Легенда о Гвендолин

Я кивнула.

– Скажи, – с деланным любопытством поинтересовался он, – ты бы хотела, чтобы чародеи обрели почёт и уважение, какие имели на протяжении прошлых веков?

– Само собой, – сказала я, хотя вовсе не была уверена, что именно этого больше всего хочу. Мысль о том, чтобы привести Физэна к власти, увлекала меня. В основном потому, что я продолжала считать – демон, призванный мной, в конечном счёте всё равно будет подвластен мне. И Академия тут была абсолютно не при чём.

– Императора коронуют сообща все девять родов. Но стать императором может только тот, кого признаёт большинство – пять из девяти. Иными словами, если пять из девяти туатов посчитают, что Тализин не принадлежит к ним по крови…

– Случится коллапс, – перебила его я. – Если пять из девяти откажутся поддержать его – это вовсе не значит, что все девять затем поддержат тебя.

– Это следующий вопрос, – Физэн повёл плечом и отвернулся к окну. – Нужно решать проблемы по мере того, как они встают перед тобой.

Спорить с ним было тяжело.

Однако мысль о том, кого же я выманила в этот мир, всё чаще мелькала в моей голове. Знает только то, что знал Физэн? Откуда тогда эта решимость заполучить трон?



– Начнём с Бейзилов, – сказал тем временем Физэн, когда карета въехала на центральные улицы города – и теперь только я поняла, что она направляется не туда. – Вот уже около двадцати лет они отстаивают своё право на гавань Белых Облаков. Зерны получили её вместе с приданным от одной из Бейзилских невест, однако Бейзилы отрицают этот брак под предлогом того, что невеста умерла в первую брачную ночь.

– И правда, несколько сомнительный момент, – заметила я, но Физэн только махнул рукой.

– Это не имеет значения. Ей сейчас было бы девяносто пять, – он на несколько мгновений замолк, размышляя, – маловероятно, что Бейзилы согласятся отказать в титуле коронованному королю. Кто бы ни занимал это место, для них важнее всего – возможность мирно строить корабли и торговать. Но вот Зерны могут стать хорошим подспорьем в нашей борьбе. Если лишить Бейзилов документов, подтверждающих их претензии на спорную территорию, и передать их Зернам в качестве жеста доброй воли – они наверняка выступят за нас.

Я склонила голову вбок.

– Физэн, – тихо сказала я, – но Зерны – убийцы. Ты сам это только что почти признал. Гавань Белых Облаков нужна Бейзилам не просто так. Это удобное место для перегона судов. Сокращаются торговые пути между южной и северной частями островов. Выиграют все.

– Кроме нас, – отрезал Физэн, – когда я стану императором – разрешу этот вопрос.

Я всё ещё колебалась, но Физэн продолжал:

– Когда нас встретят – тебя отведут на женскую часть. Я займу беседой Коди Бейзила – а ты тем временем позаботишься о служанке, которая будет тебя сопровождать.

– У меня нет с собой трав… – растерянно произнесла я.

– Очень непредусмотрительно, – заметил Физэн и, отстегнув от пояса связку мешочков, до того скрывавшихся под его верхним одеянием, протянул мне. – Не тяни, – поторопил он меня.

Шум копыт стих, и карета остановилась во дворе. Я мешкала ещё мгновение, а потом быстро взяла травы из его рук, не желая показывать нерешительность, и спрыгнула на мостовую.

Всё продвигалось так, как и сказал Физэн: две горничные встретили нас, и одна проводила его в кабинет Коди Бейзила, а другая отвела меня в комнату для гостей.

– Вам что-нибудь требуется, госпожа? – спросила она.

– Чашу с водой, – попросила я.

Чаша в мгновение ока оказалась передо мной. Я всыпала в неё несколько щепоток трав и, произнеся короткое заклятие, дунула на воду. Горничная коротко вскрикнула, когда демон занял её тело.

– Когда я уйду, – вполголоса произнесла я, – ты отыщешь момент и войдёшь в кабинет лорда Бейзила. Принесёшь мне бумаги, которые лежат в верхнем ящике его стола. Сегодня ночью. К дому Физэна Т’Элинна.

Ответом мне стал почтительный поклон.

Всё было слишком просто, и от того волнение терзало меня весь остаток дня. Однако в назначенный час слуги доложили, что девушка, укутанная в покрывала, ждёт меня – и когда я вышла к ней навстречу, стопка конвертов легла в мою ладонь.





Глава 14




Лет сто назад в Кахилле возникла мода на кондитерские, и когда распахнула двери первая из них, на вывеске ее было выведено «Ветвь вишни». Заведение оказалось успешным, и одна за другой открылись еще штук десять, а теперь они были на каждом углу. В те дни, когда мы с демоном, взявшим имя Физэн, гуляли по улицам Кахиллы, нежась в последних лучиках осеннего солнца, содержатели столичных кондитерских уже вовсю соревновались в умении изготовлять пирожные и торты, а к ним подавали чай с разными вкусами. Даже сам чай был у них куда вкуснее, чем где-либо еще.

– Чай, доставленный с Острова Тигров, умеют заваривать только в Кахилле, – говорил мне Физэн, открывая дверь в одно из этих заведений, тонущих в полумраке. Оставалось лишь гадать, где и когда он успел так тщательно изучить обычаи нашей страны.

