Миллиардер и девственница

Роб прижал большой палец к одной стороне ее лона, раздвигая нежные складки и открывая для себя больше вида. Маленький клитор был набухшим, и Роб наклонился и дразняще лизнул его.

Тело Марджори дернулось, а затем она начала извиваться. Девушка схватилась за одеяло и потянула его к себе.

— О-о-о…

— Тебе нравится?

— Мне кажется, что это слишком… — простонала она.

— Ничего подобного. — Роб наклонился и снова лизнул ее клитор языком. Сладкий вкус заполнил его рот, а аромат сводил с ума. Роб никогда не сможет насытиться этой девушкой. Мужчина обхватил губами клитор, посасывая его, проводя языком по ее нежным складкам, собирая всю влагу, которую мог найти. Его язык скользил вверх и вниз, и Роб интенсивней ласкал ее, когда девушка становилась слишком молчаливой. Ему нравилось, как Марджори издавала эти тихие стоны удивления и удовольствия, впервые испытывая оральный секс. Роб хотел свести ее с ума, поэтому сделал всё возможное, чтобы держать ее на грани. Он снова лизнул между влажных складок, а затем начал кружить языком вокруг ее клитора.

Марджори застонала и принялась покачивать бедрами, требуя еще и еще.

И черт возьми, это было круто!

— Я чертовски люблю третью базу, — прошептал он, обжигая горячим дыханием ее плоть.

Марджори застонала в знак согласия, и Роб снова провел языком по ее клитору. Но мужчина хотел от нее большего. Хотел, чтобы она кончила ему на лицо, как он и говорил. Поэтому Роб приподнял ее бедра немного выше, и его язык нашел вход в лоно. Девушка была такой чувствительной и влажной от желания, и он скользнул языком в ее плоть.

Марджори вскрикнула.

— О боже!

Вот это уже больше похоже на правду. Роб снова лизнул ее языком, погружая его в узкое лоно, как он хотел сделать со своим членом. Марджори застонала и снова прижалась к нему, и мужчина услышал, как ее дыхание участилось, а ее тихие стоны превратились в протяжное «о-о-о» и Роб понял, что девушка снова была близка к оргазму. Его член дернулся в ответ, и ему пришлось прервать ласку, иначе бы совершенно потерял контроль над собой. Марджори сводила его с ума. Скользнув языком между складок, Роб чуть отстранился, поднимаясь поцелуями вверх по внутренней стороне бедра, пытаясь думать о самых несексуальных вещах, которые могли бы убить его неистовый стояк еще на какое-то время.

Поэтому Роб подумал о Марджори с большими фальшивыми буферами шестого размера, с ужасными сосками, странной формы. И на удивление это сработало. Робу многое нравилось в девушках: широкие или узкие бедра, большая или маленькая попка, но он был очень разборчив в сиськах, и ему нравилась натуральная грудь. Содрогнувшись от этой мысли, мужчина прижался еще одним поцелуем к ее клитору.

— Тебе нравится мой рот на тебе, любимая?

Марджори застонала, и одна рука легла ему на затылок, прижимая его обратно и молча приказывая вернуться к делу.

Роб усмехнулся.

— Я расцениваю это как «да». Мужчина еще раз лизнул ее клитор, а затем снова погрузил свой язык глубоко в лоно, и Марджори прогнулась в спине и громко застонала, приближаясь еще к одному оргазму. И Роб позволит ей кончить.

Лоно Марджори стало таким влажным. Роб ласкал ее языком ощущая этот сладкий нектар. Мужчина оторвался от ее чувствительной плоти и поцеловал внутреннюю сторону бедра.

— Обхвати меня ногами покрепче, — проговорил Роб и Марджори выполнила его просьбу. Идеально!

Мужчина снова погрузил свой язык в ее лоно, и как только он это сделал, одна рука Роба потянулась к ее клитору, начиная дразнить его в такт движениям языка.

Марджори слегка взвизгнула, и ее бедра дернулись навстречу ему.

