Легенда рока

Потеря единственного, что я когда-либо делал хорошо, части себя, принесшей такой успех, который я даже не мог вообразить, разобьет меня.

Если мне придется смотреть на потускневший свет в глазах Пайпер, если она потеряет уважение ко мне... Нет, я даже не мог такого представить. Я лучше умру.

Но прямо сейчас я смотрел выступление моей группы... без меня. Меня заменили другим человеком. И это чертовски отстойно. Я хотел быть на сцене. Кровь и кислород текли по моим венам, оттачивая каждый ритм с точностью и силой. Быть достойным обожания и почестей.

— Как, черт возьми, тебе это удается? — громко рявкнул я, чтобы Пайпер меня услышала сквозь музыку.

Девушка растерянно на меня посмотрела.

— Что именно?

Тяжелый горячий гнев охватил меня. Я злился на себя. На судьбу. Пайпер тоже досталось.

Я указал на парня за установкой, талантливого барабанщика, который проткнул бы меня палочками, лишь бы получить шанс занять мое место навсегда. Разве его можно было за это винить?

— Торчать здесь, на чертовой обочине.

Сострадание смягчило ее хмурый взгляд, превратившись во что-то очень похожее на жалость.

— Не все хотят жить в центре внимания, Лэндон.

Но я хотел. Мне это было нужно. Свет создавал совершенство. Даже волшебство. Делал меня чем-то большим, чем выдающимся неудачником Лэндоном Коксом. Истребителем любви и жизни. Свет превращал меня в легенду. Я жаждал внимания больше, чем наркотиков или выпивки. С ним я был в безопасности, под охраной. Благодаря ему я смог позаботиться о брате и забаррикадироваться за железными дверьми. Делал все на своих условиях. И защищал людей от своих пороков.

— Я — не все, — буркнул я, отворачиваясь от нее, нуждаясь в пространстве. Мне нужно было свалить отсюда, прежде чем я, блять, брошусь на парня, занявшего мое гребаное место.

Врачи предупреждали, что употребление алкоголя замедлит мое выздоровление. Я был готов продать почку за глоток спиртного... Но не собирался рисковать своими шансами вернуться за барабанную установку как можно скорее.

Вместо этого я взял воду из импровизированного бара в одной из дальних комнат, избегая зрительного контакта со всеми. Вытряхнул несколько таблеток из флакона в кармане, а затем еще несколько.

Разгрыз их зубами, смакуя горьковатый привкус, словно наслаждался икрой. Через несколько минут в ушах зазвенело, а конечности расслабились, когда напряжение покинуло мои мышцы. Как же я этого ждал... Я понимал, что нужно вернуться к Пайпер и извиниться за то, что испортил ей настроение. Она этого не заслуживала. Эта девушка — лучшее, что когда-либо со мной случалось.

— Ты не должен был приходить сегодня, — Тревис появился рядом со мной.

— В курсе. Но я не пропускал ни одного из наших шоу, — мой рот казался опухшим и непослушным, словно не желал говорить. — Не хотел начинать сегодня.

Он взглянул на мои руки.

— Я мог бы заставить перенести просмотр до момента, когда тебе станет лучше.

— Серьезно, Трев? Ты знаешь, когда это должно произойти? — гаркнул я на него, смутно отмечая, что мой голос звучит искаженно, словно эхо.

Тревис не отступился.

— Я поставил на вас, ребята, давным-давно, а я еще не выбирал неудачников. Продолжай лечение и делай все, что велят врачи. Ты вернешься за свои барабаны, Лэндон. Я в этом не сомневаюсь.

Я провел языком по зубам, наблюдая за уходом Тревиса. Если бы можно было вернуть здоровье в руки силой воли, я бы мгновенно сгорел. Швырнув пустую бутылку из-под воды в мусорное ведро, я оттолкнулся от стены и стал искать взглядом Пайпер.

В уборной промелькнула вспышка светлых волос. Отлично. Мне нужно, блять, отлить.

Но когда я добрался до двери, блондинка, которую я увидел, оказалась далеко не натуральной. И не моей Пиппой.

Она подняла глаза, когда я прошел мимо нее, и удивленно их расширила.

— Лэндон Кокс, — выдохнула она.

