Красавица и Чудовище. Заколдованная книга

Белль тряхнула головой, отгоняя эти мысли. «Не хватало еще, чтобы усталость взяла над тобой верх!» – раздраженно подумала она. Безусловно, графиня предупредила бы ее об опасности, если бы та угрожала Белль. И почему ей вообще нужно прислушиваться к какому–то жуку? Скорее всего, он такой же безумец, как и его хозяйка. Графиня права. Жизнь полна трудностей и частенько бывает тоскливой, она полна тревог, отчаяния, когда руки опускаются и ни на что не остается сил. Но только не в Стране Грез. Ничего этого там нет. Там жизнь кипит, она прекрасна и восхитительна. Она вдохновляет и удивляет. Она наполнена весельем и роскошью.

Слова графини отразились эхом в ее памяти: «Возвращайся ко мне сразу, как только сможешь».

– Я вернусь, госпожа, – прошептала Белль. – Как только смогу.



ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ



– Говорил же я вам, что коньки – ужасная идея! – ворчал Когсворт. – Что, если у него не простой насморк, а бронхит? Или воспаление легких? – Он понизил голос. – А может быть, черная оспа?

Люмьер, готовивший поднос с завтраком для Чудовища, вскинул глаза на Когсворта.

– Черная оспа? Та, которую в наших краях не встречали уже лет... пятьдесят? Ты ее имеешь в виду?

– Мистер Когсворт, это всего лишь простуда, уверяю вас! – не выдержала миссис Поттс. – Господин слегка замерз, пока катался на коньках. Отлежится в постели и через пару деньков будет совершенно здоров!

Белль завтракала за большим обеденным столом на кухне: овсянка с изюмом и сливками, булочка с вареньем и чашка горячего какао. Она чувствовала себя ужасно уставшей. К тому моменту, как она вернулась в замок, уже рассвело, и времени поспать совсем не оставалось. Белль сполоснула лицо водой, переоделась и спустилась вниз к слугам.

Шапо понес завтрак хозяину, Люмьер и Когсворт увязались за ним.

– Ему нужно как следует пропарить ноги, – продолжал бормотать Когсворт. – Горячая ванна лучше всего помогает предотвратить приступ малярии.

– Ага, теперь вы решили, что у нашего хозяина малярия, доктор Когсворт? – покачал головой Люмьер. – Ваше дикое воображение – единственное, чего на самом деле стоит опасаться.

– Я очень надеюсь, что это всего лишь малярия. Вообще-то, вполне может быть и проказа...

Плюметт занялась уборкой в музыкальной комнате. Клавесин – маэстро Каденца – жаловался, что от пыли у него заедает педаль. Фру–фру гонял мышей. Мадам де Гардероб – высокий комод с зеркалом в позолоченной раме – штопала передник Белль. Как обычно, все слуги занялись своими делами. Чип засел за чтение, а Чудовище лежал в постели с температурой. Еще один долгий день начал медленно отсчитывать часы. Делать было нечего, и с этим тоже ничего нельзя было поделать. Белль не терпелось вернуться в Страну Грез. Только она доела завтрак, вымыла посуду и собралась в библиотеку, как ее окликнула миссис Поттс:

– Дорогая, не поможешь Чипу покормить цыплят?

Белль улыбнулась и взяла у нее миску с раскрошенным черствым хлебом. Шапо ушел наверх, так что ей пришлось самой искать свое пальто в гардеробной. Она отдала миску Чипу, и тот убежал за дверь. В холле ее ждала миссис Поттс.

– У тебя есть минутка, Белль? – оглянувшись, тихо спросила она.

– Конечно, миссис Поттс, что–нибудь случилось?

– Нет–нет, просто не хочу, чтобы Чип нас услышал. Завтра у него день рождения, и вечером я хочу сделать ему сюрприз – небольшое представление. Может быть, ты поможешь с декорациями?

– С удовольствием! – воскликнула Белль. Что ж, ей придется отложить возвращение в Страну Грез на пару часов, но для Чипа она готова сделать что угодно.

– Спасибо, Белль! – просияла миссис Поттс. – Кюизиньер испечет нам праздничный пирог. А подарок я уже приготовила.

Белль и миссис Поттс вернулись на кухню, обсуждая детали праздника. Вдруг миссис Поттс пристально взглянула на Белль и нахмурилась.

– Деточка, ты выглядела такой бледной сегодня за завтраком. Смотри, какие у тебя темные круги под глазами! И зеваешь все утро... Ты, случайно, не простыла, как наш господин?

– Я в порядке, – вымученно улыбнулась Белль. – Просто немного устала. Не могла заснуть прошлой ночью и спустилась за горячим молоком.

