Легенда рока

Матюгнувшись, положил их обратно и засунул жестянку в джинсы, чувствуя, как капли пота стекают по вискам.

— Пошли, Шанайя, — проворчал я, пройдя вглубь комнаты и усевшись в ближайшее кресло. Шанайя послушно подошла, положила голову мне на колено и уставилась на меня грустными, проникновенными глазами.

— Ты выглядишь так же, как я себя чувствую, — сказал я собаке, похглаживая ее по голове и почесывая за ушами.

Когда моя жизнь успела так измениться? Несколько месяцев назад я жил своей мечтой.

Верно?

Блять. Кого я пытался обмануть?

Я не жил мечтой.

Мне не нравилась жизнь рок-звезды, не нравилось трахаться и напиваться, избегая всего, что требовало больше, чем просто физическое присутствие или навыки с палочками.

Я был ребенком, которого забрала у родителей служба защиты детей. Родители могли бы сражаться за меня, избавившись от зависимости к крэку и мету. Но они этого не сделали, что в конечном итоге убило их.

Возможно, что моим предназначением была только сцена. Выбивать бит, который наполнял мою душу. Я делился с миром единственным, что умел.

Может, это все, что у меня было. Все, что у меня когда-либо будет.

Коксы были первыми, кому было не насрать на меня. Они подарили любовь, брата, дали мне свое имя. Но я облажался, по-крупному.

Пайпер тоже подарила мне свою любовь. Но я все испортил. Дважды.

Хотя, я тоже ей кое-что подарил... ребенка.

И это было худшим, что я мог сделать.

Вся моя жизнь может быть пособием «Что нельзя делать в воспитании детей». Я не знал ничего — меньше, чем ничего — о том, как быть родителем.

Что, если я причиню боль и своему ребенку? Заставлю Пайпер пережить то, с чем столкнулись Сара и Майк? Что, если я действительно был наркоманом, как мои родители? С чего мне думать, что я смогу стать лучшим родителем, чем они?

Смогу ли я жить, если уничтожу еще одну жизнь?

Нет. Я должен защитить Пайпер и нашего ребенка. Даже если защищать придется от себя самого.

Я покачал головой, как Шанайя, когда муха подлетела слишком близко к ее уху. Вся эта ситуация была безумной. Несколько месяцев назад Пайпер сказала, что не хочет детей и не создана для материнства.

Ее мнение, очевидно, изменилось. И мне было интересно, если бы я не пришел сюда, она рассказала бы мне о беременности?

Наверное, нет. Возможно, это было бы к лучшему.

Потому что Пайпер была права. Я прятался всю свою жизнь. Блять, да у меня до сих пор остались шрамы под татуировками, которые напоминали мне, что происходило, когда я выходил из шкафа и прерывал нарковечеринки родителей.

Потом я научился прятаться, будучи в центре внимания. Я выстроил стены, чтобы никто не подобрался слишком близко.

Но каким-то образом Пайпер вытащила меня оттуда. Не для того, чтобы самой оказаться в центре или встать рядом. Нет, ей не нужна была слава или известность. Она хотела только меня.

И теперь у Пайпер будет частичка меня навсегда.

Говорят, что если не изучать историю, то ты обречен ее повторить.

Это вот и случилось со мной.

Я представлял опасность. Угрозу. Лучше всего для Пайпер и для ребенка, если я оставлю их в покое. Для их же собственного блага.

Я любил ее слишком сильно, чтобы продолжать причинять ей боль.



ГЛАВА 25

Лэндон



Я погряз в тумане отвращения, который превратил даже идеально прибранную квартиру Пайпер в уродливое, грязное пятно, пока Шанайя не заскулила, толкаясь в мое колено мокрым носом.

Постанывая, я поднял поводок с кофейного столика и прицепил его к ошейнику собаки.

— Пойдем, девочка.


Я открыл дверь внедорожника. Шанайя прыгнула одновременно с тем, как я забросил таблетки, которым сопротивлялся ранее, в рот.

Облегчение сразу же успокоило мои возбужденные нервы. Если у меня не будет Пайпер, если я не могу построить жизнь с ней и нашим ребенком, то хотя бы мне известен способ забыться.

Вот только таблетки перестали действовать так же хорошо, как раньше. Я давно перестал отслеживать, какое их количество проглотил в сутки. Но чувствовал, что нужно все больше и больше, чтобы обрести хоть какое-то чувство покоя. Хотя бы временное помутнение как можно быстрее.

Теперь, когда проблем с руками не было, я добавил в гремучую смесь и алкоголь. Совсем немного, просто чтобы заглушить неустанный шум в сознании. С собой у меня ничего не оказалось, поэтому я заехал в алкогольный магазин в нескольких кварталах от моего дома, где схватил две пригоршни мини-пузырьков у кассы.

Цыпочка за прилавком загорелась, словно выиграла в лотерею.