— О боже! О-о-о! — ее плоть терлась о его лицо, и девушка практически вплотную прижималась к нему и это было так горячо. Бедра Роба прижимались к кровати, пока мужчина продолжал ласкать Марджори, а его большой палец терся о ее клитор, когда он работал с ней языком, и Марджори стонала и выкрикивала его имя, снова и снова. Девушка покачивала бедрами, пока ее движения не стали настолько требовательными и быстрыми — ее тело дрожала, а голос срывался на крик.

Марджори снова кончила, и девушка так сильно сжала его голову между своих ног, а ее соки сочились из лона по его языку. Роб смаковал этот вкус, а его большой палец всё еще продолжал массировать набухший и чувствительный клитор, стараясь сделать этот оргазм вечным. Боже, она была сексуальна. Сексуальная и отзывчивая, и всё это, черт возьми, принадлежало ему.

И всё еще девственница, но ненадолго. Его член был более чем готов пройти последнюю базу.

Роб неохотно оторвал лицо от ее горячей, сладкой плоти. Его губы и подбородок были влажными от ее соков, и Роб потянул свою рубашку, вытирая лицо. Ноги Марджори свесились с кровати, и девушка лежала на спине, ошеломленная, уставившись в потолок.

Роб усмехнулся:

— Как ты, милая?

— Это уже второй раз, — пробормотала Марджори мечтательно. — Мои ноги похожи на лапшу, но я чувствую себя так… так хорошо.

— Достаточно хорошо, чтобы исследовать последнюю базу?

Девушка лениво села на кровати и облизала губы.

— Но, Роб, мы не сделали для тебя ни одной базы.

О, черт. Его член так сильно заныл от этих слов.

— Я знаю, любимая. Мы доберемся до меня как-нибудь в другой раз. Сегодняшний вечер посвящен тебе и твоей девственности. Ты уверена, что хочешь отдать ее мне? Ты не обидишь меня, если передумаешь.

— Я уверена, — мягко сказала она ему, ее глаза сияли.

Если Марджори хочет двигаться вперед, то пути назад уже нет. Но в этот момент и Робу не хотелось поворачивать назад. Он хотел засунуть свой член в ее мягкое, влажное тепло и наслаждаться тем, какой она была узкой. Ему хотелось погрузиться в нее, почувствовать ее всю вокруг себя, увидеть, как ее глаза расширяются от удовольствия, когда он ласкает ее изнутри.

Так что да, он был эгоистичным ублюдком, но именно этого Марджори и хотела, верно? Поэтому Роб быстро поцеловал девушку в последний раз и встал с кровати, направляясь в ванную, чтобы снять одежду и найти презерватив. Разорвав упаковку, Роб раскатал презерватив по своей ноющей длине, затем вернулся в комнату к Марджори.


Она сидела на кровати и смотрела на него с нетерпением в глазах. Ее волосы были спутаны вокруг лица, но это только делало ее еще красивее в его глазах. Роб вернулся к кровати, опустил Марджори на спину и снова начал целовать ее, а коленом раздвинул ее ноги. Девушка поцеловала его в ответ, сначала нерешительно, потом с нарастающим волнением, пока их поцелуй не стал обжигающим и страстным. Когда Марджори издала тихий стон, Роб просунул руку между ними и погладил пальцами влажные, бархатистые лепестки.

— Ты готова, милая?

— Готова, — выдохнула Марджори ему в губы. — Я твоя, Роб.

— Я знаю, — пробормотал он, скользя пальцами по клитору, и погружая два пальца в ее лоно. Марджори застонала и прогнулась в спине, а стоило мужчине выскользнуть пальцами, как девушка приподняла бедра, поэтому Роб вновь вошел в нее, но уже тремя пальцами, пытаясь подготовить девушку для своего члена. Марджори прильнула к губам мужчине, целуя его снова и снова.

Роб больше не мог тянуть. Его член ныл от желания, а лоно Марджори так страстно сжималось вокруг его пальцев, и девушка в его объятиях задыхалась от желания. Роб навалился на Марджори всем своим весом, а потом уперся руками в кровать. Мужчина широко раздвинул ее длинные ноги, а затем прижался бедрами, пока член не уперся в ее лоно.

Глаза Марджори расширились.

— О. Такое чувство…

— Хорошо? — Роб взял свой член в одну руку и потер головкой вверх и вниз по ее влажным складкам, смазывая его этой влагой. — Ты готова принять меня?

