Леди на сельской ярмарке

– Ной Локк? – высказала предположение леди Хардкасл.

– А вы, скажу я вам, умница, – с уважением сказала леди Фарли-Страуд. – Как, Бога ради, вы об этом узнали?

– Она слегка запнулась, когда объясняла нам, почему он «заскакивает» пару раз в неделю «как добрый сосед».

– Это уже много лет ни для кого не секрет. Но она женщина верная. «Пока смерть не разлучит нас», – обещала она и никогда не пыталась нарушить клятву, данную Богу.

– Но если Кэрэдайн неожиданно умирает, то она может выйти замуж за Локка… Интересно.

– Вы думаете, она сама его убила? – Леди Фарли-Страуд заметно оживилась.

– Я этого не исключаю, – ответила леди Хардкасл. – Но в пабе ее не было, так как же она могла его отравить?

– Значит, Локк?

– Тоже возможно. В тот день он, конечно, был в пабе. Но там же были и другие люди. Например, Дик Окли.

– Боже, а ведь вы правы, – ужаснулась леди Фарли-Страуд. – А они друг друга ненавидели. Здорово собачились по поводу покупки скота.

– И по поводу призового быка, – вставила я.

– И по поводу призового быка, – согласилась хозяйка дома. – Я об этом совсем забыла. Вы правы. Это Окли. Он вполне мог подсыпать что-нибудь в сидр Кэрэдайна, и никто ничего не заметил бы…

– Успокойтесь, Герти, дорогая, – рассмеялась леди Хардкасл. – Мы не можем обвинить их всех. А что насчет Морриса Кэрэдайна?

– Вы об этом слабаке?

– А он действительно слабак?

– В худшем понимании этого слова, – пояснила леди Фарли-Страуд. – Я вовсе не против того, что мужчина не хочет пачкаться на ферме, если у него душа лежит к чему-то другому, но он постоянно ныл по этому поводу.

– Что вы имеете в виду?

– Никогда не мог выступить против отца. Вместо этого ходил весь из себя такой упавший духом и несчастный. Хотя, с какой стороны ни посмотри, он отличный художник. Может и вам форы дать, Эмили, а что?.. Но он так и не сподобился сказать: «Папаша, я уезжаю в город, чтобы стать художником, и катитесь вы к черту с вашей фермой». Нет, он просто молча принял свою судьбу.

– Он боялся отца? – уточнила я. – Отец что, давил на него?

– Спенсер Кэрэдайн пытался давить на всех, дорогая. Но Моррису доставалось больше других.

– Люди говорят, что яд – это оружие женщин, – задумчиво произнесла леди Хардкасл. – Но может быть, это и оружие слабаков?

– Боже милостивый, это мог быть любой из них, – вырвалось у леди Фарли-Страуд.

– А что насчет его другого соседа? – задала вопрос леди Хардкасл. – Насчет Ланселота Трибли? Мы встретили его сегодня утром, когда ехали на Верхнюю ферму.

– Смешной он, этот Трибли, – ответила леди Фарли-Страуд. – Занимается чем угодно, но только не фермой. Он, кстати, председатель регбийного клуба. Спросите о нем Гектора. Но ферму он ненавидит. С год назад поднял шум о том, что продает ее и переезжает. Какие-то большие планы по поводу бизнеса в Глостере. И вот прошло уже двенадцать месяцев, а он все еще здесь… Прожектер. Мечтатель.

Неожиданно мне в голову пришла мысль.

– Но никто не упоминает о Тоби Томпсоне, – заметила я.

– Милый старина Тоби, – вспомнила леди Хардкасл. – Ну конечно. Отлично, Фло. Я вам не говорила, Герти, что он был первым, кого мы встретили на нашей первой прогулке после переезда сюда? Очаровательный мужчина. Почему его нет в моем списке? Он наверняка постоянный участник торгов.

– Конечно, милая, но не в последнее время. У него болеет сестра. И каждую свободную минуту он проводит с ней в Норт-Нибли. Хотя таких минут у него немного, как вы понимаете. Так что, когда ему нечего продавать, бедняга не может позволить себе роскошь быть на рынке.

– Как печально, – заметила леди Хардкасл. – Но почему миссис Кэрэдайн о нем ничего не сказала? Он ведь один из ее соседей, нет?

– Нет, милая. Мне надо будет показать вам все на карте, но его ферма находится с другой стороны от фермы Ноя Локка. Так что, строго говоря, он не ее сосед.

– Ага. Тогда это все объясняет.

– Так что вы думаете, милая? – поинтересовалась леди Фарли-Страуд. – Кто убийца?

– Какая вы смешная, Герти… Мы поговорили только с двумя людьми, полиция еще не нашла никаких улик, а полицейский хирург даже не подтвердил, что покойного отравили. Миссис Кэрэдайн сказала нам, что Спенсер был болен.

– Вы что, считаете, что я бегу впереди паровоза? – Казалось, леди Фарли-Страуд в ужасе.

– Чуть-чуть, дорогая, – дружески успокоила ее леди Хардкасл.