Я заставил себя улыбнуться.

— Привет, куколка.

— П-привет. Боже мой, я люблю тебя!

Ну конечно цыпочка это сказала. Все они одинаковые.

— Я тоже тебя люблю.

Это не было совсем ложью. Я любил всех своих поклонников. Многим из них показал насколько. Несколько месяцев назад я бы показал и этой тоже. Но сейчас мне просто хотелось снова лечь в постель к Пайпер.

— Мы можем сделать селфи?

— Конечно.

Каким-то образом мне удалось не вздрогнуть, когда она обняла меня за шею и поцеловала в щеку, делая несколько фотографий. Не потому, что у меня все еще болела шея, а потому, что девочка была не Пайпер.


После этого я проскользнул в туалет и закрыл за собой дверь, хватаясь за верхнюю часть моих спорт...

Твою же мать! Я был не в спортивках. Сегодня я напялил джинсы впервые с тех пор, как очнулся в больнице. Пайпер их мне застегнула, потому что я не мог справиться с пуговицами. Блять, блять, блять.

Ссутулившись, я взялся большими пальцами за пояс штанов, пытаясь прижать остальные пальцы к пуговицам. Я пыхтел, пока мои плечи не задрожали от усилий, а пот не начал стекать по моему лбу, капая на глаза.

— Черт! — крикнул я, прислонившись спиной к стене.

Крашеная блондинка всунула голову через дверь.

— Все нормально?

Я провел предплечьем по лицу, стирая капли, и застенчиво улыбнулся. Хватало и того, что я был не на сцене, так что мне не нужна отирающаяся рядом цыпочка, жаждущая продать историю о том, как я закатил истерику в чертовом туалете.

— Привет.

— Составить компанию? — спросила она с надеждой на лице.



ГЛАВА 17

Пайпер



— Думаю, нашему мальчику пора домой.

Я выгнула бровь на слова Тревиса.

— Лэндон не мальчик.

— Ты права. Он клиент, и привезти его сюда было неудачной идеей.

— Он в порядке? Что случилось? — в мой голос просочилась тревога.

— В порядке. Но думаю, что смотреть, как кто-то занимает твое место на сцене, не так просто, как он думал.

Когда мы стояли рядом с Лэндоном, его боль была очевидной. Но еще мучительнее было понимать, что я ничем не могла облегчить его мучения. Он ушел несколько минут назад, и я намеренно не пошла вслед за ним, посчитав, что ему нужно пространство. Была ли я права?

— Пойду найду его.

Тревис с подозрением посмотрел на меня, прежде чем я успела отвернуться и уйти.

— Есть ли что-то между вами двумя, о чем я должен знать? — спросил он.

Не-не-не. Я нацепила на лицо маску невозмутимости. Внутри же трещала по швам, желая рассказать все Тревису, но не хотела делать это здесь и сегодня. Нужно было многое учесть, чтобы все не испортить. Кроме того, Лэндон пребывал сегодня в ужасном настроении, так что вряд ли я смогла бы справиться еще и с разгневанным Тревисом.

— Он клиент, — выпалила я, повторяя принцип кампании.

Босс медленно моргнул, пронизывая меня взглядом.

— Помни об этом.

Отступая на ватных ногах, я поняла, что ставлю все на Лэндона. Сердце. Работу. Репутацию, которую я только начала строить. Но он стоил того, хотя риск не становился менее страшным.

Лэндона не было в зале, где несколько крупных шишек решали чьи-то судьбы. Или в любой из раздевалок. Я заметила блондинку и подавила желание закатить глаза, когда она проскользнула в мужскую уборную.

— Вы не видели Лэндона? — спросила одного из охранников.

Тот почесал подбородок.

— Там. Но, скорее всего, ему нужно уединение.

Уединение? Мой пульс участился. Какого черта?

Схватившись за дверную ручку, я приоткрыла дверь и просунула голову в отверстие.

— Эй! — Блондинка обернулась. Ее глаза пылали гневом, а на зубах красовалось пятно от губной помады. — Здесь занято!

Я почувствовала взгляд Лэндона на себе. Краем глаза я заметила, что руки женщины сжимали его ширинку.

Что. За. Пиздец.

Я полностью распахнула дверь и уставилась на охранника.