В тот день, впрочем, он предпочел какао – напиток, который аптекари в начале советовали исключительно для поднятия жизненного тонуса. Чашка отборного горячего какао, подслащенного и украшенного взбитыми сливками, с тонкой трубочкой ванили опустилась перед ним на стол.

Я взяла в руки собственную чашку, поднесла к губам и посмотрела в окно, на крутую спину Горбатого моста, видневшуюся вдали.

– Зачем Зернам эта гавань? – спрашивала я, перелистывая любовную переписку. Всё-таки было похоже, что Фелисия Бейзил в самом деле была влюблена в Редрика Зерна. Письма шли в обе стороны несколько месяцев, и двое участников переписки попеременно заверяли друг друга в вечной преданности. Оканчивалась их эпистолярная эпопея обещанием похищения – с одной стороны, и совместного побега – с другой. Никаких договорных браков… Скорее, даже наоборот.

– Ты ведь сама ответила на этот вопрос, – Физэн потянулся ко мне, заставляя упасть на подушки, и принялся целовать шею вдоль самой линии роста волос, – они хотят торговать с северными островами.


– Разве у них есть, что продать?

– Конечно, – улыбка заиграла у Физэна на губах, когда он перебрался на моё плечо. Стянул в сторону бретельку открытого платья и провёл носом по моей коже, вдыхая терпкий запах духов. – Кристаллы, – пояснил Физэн, приподнимаясь надо мной.

– Кристаллы? – повторила я.

– В академии об этом не говорят? – улыбка заиграла у моего принца на губах.

К стыду своему, я вынуждена была покачать головой.

Физэн поднялся с постели и, поймав меня за запястье, потянул за собой.

– Куда мы идём? – спросила я, послушно следуя за ним сквозь череду гостиных. Мы спустились на первый этаж и миновали и его, чтобы войти в потайной кабинет. Физэн не слишком его скрывал – скорее, таинственность была игрой. А вот уже за одной из книжных полок, находившихся в нём, обнаружилась ещё одна дверь.

Оказавшись в небольшой комнате без окон, я огляделась по сторонам.

Физэн наклонился и дунул на свечу – та тут же полыхнула жёлтым языком пламени, и так, по цепочке, свечи, стоявшие на комодах и полках вдоль стен, стали загораться одна за другой.

– Вот, – Физэн подошёл ко мне со спины и обнял за талию, заставляя огонь пробежать по венам. Я положила свою руку поверх его и склонила голову вбок, с любопытством разглядывая круглый стол, стоявший по центру комнаты. На столе красовалось миниатюрное подобие гор, состоящих из множества кристаллических пластин.

– Что это такое? – спросила я, сдаваясь любопытству.

– Это – аглухар, – Физэн, будто нарочно не давая сосредоточиться, поймал губами краешек моего уха и принялся с ним играть.

– Физэн… – с укоризной прошептала я, поддаваясь, тем не менее, на игру.

Физэн подтолкнул меня вперёд, к столу, и провёл над ним рукой. «Аглухар» мгновенно отозвался на приближение его тела, замерцав зелёным огнём.

– Ты используешь травы для колдовства, – сказал он, – почему?

– Запахи, – как по выученному ответила я, – запахи разносятся в воздухе, наполняют тело… контрактера. Завладевают им.

– Это магия душ. Её редко доводится использовать Проводнику.

– Ну почему же…

Физэн не дал мне договорить.

– Есть кое-что получше. Камень – то, из чего создан любой из миров. Меняя его структуру, овладеваешь самой землёй Островов. И суть Островов здесь – перед тобой. Аглухар.



В тот день я так и не поняла до конца смысла его слов. Зато на следующее утро – а утро начиналось у Физэна около четырёх часов дня – мы забрались в экипаж и направились к особняку Зернов.

Здание это, неприметное и глухое снаружи, оказалось почти столь же внушительным изнутри, как и дворец моего принца.

Стены здесь украшали инкрустации из оникса и агата, и среди золотой листвы и напыщенной роскоши Кахиллы прохлада его интерьеров дарила отдых глазам.

Тарис Зерн встретил нас в своём кабинете, он сидел за письменным столом. Чёрные волосы его разметались по плечам, облачённым в тёмно-синий плащ, на пальцах, перебиравших листки бумаги, мерцали драгоценными камнями массивные перстни.

– Мой принц, – чуть привстав, он отвесил неглубокий поклон. Потом посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся. – Я вас ждал.

Физэн кивнул.

Пока мужчины обменивались приветствиями, я, с разрешения хозяина, заняла место чуть в стороне и разглядывала человека, которому предстояло стать нашим союзником.

– Бумаги, о которых мы говорили, у меня, – сказал Физэн и кивнул мне.

Я передала ему кожаную папку, и он положил её на стол.

– Очень хорошо, – Тарис быстро пролистал содержимое папки. – Вам осталось только подписать договор.

Физэн сделал то, о чём шла речь, и скрепил свою подпись кольцом с печаткой.

– В остальном мы тоже можем рассчитывать на вас? – спросил Физэн.

Уголок губ нашего собеседника тронул улыбка.

– Думаю, да. Я рад, что вы решили вступить в игру, мой брат.

Всё происходящее наводило на мысли о том, что встреча была запланирована задолго до того, как Физэн сказал о ней мне – и это вызвало некоторую злость. Но спорить я не стала. Только перед уходом позволила себе небольшую вольность. Когда Физэн уже покинул кабинет, обернулась через плечо и спросила:

– Скажите, а Редрик Зерн в самом деле любил Фелисию Бейзил?