Раздался стук в дверь, и на пороге появился Дженкинс с кофе.

– Почему так долго? – возмутилась леди Фарли-Страуд. – Вы что, ездили за кофе в Бразилию? – Она хихикнула.


– Полагаю, что именно этот сорт кофе, миледи, выращен в Вест-Индии. – Дженкинс был человеком прямодушным, почти начисто лишенным чувства юмора.

– Да неужели? А вы когда-нибудь бывали в Вест-Индии, Эмили?

– Нет, дорогая. Но моя тетя ездила туда часто.

– На Ямайку? – уточнила леди Фарли-Страуд.

– Нет… на Антигуа, – ответила миледи. – Мой дядя был сахарозаводчиком.

– Повариха извиняется, миледи, – сказал Дженкинс, – но молоко сегодня привезли поздно, так что она еще не закончила с тортом. Спрашивает, не согласитесь ли вы на песочное печенье?

– Ну конечно, Дженкинс, – с энтузиазмом откликнулась леди Хардкасл. – Тем более что мы его уже пробовали. Поблагодарите ее от нашего имени.

– Да, Дженкинс, пожалуйста, – леди Фарли- Страуд кивнула.

– Что-нибудь еще, миледи? – спросил дворецкий.

– Нет, спасибо. Да, а вы не видели сэра Гектора?

– Думаю, он занят в кабинете, миледи. Вы хотите, чтобы я ему что-то передал?

– Нет, не будите его. Вы останетесь на обед, Эмили?

– Спасибо, дорогая, но – нет. Нам надо домой. У нас еще дела. Может быть, в другой раз?

– Это будет замечательно, – сказала леди Фарли-Страуд. – Тогда, Дженкинс, мы, как всегда, будем обедать вдвоем. Вам еще нужно авто, Эмили?

– Если не возражаете, милая. Это было бы прекрасно.

– Тогда предупредите, пожалуйста, Берта, Дженкинс, – распорядилась леди Фарли-Страуд.

– Благодарю вас, миледи. – Дворецкий поклонился и тихо исчез.

Вернувшись домой, я приготовила легкий ужин, который мы съели вместе, пока леди Хардкасл распространялась о ядах и отравлениях.

– Понимаешь, – говорила она, размахивая вилкой, – есть яды, действующие практически мгновенно, а есть такие, что только через несколько часов. Было бы гораздо проще, если б мы знали, каким именно отравили Кэрэдайна. Тогда мы смогли бы отмотать время назад и понять, когда ему дали яд. И в этом случае лучше представляли бы себе круг подозреваемых.

– А какие есть самые распространенные яды? – поинтересовалась я.

– Начнем с нашего старого друга мышьяка, – хозяйка похлопала по медицинскому справочнику, главному источнику ее знаний. – Изрядная доза может убить в течение получаса, и его несложно достать. Мы не знаем, как чувствовал себя перед смертью Кэрэдайн, так что не можем сравнить симптомы, но вероятность того, что кто-то мог подбросить ему мышьяк, пока он сидел в баре, существует.

– А разве где-то в отчете не указано, что все утро он выглядел осунувшимся, даже еще до того, как его увидела леди Фарли-Страуд? – спросила я.

– Правильно, но миссис Кэрэдайн сказала нам, что ее муж болел, так что это может ничего не значить. Если только она не кормила его мышьяком в течение какого-то времени. Человека можно отравить и небольшими дозами, если давать их ему постоянно.

– Значит, мышьяк мы исключить не можем.

– Нет. А еще, конечно, есть цианистый калий. Вот он действует очень быстро. Кто-то из проходящих мимо мог уронить совсем маленькую дозу в сидр… ну а потом…

– Леди Фарли-Страуд говорила, что он просто отключился.

– Правильно, правильно.

– А как насчет стрихнина? – задала я следующий вопрос.

– Замедленное действие, но приводит к конвульсиям. А Герти сказала, что у него был спазм, прежде чем он скончался.

– И его, наверное, тоже не так сложно достать, – предположила я.

– В этом все дело. Мне бы хотелось, чтобы полиция занялась этим направлением.

– Может быть, стоит утром связаться с инспектором Сандерлендом? – предложила я.

– Возможно, мы и свяжемся, – согласилась миледи. – Или обратимся к кому-то, кто хорошо в этом разбирается. Есть у меня в больнице один приятель, которого я знаю еще по Кембриджу. Уверена, что он сразу же все выяснит.

Какое-то время моя хозяйка задумчиво пережевывала еду.

– Эта форель просто превосходна, – сказала она наконец.

– Спасибо, миледи. Тут все дело в цианиде. Некоторые хозяйки используют миндальную стружку, но мне кажется, что капелька синильной кислоты[23] придает блюду не с чем не сравнимую пикантность…

– Скрыться тебе все равно не удастся, милочка. Сандерленд вцепится в тебя, как пес.

– Не забывайте, что нас двое, миледи. Он уже устал от всех этих проявлений вашей гениальности.