Леди на сельской ярмарке

– Очень хорошо, констебль, мы так и сделаем, – обещала ему леди Хардкасл. – Но нам необходимо решить одну проблему.

– Какую же, миледи? – поинтересовалась я.

– Транспорт, – уныло ответила моя хозяйка. – Как, черт побери, мы доберемся до всех этих проклятых ферм?

– Ага, – в голосе констебля Хэнкока появились триумфальные нотки. – У меня уже есть решение.

– Неужели? – удивилась леди Хардкасл.

– Вот именно, миледи, – с этими словами констебль протянул ей записку.

Леди Хардкасл прочитала ее.

– Что за прелесть эта старушка Герти, – расцвела она. – Берт и мотор в нашем полном распоряжении. Она пришлет его в полдень, и я могу использовать Берта как своего собственного водителя… Что ж, все отлично. Сначала мы нанесем визит вдове Кэрэдайн, а на обратном пути заедем к леди Фарли-Страуд.

Без леди Фарли-Страуд в авто Берт оказался гораздо более активным водителем, и мы ехали гораздо быстрее, чем я ожидала. Живые изгороди летели нам навстречу, и я наслаждалась ощущением скорости.

Когда мы сделали поворот и стали взбираться на холм по направлению к Верхней ферме, нам в глаза бросилась фигура мужчины, стоявшего облокотившись на ворота и наблюдавшего за продвижением нашего авто.

– Скажите, Берт, – спросила миледи, – кто это?

– Ланселот Трибли, миледи. Он владелец Нижней фермы.

– Той, которая находится внизу по отношению к ферме Верхней?

– Так точно, миледи, – водитель улыбнулся.

– Остановитесь, пожалуйста. Я хочу перекинуться с ним парой слов.

– Но его нет в нашем списке, миледи, – вмешалась я. – В «Стоге» в момент смерти Кэрэдайна его не было.

– Я знаю. Но он их ближайший сосед. И может что-то знать.

Берт затормозил, как ему было приказано, и теперь задним ходом подавал авто к воротам. Мы выбрались наружу, и леди Хардкасл представилась.

– Не так уж много найдется людей в округе, которые вас не знают, миледи, – произнес невысокий коренастый мужчина, стоявший в воротах. Я решила, что ему где-то около сорока. В своей мятой одежде и кепке с твердым козырьком он походил на фермера, но что-то в его манерах говорило о том, что этот человек чувствовал бы себя гораздо лучше в блейзере и фланелевых брюках[17].

– Думаю, вы правы, – согласилась леди Хардкасл. – Не уверена, что слава мне идет, но так много проще, когда знакомишься с кем-то.

– Согласен, в этом есть свое преимущество, – Трибли кивнул. – И чем же я могу вам помочь?

– Вы слышали о прискорбной смерти мистера Кэрэдайна?

– Слыхал. Хотя мне будет трудно назвать хоть кого-то, кто сочтет эту смерть прискорбной.

– Правда? – удивилась моя хозяйка.

– Правда. Нашего Спенсера не очень любили.

– И почему же?

– Не хочется плохо говорить о мертвых, но в случае старины Спенсера Кэрэдайна другого не получится – ничего хорошего о нем не скажешь. Он был несчастным старым скрягой, у которого ни для кого не находилось доброго слова. То есть не так – добрые слова у него находились, но я не стану повторять их в присутствии дам. Он легко мог начать склоку на пустом месте… – Казалось, эти слова вызвали у Трибли какие-то воспоминания.

– Понятно, – сказала леди Хардкасл. – Проблема в другом: есть версия о том, что его убили. И криминальный отдел полиции Бристоля попросил нас выяснить побольше и о нем, и о том, что могло с ним произойти. Я уже догадалась, что вы не очень с ним ладили, но знали вы его хорошо?

– Думаю, достаточно.

– Часто с ним виделись? Разговаривали?

– Бывало, мы проводили вместе время. Вы знаете, как это бывает.

– И когда вы видели его в последний раз?

– Думаю, в начале недели, – ответил мужчина после паузы. – Наверное, в понедельник или во вторник.

– А о чем говорили? – поинтересовалась миледи.

– Да так, ни о чем. Ни о чем существенном.

– Ясно. И больше вы не встречались?

– Нет, это было в последний раз.

– И в «Стоге» в день его смерти вас не было, не так ли?