— Лэндон Кокс!

У меня не получилось даже выдавить подобие улыбки.

—Во плоти, — буркнул я.

Она облизнула губы и выставила сиськи. Я подвинул стопку пластиковых бутылок поближе к ней.

— Пробей.

Девушка попыталась скрыть свое разочарование взмахом головы, затем приготовила бумажный пакет и медленно — мучительно медленно — принялась сканировать штрих коды пузырьков.

— Моего босса не будет здесь еще час... — прошептала она.

— Прости, но мне нужно кое-куда съездить, — ответил я.

Она положила последнюю бутылочку в пакет. Прежде чем я смог впихнуть ей наличные, она всунула мне в руку визитную карточку.

— Мой номер на обороте. Позвони мне, мы сможем повеселиться.

Веселье. Оно мне было необходимо так же, как и дыра в башке.

Я захлопнул дверь автомобиля, рассматривая этикетки «Джек Дэниелса» и «Джонни Уокера».

— Не суди, — проворчал я, замечая Шанайю боковым зрением.

А может, я был не прав. Если у меня больше нету Пайпер, то я могу переустановить вращающуюся дверь на своей гребаной ширинке. Особенно теперь, когда мои пальцы снова способны ее раскрывать.

Но даже вкус спиртного не смог смыть кислоту в горле, когда я подумал о другой женщине. Я хотел свою Пиппу. Только мою Пиппу.

Блять. На трассе я залил тошноту двумя порциями текилы.

Так, значит? Вот такой будет моя жизнь?

Но вопрос быстро растворился в воздухе, так как алкоголь попал в кровь, в сочетании с викодином сняв напряжение.

Я опустил окна и сделал глубокий вдох. Шанайя высунула голову, выглядя значительно счастливее теперь, когда у нее появился доступ к свежему воздуху. Стрелка на спидометре держалась на одной скорости, внедорожник не мотало. Чтобы опьянеть, мне нужно было побольше алкоголя, но я понимал, что не должен был садиться за руль с таблетками в организме.

Не желая соблазняться, я бросил бумажный пакет с пузырьками на заднее сиденье, проехав оставшуюся часть пути с тем алкоголем, что уже был у меня в крови.

Вот оно, светлое пятно в отвратительном дне: я подъехал к Хармони и заметил машину Коксов на стоянке. Чуть не забыл об этом. Сегодня был день, когда они забирали последнего щенка Шанайи. Джейк наконец-то получит собаку.

Выключив зажигание, я решил закинуться еще парой таблеток. И еще парой бутылок. Они все равно были крошечными. Да от них, по-любому, даже не было никакого толку. Это все равно, что пить «Колу».

Я пожал плечами и схватился за поводок Шанайи, после чего стал пытаться вытолкать свое тело через дверь. Пальцы не слушались, и поводок выскользнул из рук. Ноги стали ватными. Сколько таблеток я принял сегодня? Две с тех пор, как вышел из квартиры Пайпер... Или больше?

Я выпал из внедорожника на четвереньки. В колени больно врезался гравий.

Справа от меня прыгало меховое пятно, потом оно перепрыгнуло через меня.

Чтоб меня! Я с трудом встал на ноги и повернулся к питомнику. Шанайя, должно быть, направилась туда. С ней все будет в порядке.

Но когда пригляделся, то не собаки заметил.

Блять. Блять, блять, блять! Я закрутился, игнорируя головокружение и еле удерживая равновесие. Там! Я увидел коричневое пятно в роще деревьев, граничащих с собственностью приюта Хармони. Я дернулся к нему, а затем обнаружил, что окружен со всех сторон высокими ветвями.

— Шанайя! — выкрикнул я, отмахиваясь от выражения лица Пайпер, когда мне придётся сообщить, что я потерял ее собаку. Или что ее сбила проезжающая мимо машина. Или что она была убита диким животным. — Шанайя! — снова крикнул я. А затем снова, и снова, и снова. Пока не осип. Пока голосовые связки не парализовало отчаяние.

Как это типично. Чертовски типично. Я даже не смог уследить за собакой. Не какой-то собакой. Собакой Пайпер.

Казалось, прошли часы, хотя что-то внутри меня понимало, что это были минуты, прежде чем я понял, что мне нужна подмога. Нам с Хармони нужно организовать поисковую группу, возможно, другие собаки смогли бы почуять запах Шанайи.

Но когда я вылез из-за деревьев, понял, что в поисках не было необходимости. Джейк шел ко мне, держа в руке поводок. Вообще-то два поводка. Майк и Сара шли рядом, а впереди шествовала Хармони.

— Эй, привет, — поздоровалась она, помахав рукой. — Шанайя ворвалась в питомник, и мы подумали, что ты должен быть где-то здесь. — Не подозревая, что я менее минуты назад был на грани нервного срыва, она улыбнулась мне. — Что ты там делал? Писал?