Ловушка для властного Босса

– Как интересно. Почему няня Марии вынуждена обслуживать вас за столом, как будто это такая большая проблема – налить себе чаю? Для меня никогда не было проблемой самому сварить себе кофе, если секретарь была занята либо отсутствовала. Как видишь, это не повлияло на мой стремительный карьерный рост, и руки не отсохли. Сегодняшний день тебе придется вычесть из оклада Камиллы и оплатить Валерии. Не будем забывать, кто навел здесь порядок с утра… на который твоя гуру семейного очага и явилась, как на все готовое.

Алевтина опешила – но быстро взяла себя в руки. Промокнула губы и улыбнулась, по очереди – сыну, Маше, явно недовольной таким поворотом Жене.

Дмитрий переглянулся с Машей. В его глазах появились озорные искорки. Дождавшись кивка дочери и того момента, когда Алевтина перестала тяжело дышать от возмущения, встал и галантно отодвинул стул.

– Валерия, вы практически член семьи, поэтому я прошу вас присоединиться к нам за столом. Торт действительно вкусный, впрочем, если мои подозрения насчет его изготовителя верны – у них других и не бывает. А Евгения теперь поухаживает а вами, верно?

Ни разу за все время, как я находилась здесь, Дмитрий за меня не заступился. Наоборот, всем своим видом демонстрировал, что его мало волнуют мои проблемы. Даже когда я озвучивала их ему в лицо. Мне казалось, он намеренно со мной играет, заставляет испытывать страх, ставит в ситуации, которые и без того должны расшатать нервы… А сейчас, когда я уже была готова решить, что все происходящее – это специально спланированная им акция, чтобы сделать меня послушнее и спустить с небес на землю, он не просто защитил меня. Он при этом поставил на место и свою надменную мать, и хабалистую гостью, которая явно пришла сюда не чай пить.

Глаза Алевтины кричали: не смей, я превращу твою жизнь в ад. На лице Евгении было поистине бесценное выражение: этакой микс из ненависти, унижения, презрения, решимости и обещания расправы. Я оценила опасность по максимально высокой шкале… и с торжествующей улыбкой, которую даже не сочла нужной скрывать, прошествовала к предложенному месту. На лице Машки появился восторг, и я ей улыбнулась. Это хорошо, что ребёнка так радует справедливость в любом ее проявлении.

Руки незваной гостьи дрожали. Когда она, чтобы сохранить лицо, перегибалась через стол и наполняла мою чашку чаем. Но при этом мне достался буквально залп из ее серых глаз. Единственное, о чем жалела эта сук, это о том, что у нее не было яда. Ну, я и сама, наверное об этом жалела.

– Дмитрий, я слышала, у вас есть коллекция сигар, – якобы потеряв ко мне интерес, проворковала Женя. – Я бы хотела посмотреть, в вы возражаете? Мой отец любил их коллекционировать тоже.

– Да? И что же он предпочитал? – явно забавляясь топорным флиртом, спросил Дмитрий.

Евгения смутилась.

– Я не сильна в таких вещах… гаванские были… и еще эти… ох, плохая идея… я просто сейчас вспомнила, как он катал меня на своей шее… запах табака… пока мама не увезла меня от него навсегда…

А блондинка ой как не проста и далеко не дура. Поняла, что сейчас ее поймают на очередной лжи, как с тортом, и съехала в беспроигрышную тему.

– Ох, бедное дитя, – манерно прижала руку к груди Алевтина, – и вы его больше не видели?

– Нет, – Женя взяла салфетку и сделала вид, что стирает набежавшую слезу, – никогда… я раз нашла его в «твиттере», но он не ответил… это так больно…

– Значит, вы знаете, что это такое, тетя Женя? – вдруг с несвойственной ей горячностью проговорила Маша. – Но вы не стесняетесь приходить сюда с намерением разрушить семью, как когда-то разрушили вашу?

Я едва не поперхнулась чаем. Женя побагровела и посмотрела на малышку испепеляющим взглядом… но его почему-то заметила только я.

– Кто тебе такое сказал? – сразу встряла Алевтина. – Валерия?

Да, конечно же, понять такое ребенок неполных семи лет не мог. Как и видеть все, что происходит вокруг. Виновато глобальное потепление, падение фондов, товарищ Сталин и Валерия Богатова. И никак иначе.

– Мария, – предупреждающе проговорил Дмитрий.

– А я не ребенок, папа! Я все понимаю! Бабушка хочет, чтобы у меня была мачеха!