– Но потом–то ты вернулась в постель?

Белль на мгновение смутилась.

– Нет... сидела в библиотеке, – призналась она.

Нарисованные брови миссис Поттс еще больше нахмурились.

– Ты ведь совсем недавно узнала про библиотеку, а уже проводишь там столько времени, Белль. В полном одиночестве...

– Я хотела немного почитать перед сном, – принялась оправдываться Белль, – но... хм, в общем, с головой ушла в одну хорошую книгу.

Белль ощутила угрызения совести оттого, что недоговаривает – она была уверена, что миссис Поттс расстроится еще больше, узнай она о Стране Грез и о намерении Белль посвятить все свое свободное время этой книге.

– Белль... – Миссис Поттс испытующе посмотрела на нее.

– Да, миссис Поттс?

– Я знаю, это трудно... жить здесь. С нашим господином. И со всеми нами. Я знаю, ты не выбирала такую жизнь... – Она запнулась, подыскивая нужные слова. – Читать чужие истории и погружаться в них, конечно же, чудесно. Но важно жить и своей жизнью, даже несмотря на то, что временами она бывает сложной. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Дверь на кухню с грохотом распахнулась.

– Белль! – закричал Чип, набрав побольше воздуха в грудь.


– Господи, Чип! – вздрогнула миссис Поттс. – А еще громче можешь?

– Извини, мам! Белль, где ты застряла? Идем скорее!

Белль повернулась к миссис Поттс.

– Я все поняла. Не волнуйтесь, пожалуйста, со мной все будет хорошо.

Она поспешила за Чипом, вздохнув с облегчением. Наконец–то этот разговор закончился... Да, она проводит много времени в библиотеке, но вовсе не одна.

Миссис Поттс застыла возле кухонного окна, глядя, как Чип и Белль идут по двору к курятнику. Она вздохнула так тяжело, что ее крышка брякнула и на раскрашенном фарфоровом лице появилась еще одна маленькая трещинка.



ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ



– Мама говорит, хозяин чувствует себя ужасно, – трещал Чип, пока они шли к курятнику. – Говорит, у него жуткий кашель и насморк. И вообще у него слабое здоровье.

– Это у Чудовища-то слабое здоровье? Ни за что не поверю! – пошутила Белль.

Чип рассмеялся.

– Мы с Фру–фру хотели сходить к нему и как– то приободрить, развеселить, но мама не пустила. Сказала, у него... какой–то лазурит в комнате и нам туда нельзя. Кто это еще такой, Белль?

– Наверное, твоя мама имела в виду «лазарет». Вы могли сами заразиться простудой.

– А–а–а... – протянул Чип. – Но хоть что–то мы можем для него сделать?

Белль остановилась и задумчиво посмотрела на замок. Миска слегка накренилась в ее руках, и часть крошек просыпалась на снег. Тут же с ветки слетел маленький юркий воробей, за ним еще один и еще.

– Идея! – воскликнула Белль. – Скорее, Чип! Бежим!

Она повернула к Западному крылу, Чип бросился за ней следом.

– А как же цыплята? – крикнул он.

– Покормим их позже!

Они прибежали на западную лужайку, занесенную снегом. Окна комнаты Чудовища выходили как раз на нее. Белль сняла варежки и принялась сыпать крошки на снег аккуратными четкими линиями.

– Что ты делаешь? – спросил Чип.

– Пишу ему послание.

– Нет, Белль, так не получится. Хозяин ничего не увидит, крошки же совсем маленькие.

– Увидит, обещаю.

Чип недоверчиво покачал головой. Белль надела варежки и пошла к стене замка. С дерева слетел черный дрозд и начал клевать крошки.

– Белль, смотри, сейчас птицы все склюют!

– В этом и замысел! –– усмехнулась Белль. – Осталось только привлечь внимание Чудовища.

Она слепила снежный шарик и запустила им в окно владельца замка. Но ничего не произошло.

– Давай еще! – подстегнул ее Чип.

Белль слепила снежок побольше и изо всех сил швырнула его в окно. В этот момент оно распахнулась, показался Когсворт... и получил снежным снарядом прямо в голову.

– Ой, нет! – вскрикнула Белль, прикрыв ладошкой рот.

Чип поспешно спрятался за ее юбку.

– Поднять мост! Опустить решетку! – заорал Когсворт, отряхиваясь. – Нас атакуют!

Люмьер оттащил Когсворта от окна и выглянул наружу.

– Люмьер! – крикнула Белль. – Мы здесь!

Люмьер заметил их и помахал рукой.