– Нет. На прошлой неделе дел на рынке у меня не было – надо было быть в другом месте.

– Важные дела? – поинтересовалась леди Хардкасл.

– Небольшое дельце в Глостере.

– Наверное, было приятно отвлечься от всего этого.

– Все, что угодно, только б выбраться отсюда, – сказал мужчина, оглядываясь на поле у себя за спиной.

– Вижу, фермерство вас не очень привлекает.

– Это чертово место я унаследовал от своего брата, – Трибли горько рассмеялся, – пять лет назад. И с тех пор пытаюсь от него избавиться.

– Ах вот как, – миледи кивнула. – А чем вы занимались до этого?

– По профессии я шеф-повар. И работал в лучших отелях Европы. И вот во что я превратился… Вместо того чтобы жарить свиней, теперь гоняюсь за этими паршивками. Как вам это нравится?

– Но я уверена, многие хотели бы приобрести ферму, приносящую доход, мистер Трибли, – вставила я.

– Или взять ее в аренду, – добавили леди Хардкасл.

– Ну вот, и вы тоже так думаете… Конечно, какой-то интерес есть. Но всегда что-то случается, постоянно появляется какая-то причина выйти из сделки. Да и, если начистоту, арендная плата мне не очень поможет. Мне необходим весь капитал.

– Какое несчастье, мистер Трибли, – заметила я. – Ужасно, должно быть, заниматься делом, к которому не лежит душа.

– Вы правы. Но кто-то этим должен заниматься. Да и есть хочется каждый день.

На какое-то время в воздухе повисла неловкая пауза.

– Что ж, вы нам очень помогли, мистер Трибли, – сказала наконец леди Хардкасл. – Благодарю вас. Спасибо большое, что уделили нам время, но больше мы вас задерживать не будем. Нам пора ехать дальше.

– Без проблем. Приятно было познакомиться.

Мы еще раз поблагодарили его и вернулись к нашему транспортному средству. Берт следил за нами и уже успел выскочить из кабины и завести мотор[18].

– Спасибо, Берт. А теперь, пожалуйста, на Верхнюю ферму.





* * *


До нее было меньше мили, и я даже не успела толком устроиться на сиденье, как мы уже въезжали во двор. Леди Хардкасл жестом попросила Берта остаться в авто, когда тот попытался из него выбраться.

– Вы очень любезны, Берт, но мне кажется, нет смысла в том, чтобы запачкались мы все. Я и сама в состоянии открыть дверь.

– Благодарю вас, миледи, – поблагодарил водитель.

– Это может занять какое-то время, – предупредила моя хозяйка. – Так что устраивайтесь поудобнее.

– Спасибо, миледи, – еще раз повторил Берт.

Он прихватил с собой газету, и его мало волновало, как долго нас не будет. Мне даже показалось, что Берт с удовольствием предвкушает день ничегонеделанья, изредка прерываемого короткими поездками.

Жилое здание фермы выглядело надежно и содержалось в безукоризненном состоянии – семейный дом, которым можно гордиться. Леди Хардкасл постучала в прочную входную дверь. Спустя несколько минут на пороге появилась невысокая полная женщина с седыми волосами. На вид ей было ближе к шестидесяти, но ее лицо, хотя и омраченное горем, все еще можно было назвать хорошеньким. Наверняка в молодости на нее заглядывались.

– Я вас слушаю, – произнесла она с подозрением. – Чем могу вам помочь?

– Миссис Кэрэдайн? – дружески поинтересовалась миледи. – Я леди Хардкасл из Литтлтон-Коттерелла, а это мисс Флоренс Армстронг. Инспектор Сандерленд из криминального отдела полиции Бристоля попросил нас…

– Я о вас слыхала, – прервала ее вдова, все еще не скрывая своей настороженности. – Вас называют «детективы-любители», что бы это ни значило. Вы пришли совать свой нос в смерть моего Спенсера?

– Я хочу помочь вам узнать правду, миссис Кэрэдайн. Моего собственного супруга тоже убили, и я очень хорошо понимаю ваши чувства.

– Прошу прощения, миледи, – голос женщины был полон горечи. – Но вы ничего не понимаете.

– Тогда помогите мне понять, миссис Кэрэдайн. Вы не позволите нам войти и поговорить с вами?

Какое-то время Одри Кэрэдайн оценивающе осматривала нас, прежде чем сказать:

– Ну, заходите.