Марджори кивнула, и ее руки легли на его шею, а выражение ее лица было абсолютно доверчивым.

Когда его член стал достаточно влажным, Роб еще шире раздвинул ноги Марджори, а затем направил свою длину к ее лону. Прижавшись головкой члена, Роб снова посмотрел на нее.

— Всё хорошо?

Она прикусила губу.

— Чувствую, что ты очень большой.

— Так оно и есть, — прошептал он. — Но ты сможешь принять меня в себя и это будет так хорошо, что ни один из нас не сможет этого вынести.

— Я готова, — сказала она мягким голосом.

Поэтому Роб начал медленно проникать в нее. Марджори всё еще была слишком узкой, несмотря на его попытки подготовить ее, чтобы она приняла его член. Ее лоно было влажным, но всё равно таким тугим. Роб медленно ввел головку в ее лоно. Это было настоящей пыткой. Еще более медленно, он проникал в нее своей длиной, пока не оказался примерно на полпути, и девушка застонала под ним.

— Больно, — прошептала она.

Роб тоже находился в сильной агонии. Его член безумно болел, но мужчина заставил себя подарить Марджори еще один успокаивающий поцелуй, пока она снова не расслабилась, а затем начал медленно входить в нее, с каждым разом всё глубже и глубже.

Марджори застонала и Роб продолжил целовать и шептать нежные слова в ее уста, отвлекая, пытаясь полностью погрузиться в ее лоно. Оно сжимало его, точно перчатка, и это было так чертовски приятно, что сводило Роба с ума от желания.

А потом, после всего, что казалось вечностью, он оказался внутри. Роб вошел в Марджори на всю длину, почти касаясь яйцами ее кожи. Мужчина остановился на мгновение, наслаждаясь этим ощущением. Затем он слегка двинул бедрами и посмотрел на молчаливую девушку, лежащую под ним.

— Как ты себя чувствуешь?

Марджори тяжело дышала, но паническое выражение исчезло с ее лица. Вместо этого она выглядела задумчивой.

— Ты очень большой, — призналась Марджори. — Но это такое потрясающее чувство. И я ожидала, что будет больнее.

— Ты очень влажная, и я был очень осторожен, — сказал он ей, затем наклонился, чтобы погладить одну из ее красивых грудей. — Дай мне знать, когда будешь готова к тому, что я начну двигаться.

— Давай, — сказала она ему. — Я готова. — И она даже слегка его подбодрила.

Слава гребаному Богу! Эта медлительность по-прежнему убивала его. Глядя на девушку сверху вниз, Роб осторожно двигал бедрами — очень медленно. Ее плоть сжалась вокруг него члена, и была невероятно тугой. Это было удивительно для него, но судя по реакции Марджори, того же сказать о ней было нельзя. Роб продолжал играть с ее грудью, лаская ее и двигая бедрами входя и выходя из ее лона.

— Всё еще больно?

Марджори покачала головой:

— Сначала так и было, но теперь всё прошло. Я просто чувствую, какой он большой… и вроде всё хорошо.

Роб усмехнулся:

— Только «вроде»? — Его эго едва могло это выдержать. — Не возражаешь, если я прибавлю темп?

— Будь моим гостем, — сказала она, а затем хихикнула от двусмысленности своей фразы. — Будь моим гостем для моей киски, — Марджори попыталась пошутить в его пошлой манере.

Роб рассмеялся от ее сказанных слов. И ему нравилось смотреть на ее прекрасное и счастливое лицо. Только Марджори могла хихикать, пока он был по самые яйца внутри нее. И это было так чертовски прекрасно, что Роб ничего не мог с собой поделать. И когда он начал новые движения, то не был столь нежным и медленным — был грубым и жестким, как будто хотел быть только в ней.

Глаза Марджори расширились, и смех стих. Она еще крепче прижалась к нему.

— Больно? — спросил он.

Но девушка покачала головой, моргая.

— Нет, но это так глубоко во мне…

Это ему нравилось. Роб теребил пальцем ее сладкий маленький сосок и дразнил его, пока снова входил в нее.