– Машунь, это все не так, – попыталась сгладить обстановку я. – Тетя Женя пришла в гости, это жест вежливости у соседей, так принято…

Но девочка не стала меня слушать. Вскочила и побежала прочь. Я собиралась рвануть следом, но Дмитрий, отбросив салфетку в сторону, удержал меня на месте, придерживая руку, и покачал головой. Затем, не сказав никому ни слова, торопливо вышел следом за дочерью.

А я осталась в компании двух змей. Перекрестный обстрел их взглядов сейчас был нужен меньше всего, но меня ему подвергли. Затем Алевтина, кивнув гостье, улыбнулась.

– Все будет хорошо. Моя внучка разбалована бывшей невесткой. Но Димочка найдет к ней верный подход. А пока что – не выпить ли нам мартини в гостиной? Думаю, это будет отличным лекарствам.

– С удовольствием, – Евгения расправила плечи и поправила стянутую платьем грудь.

– А Валерия тем временем уберет со стола. Надеюсь, это не составит труда? – холодно кивнула Алевтина. – Пойдемте, Женечка.

Да, это не составило труда. Но все же посуду я демонстративно сгрузила в посудомоечную машину – теперь в доме есть, кому ее мыть. Это на меня не повесят.

Я уже заканчивала складывать скатерть, когда чей-то пронзительный взгляд заставил меня обернуться. Я перепутала его с Димкиным. По телу прошла сладостная волна, и когда я оборачивалась, на моих губах играла улыбка.

Ей бы погаснуть, наткнувшись на Женьку, но я не спасовала. Продолжала улыбаться – отнюдь не мило, даже как-то торжественно.

– Ну что? – блондинка поправила обтянутые красной синтетикой буфера. – Поговорим, курица?

Превосходно. Она думала, я буду такое глотать?

– Поговорите. В холодильнике. На верхней полке, запеченная тушка твоей подруги.

Моя шутка была не настолько тонкой, чтобы не понять – но Евгения все равно подвисла. Может, ее шокировала моя дерзость. Но затем она решительно подошла ко мне.

На высоченных каблуках она казалась выше на голову. Встала, уперла руки в бедра. Ее губы искривились в нехорошей улыбке.

– Послушай меня, подруга. Я пришла сюда с определенной целью, и никому мешать себе не позволю. Этот мужик – мой. Ты даже глазами в его сторону хлопать не смей, поняла?

– Иначе что? – я отзеркалила ее позу. – Задавишь меня отвисшими сиськами?

– Боюсь, ты так ничего и не поняла, девочка. Ты никто, я завтра сделаю так, что тебя выкинут на улицу. Могу прямо сейчас сказать, что мыла руки и забыла кольцо на мойке, а ты его присвоила.

– Оригинально, – я смерила ее ответным взглядом. – Да только ты просчиталась. Дмитрий все равно не клюнет на дешевую шлюху типа тебя. К тому же с довеском в виде ребенка. И он твое гнилое нутро просчитал на раз-два. Поэтому лучше вали домой.


– Да ты! – она замахнулась, пошатнувшись. Я перехватила ее руку.

Что они там пили со старой каргой? Явно не мартини. Или… осознав, что это значит, я расхохоталась.

Алкоголизм. Вот почему ее так развезло от одного бокала. Странно, что от чая не приложило.

– И давно? – оттолкнула ее, усмехнувшись. – Винишко? Или артиллерия потяжелее? Как дочь все это видит? Наверное, пора дать сигнал социальным службам?

Она опешила. Стояла и моргала своими потерявшими боевой задор глазами с потекшей тушью.

– Тебе не мужика надо искать, а лечиться, тетя Женя. И как ты собиралась это скрывать? Он если до того тебя не раскусил, раскусит сейчас. Забирай-ка ты остатки приготовленного не тобой торта и вали отсюда по-хорошему. Иначе я за слезы Машки тебе все капсульное наращивание вырву. И не думай, что Алевтина мне помешает.

Пьяно икнув, павшая несостоявшаяся невеста развернулась и пошла прочь из кухни.

А я прижала руки к разгоряченным щекам. Победа меня окрылила. Похоже, я начала входить во вкус борьбы за мужчину.

Но моя радость оказалась преждевременной. Не успела я вытереть руки и подумать, что этот день, к счастью, наконец-то закончился, как в столовую вошла раздраженная и явно недовольная подобным поворотом событий Алевтина.

