Лестница Миров
Часть 8 из 32 Информация о книге
– Простите, ваша дочка – такая соня! Ойла в ответ тоже улыбнулась, продолжая рассматривать гостя. Тот поднял на лоб очки и стал оглядывать дом. – «Дочка?» – пробормотали за спиной Ника. – Ой! Алиела мгновенно соскочила с байка и бросилась на шею родительнице, чуть не сбив ее с ног: – Мама! Купаясь в чувствах дочери, Ойла улыбалась и просто стояла, боясь пошевелиться и спугнуть этот момент. Давно уже она не чувствовала такого позитивного накала и насыщенности ментального плана в свою сторону от дочки. Давно, очень давно. И из ее закрытых глаз невольно выступили слезы. – Возьмите, это вам! Ойла открыла глаза и увидела, что Ник протягивает ей очень красивый и незнакомый цветок ярко-бордового цвета. Он очень сильно притягивал взгляд своей необычностью и донесшимся ароматом. Алиела повернула голову и укоризненно сказала: – Ник, у нас не принято дарить срезанные цветы при знакомстве… Однако Ник только пожал плечами: – Зато у нас принято. Это роза – с Земли, один из самых символичных и местами мистических цветков нашей планеты. Я похитил у вас дочь, но взамен дарю вам ее образ, сконцентрированный в этом символе красоты, притягательности и женственности! – Спасибо, приятно, – наконец сказала Ойла и взяла подарок. Но тут же легко вскрикнула, уколов палец о шип. Ник покачал головой и хмыкнул: – Ну точно, правильный подарок. Роза – совсем как ваша дочь: за внешней красотой прячутся шипы. Моя израненная этими шипами душа настоятельно требует плотного ужина и спокойного отдыха. Ойла тоже хмыкнула: – Прошу в дом, будет вам и плотный ужин, и спокойный отдых. Алиела Почему-то ей было важно, как он воспримет ее дом. Вроде бы что в этом такого? Но вот… Эти мысли и переживания она тщательно прятала, зная, как он чувствителен к подобному. Ник спокойно поднялся по ступеням и остановился наверху. Глубоко вдохнул воздух и огляделся по сторонам. Мама послала вопросительный мысленный посыл Алиеле, стараясь не смущать гостя, за что дочь была ей благодарна. Ответила она так же мысленно, но чем-то вроде пожатия плеч. Взгляд при этом она не отрывала от Ника. А он наконец выдохнул и посмотрел на нее с мягкой улыбкой: – Хорошее место. И пахнет тобой. – В смысле? – спросила она, а мама просто смотрела на происходящее с любопытством, не пытаясь вмешаться. – Тут все пропитано твоей энергетикой. – Странно, меня давно тут не было… Да и жила-то я не одна… – Просто ты родилась в этом доме, здесь твои корни. А остальные… Видно же, что твои родители приобрели дом, а не жили тут всю жизнь. – Ник повернулся и пошел внутрь. – Откуда он знает? – Мама придержала дочь за локоть, но та лишь пожала плечами. – Ладно, я твою комнату расконсервировала, там будете жить? – Ой! – Алиела вскинулась. – Он же туда в первую очередь попрется! – И она сорвалась вслед за Ником. Ойла Ойла пожала плечами. Ну зайдет в ее комнату, чего тут плохого? Хотя, конечно, он не стесняется. Не такого она ожидала от «дикаря». Ну это в шутку, конечно, но тем не менее поведение парня не вписывалось в то, что она напридумывала себе, и совсем не похоже на поведение других привезенных на Версалию землян, как случалось иногда в прошлом – она специально интересовалась. Впрочем, от дочери вполне можно было ожидать, что она найдет себе кого-нибудь под стать. Ойла повернулась и хотела уже отдать команду кристаллу дома убрать айк гостей, но почему-то не увидела его на месте. Он таинственно исчез. Ник Алиела влетела в комнату как заполошная и резко остановилась. – Кровать хорошая, – я задумчиво покивал, – большая. В самый раз. И из окна вид замечательный. Алиела подошла и уткнулась лбом в мою грудь: – Тебе действительно нравится? После всех твоих дворцов? – Тю! Все те дворцы ничего не стоят по сравнению с этой комнатой. – Я поцеловал ее в густые волосы на макушке. – Ведь это отражение тебя. То, что тебя сделало и потом изменилось вслед за твоим взрослением. Ты разве не видишь тут множество маленьких и не очень, веселых и грустных, играющих и читающих, ползающих и бегающих Алиел? – Ты не можешь этого видеть, – глухо донеслось откуда-то снизу. – Я тут периодически подчищала информационное поле… – Подчищала она, – проворчал я и сильнее прижал ее к себе. – Где ты – пылинка, и где мироздание – океан, на фоне которого тебя и не видно? Оно и не заметит твоих трепыханий. Через открытые двери балкона в комнату, как к себе домой, важно, но тихо, переступая мягкими лапами, входил, втекал, вливался одуряющий запах цветов. Плюш тут не придумали, зато придумали немножко другое, такое же милое и на вид мягкое: кое-где стояли такие вот псевдоплюшевые игрушки, которые взрослой девушке было жалко выбросить. Многие десятки лет они тут стояли, охраняя ее внутреннее пространство. Только здесь я понял, как Алиела была одинока. Это одиночество буквально пропитало каждую вещь в комнате. Чего бы там она ни подчищала, но