему? Или Роб просто злился на нее, что всё так обернулось? В течение нескольких дней… нет, недель… Марджори думала, что скажет ему, если когда-нибудь увидит его снова. Теперь он был вот прямо здесь, перед ней, в нескольких дюймах от нее, а в голове не было ни единой мысли.

Просто совершенно, совершенно пусто.

Выражение лица Робы было немного разочарованным. Его губы сжались в узкую полоску.