– В чем дело, Валерия? Потрудитесь объяснить, наконец, что здесь происходит!

– А что здесь происходит? – невинно осведомилась я. – Вот, убрала со стола, как вы и сказали. Или вы не это имели в виду?

– Почему Евгения убежала отсюда столь быстро, даже не попрощавшись с моим сыном?

– Не понравился, наверное, – скрывая смех, отпарировала я, делая вид, что тщательно начищаю столовое серебро.

– Прекратите паясничать. Что вы сказали нашей гостье?

– Что не имею привычки держать в лифчике фляжку с виски, как и наливать его из хозяйских запасов втайне от всех. Наверное, поспешила домой восполнить этот пробел.

Повисла пауза. Я повернула голову и встретила пристальный взгляд старой ящерицы. Она сканировала меня, и я поняла, откуда у моего хозяина такая манера смотреть на людей. От мамы.

– А вы не так просты, милочка, – отодвинув стул, Алевтина грациозно присела. – Сделайте мне кофе.

– А разве я не должна быть рядом с Машей? Мне показалось, приход вашей гостьи ее расстроил.

– Моя внучка со своим отцом, ей сейчас не нужна ваша помощь. Чашка сахара и сливки.

Отложив ложки, я подошла к кофе-машине, чувствуя сверлящий взгляд старой стервы.

– И корицы добавьте.

Я выполнила все, что она потребовала. Хотя желание послать было ой каким сильным.

– И себе сделайте. Похоже, нам стоит переговорить, Валерия.

Удивляться я не стала. Я сама, когда была в хорошем настроении, угощала прислугу и охрану кофе с шоколадом собственного приготовления, поэтому такое «щедрое» предложение не показалось мне чем-то из ряда вон выходящим, даже если Алевтина и думала, что облагодетельствовала бедную сиротку.

– Садитесь, – указала на стул напротив себя. – И прежде чем вы начнем, я требую, чтобы инцидент с нашей гостьей не вышел за стены этого дома. Вы меня понимаете?

– Я и не собиралась, – повела плечом, с удовольствием отпив из чашки. – Я подписывала документы о неразглашении. Хоть тогда моим работодателем и была Кристина, я не имею привычки трепать языком.

– Вот об этой, прости господи, Кристине я и хотела с вами поговорить. Что вас связывает, Лера?

– Трудовой договор, – ответила я. – Тот самый, который ваш сын переиначил в свою пользу. Видимо, вариант искать новую няню показался ему затратным.

– Не переводите разговор на другую тему. Я вижу гораздо больше, чем вы можете себе представить. Вы не выглядите, как провинциалка, которая ищет работу от острого безденежья. Добиться такой сияющей кожи вне салонов невозможно. И волосы – если я не ошибаюсь, вы делали процедуру «ботокс», а она стоит прилично даже в самом демократичном салоне. Вы подруга Кристины? И она специально вызвала вас, чтобы вы задурили голову моему сыну?

Вот кобра старая. Этого я совсем не учла. Дмитрий еще мог поверить в мою шикарную генетику, в то, что такая нежная кожа может появиться без массажей и обертываний, а волосы блестят от сбалансированного питания. Но от богатой карги, практически из моего круга, такие нюансы было трудно укрыть.

– У меня нет намерения дурить голову вашему сыну. Чтобы вы понимали, я хотела уволиться, но он мне не позволил. Я отработаю оговоренный месяц – и избавлю вас от своего присутствия.

– Вы не так просты, милочка. И ваше лицо не зря кажется мне отдаленно знакомым. У кого, вы говорите, работали?

– Все это есть в моем резюме. Вряд ли мы с вами встречались. И я никакая не подруга Кристине, к тому же, понятия не имею, почему вы так этим обеспокоены.

Алевтина отпила кофе. На ее губах мелькнула улыбка с привкусом горечи.

– Кристина разбила сердце Димы. Не только разбила, но и похитила приличную сумму денег. Мой сын ей это простил, хотя я таким поворотом и не довольна. И я не допущу, чтобы его свернула с истинного пути очередная вертихвостка.

– Это вы обо мне, я полагаю. Вряд ли об этой алкоголичке, которая убежала отсюда, сломя голову. Вам она почему-то показалась не столько опасной. Несмотря на наличие ребенка и развод за плечами.

– Не надо грубить, Лера. Я вижу насквозь таких хищниц, как вы. И давайте, я предположу, почему мне так знакомо ваше лицо…