энергетика девочки, а позже и девушки, – это совсем из другой оперы. И никуда они не делись, слой за слоем отшелушиваясь от луковицы этого места и рассказывая мне о жизни моей любимой. – Я тебя люблю. Ойла Ойла с интересом наблюдала за парой, редкими вопросами направляя разговор. Собственно, она пока просто приглядывалась как к Нику, так и к дочери, сильно изменившейся. Неприятным открытием стало, что обычное, давно не замечаемое ею самой материнское ментальное давление на детей не просто перестало действовать на Алиелу, но и стало возвращаться обратно рикошетом. А дочь будто даже не видела этого. Это было неприятно в первую очередь в том смысле, что заставляло переоценить буквально все их семейные взаимоотношения. Неужели ее дети действительно чувствовали такое давление, когда она или их отец хотели настоять на своем? Особенно неприятно это выглядело в сравнении с тем, что она не помнила, чтобы на нее так же давила ее мать. А молодые спокойно сидели за столом, больше общаясь даже не с хозяйкой, а друг с другом, будто до этого у них не было времени сделать это. Сидели они напротив друг друга, да еще и ноги переплели под столом, не заметив этого. Ойла, конечно, радовалась за дочь, но в груди иногда немного кололо, ведь Алиела сейчас как никогда отдалилась от нее. И, похоже, наконец встала на дорогу собственной судьбы, ответвившейся от дороги ее семьи. Но, может, так и надо? Ник совершенно не стеснялся – откуда-то достал свои столовые приборы, когда в какой-то момент с неудовольствием посмотрел на выставленные на столе обычные веганские приспособления для приема пищи. Поначалу подозрительно косился на автоматику дома, выражающуюся в управлении материальными объектами силовыми полями. Поля управлялись кристаллом и могли принимать различную форму, вплоть до антропоморфной. Ойла еще хотела пошутить и приказала кристаллу сделать поля невидимыми, так-то они полупрозрачные. Но Ник каким-то образом их все равно видел. А потом чему-то ухмыльнулся и перестал обращать на них внимание. Очень необычный человек. Да еще и маг какой-то. Что за зверь такой? Ничего подобного Ойла не слышала и решила, что, судя по всему, ему удалось воспользоваться попавшей ему в руки технологией неизвестной веганцам расы. Это вполне могло быть, все знают, что такие существуют, взять тех же центаврийцев, наиболее известных. Да и то о них известно лишь потому, что те почему-то считают необходимым сотрудничать с менее развитыми по сравнению с ними расами. Зачем и почему – никто не знает. А знали бы о них, если бы они не хотели этого? Ответ давно получен в различного рода космологических обсуждениях. Вот и здесь, вероятно, произошло такое вмешательство в судьбу этого мальчишки. Ну а почему нет? Вполне логично. Так-то он точно принадлежит к землянам. Кристалл дома, в последнее время часто выполняющего роль рабочего офиса (все равно никого нет – и дети, и муж где-то далеко) и, соответственно, оборудованного нужными системами, просветил его на всех возможных диапазонах. Не без труда, кстати, что скорее подтверждает теорию технологического вмешательства. Тем более так и не удалось определить, что именно мешало. Тем не менее по землянам статистика накоплена богатая, и да, Ник – землянин. Другой вопрос, как все это связано с его совместимостью с Алиелой? То ли она естественная и не зависит от этих технологий, то ли искусственно вызванная. В обоих случаях есть плюсы и минусы. В первом – ее дочь просто счастливица. Во втором – как бы прикоснуться к этой технологии, чтобы использовать ее в отрыве от детей? И если использовать, то как бы случайно не убрать эту совместимость? В конце концов, какая разница, чем она вызвана, если результат сугубо положительный? Или же, наоборот, раскрутить тему императоров и их совместимости? Очень скользкая тема. С одной стороны, можно сильно подняться на этом, с другой – современное общество достаточно устойчиво в социальном плане, хоть проблемы и существуют, как и везде, и мало кто обрадуется возможности его изменить введением в него императорской пары. Но тут могут быть варианты, конечно. Например, номинальный статус. Тоже неплохо. Плюсов много, обязанностей почти ноль. Тут другое дело – несмотря на возможное усиление механизма совместимости через воздействие императорской четы (правда, еще надо не раз проверить, так ли это у Алиелы с Ником), могут быть и противники этого. Или те, кто пожелает прибрать к рукам такой удачный инструмент. Кстати, не поэтому ли возникали все эти неприятности с детьми? Кто-то решил радикально решить проблему? Ойла мысленно вздохнула. Некоторое время, похоже, можно быть спокойной. Попытка подставить военный корабль и завести его в ловушку хостисов – очень серьезное событие. Преступление даже. Кто-то, кажется, всерьез решил, что он самый главный на этой планете, но просчитался. Как уж капитан Эрендил выскользнул из ловушки, Ойла не знала, но результаты видны даже ей – во многих военных отделах начал раскручиваться механизм расследования. Пока об этом известно узкому кругу лиц, да и ей с трудом удалось узнать, с чего вдруг все закрутилось. Скорее всего, и к ним придут, ведь на корабле были Алиела с Ником. Так что отсидеться вряд ли получится. Ник В таких случаях обычно говорят: «Ужин прошел в теплой семейной обстановке». Мама Алиелы не сильно давила авторитетом. Ну за исключением пары случаев, но в пределах нормы. Больше слушала, направляя разговор редкими высказываниями или вопросами. Фактически Алиела просто рассказывала о своих приключениях, я больше слушал. Неожиданно для меня это было интересно – в ее интерпретации прошлые события расцветали совершенно незнакомыми для меня красками. Собственно, в очередной раз немножко встряхнуло меня непохожестью, но не сильно. А сколько еще такого будет? Заинтересовали меня и роботизированные веганские системы управления домом. В общем-то на корабле тоже они были, но там как-то они не особо выпячивались или были по большей степени служебными, а здесь они делали работу слуг. Вообще, на магию похоже, да… Посуда сама летала по комнате, раскладываясь на столе, пища на кухне сама готовилась – тут что-то вроде синтезаторов есть, но используется там, где нет возможности заморачиваться производством еды, – у военных в основном, а так предпочитают выращенную пищу. Разнообразные уборщики по дому, помогальщики и прочие. Даже массажер такой есть. Необычно, но удобно. Посмотрел я, посмотрел – и понял, что на своей магической технике и посложнее делал. У себя во дворце на Земле. А так прикольно – силовым полям-то можно придавать абсолютно любую форму и нагружать любым функционалом – от помощника по одеванию до экскаватора по добыче камня в каменоломнях. Вот только недостаток – везде нужно силовые эмиттеры размещать, да еще так разместить, чтобы они в целом перекрывали весь объем, в котором будут оперировать. Хотя есть и нечто вроде роботов – перемещаемые эмиттеры, генерирующие «тело» вокруг себя. – Алиела, – Ойла посмотрела на дочь, – тебе надо будет посетить центральный офис и, как обычно, отчитаться на малом сборе руководителей проектов по вневерсалийским кампаниям. Еще запустить процесс получения Ником гражданства Версалии… – А что оно мне даст? – вклинился я. Ойла немного удивленно посмотрела на меня: – Если вы хотите жить на Версалии… – Я еще не решил. И не решил, стоит ли мне выделять довольно много личностных ресурсов на приспособление к новому обществу. Мне и на Земле-то не очень комфортно, но там у меня все-таки родня. Вы, конечно, тоже мне родня, и с этим ничего не поделаешь, – я подмигнул Алиеле, – а ваша дочь уже стала почти землянкой, так что как бы не понадобилось сначала ей земное гражданство получать. Ойла задумалась. Потом спросила у дочки: – Неужели тебе там больше нравится? Такого еще не было, чтобы веганцы оставались там, обычно к нам везут своих совместимых… Алиела пожала плечами: – Не скажу, что их общество мне нравится больше. Там на самом деле их несколько, ведь глобального государства еще нет, хотя все и идет к этому. Но в принципе в рамках легенды мне там нравилось. Однако вживаться в общество там, как и Нику здесь, особого желания нет, прости. – Она положила свою руку на мою, а я спокойно кивнул в ответ. – Но все равно придется что-то придумывать с этим. Почему бы тебе не получить наше гражданство? – Оно подразумевает определенные обязательства, – ответил я и налил себе местного сока – довольно вкусный он оказался. Из каких-то лиан, что ли. – На Земле мне дали гражданство постфактум и особого характера. – И что же это за гражданство такое? И почему для тебя сделали исключение? – удивилась Ойла. – Ну я там все-таки родился, и старое гражданство у меня было, просто его актуализировали. А насчет прав – я просто поставил властям условие, что они меня не должны ничем ограничивать, а пользу государству я приношу исходя из собственных убеждений. Ойла кинула вопросительный взгляд на дочь. Та махнула рукой, мол, расскажу потом. – И их это устроило? – скептически произнесла хозяйка. – Мам, он за пару месяцев для землян сделал столько, сколько они все вместе взятые – за десятки лет. – Это ты преувеличиваешь, лапа, – улыбнулся я неожиданной горячности подруги. – Так или иначе, мой вклад был лишь ситуационно выгодным и полезным, в целом своими технологиями они и так бы добились сходных результатов, да еще и подтолкнул их к ускорению некоторых социальных процессов, но не факт, что это лучше, чем если бы все развивалось по их скрупулезно просчитанным планам. – Ну да, как же! – Алиела поджала губы. – И какие же это земные планы позволили бы им заполучить готовую сеть космических баз со всеми работающими технологиями серых? И за какой срок? А перезаключить договор с эридянами на свою планету? – Ну, – смутился я, – это немного выбивается из сказанного мною, но не сильно.