Король Лев

На Скале возникла тёмная фигура, освещённая вспышками молний.

— Отойди от неё, Шрам, — приказал лев.

— Муфаса, — прошептал Шрам. — Не может быть…

Он услышал, как Сараби позади него резко втянула воздух:

— Симба…

Лев спрыгнул и очутился прямо перед ним. Шрам прищурился и покачал головой, пытаясь осмыслить всё это. Сараби была права. Это Симба. Совсем уже взрослый и невероятно похожий на своего отца, полный силы и свирепости.

Шрам медленно попятился.

* * *

— Ты жив? Как такое может быть?

Услышав такой родной голос матери, Симба чуть не заплакал. Он думал, что больше никогда её не увидит. И всё же они оба были здесь. Подойдя ближе, лев ткнулся носом в её голову. Его окутало знакомое, но в то же время странное чувство. Когда он видел маму в последний раз, его голова едва доставала ей до колена, теперь же ему приходилось наклоняться, чтобы коснуться её.

— Это не важно, — наконец оторвавшись от неё, произнёс Симба. — Я дома.

— Симба. — Голос Шрама нарушил мгновение. — Я рад тебя видеть. Живым.

Обернувшись, Симба посмотрел на своего дядю. В то время как королева была истощённой и слабой, Шрам казался сытым и отдохнувшим.

— Назови мне хотя бы одну причину, почему я не должен разорвать тебя на части! — грозно произнёс Симба.

— Могу назвать даже больше одной, — кивнул через плечо Шрам. Вокруг него собирались гиены. Они, скалясь, появлялись из каждого уголка Скалы Предков. — Понимаешь, тут такое дело, они думают, что я — король, — пожал плечами Шрам.

Симба смотрел на всё увеличивающееся число гиен и нервно переминался с ноги на ногу. Нала предупреждала насчёт них, и он думал, что готов, но теперь в его памяти слишком ясно всплыло воспоминание о Слоновьем кладбище.

— Симба — законный король!

Услышав голос Налы, Симба обернулся. Позади неё теснились львицы. Возвращение Симбы придало им сил.

Снова осмелев, Симба повернулся к Шраму.

— Выбор за тобой, — сказал он. — Отступи или борись.

— Неужели нельзя обойтись без насилия? — притворно примирительно проговорил Шрам. — Я не хочу нести ответственность за смерть члена семьи. И чувствовать стыд, осознавая, что я отнял жизнь у того, кого любил.

Он выразительно замолчал и посмотрел на Симбу. Тот покачал головой. Он не собирался позволить Шраму воззвать к его чувству вины.

— Я оставил всё это в прошлом… — начал он.

— А они тоже? — прервал его Шрам. Потом показал на собравшихся львиц. — Знают ли твои верные подданные, что ты сделал?

— О чём он говорит? — забеспокоилась Нала.

Симба посмотрел на неё. Она ответила тем же, в её глазах читалось непонимание. Лев подавил стон. Следовало сказать ей правду ещё в джунглях. Следовало предугадать, что Шрам использует прошлое против него. Но он боялся и не хотел видеть неуверенность в её глазах — ту неуверенность, которую видел сейчас. Лев открыл рот, надеясь, что слова придут сами, но этого не произошло.

Вместо этого заговорил Шрам.

— Что ж, Симба, — он явно наслаждался этим моментом. — Вот твой шанс признаться. Скажи им, кто ответственен за смерть Муфасы.

Все взгляды устремились на молодого льва. И каждый из них ощущался, словно острый шип, впивающийся в сердце. Он вздохнул. Больше не было смысла притворяться. Шрам прав. Если Симба хочет быть королём, то львицы должны знать правду.

— Это я, — сказал он.

— Нет, — Сараби покачала головой. — Ты был львёнком! Это не может быть правдой.

Встретившись с ней взглядом, Симба кивнул:

— Это правда. Мне очень жаль.

Львица сморщилась от боли.

— Он признаёт это! — не обращая внимания на то, что происходило между матерью и сыном, крикнул Шрам. — Убийца!

Буря над землями прайда забушевала ещё яростнее. Прогремел гром. Симба опустил голову под грузом вины и стыда, а приближающиеся к Скале Предков молнии стали бить всё чаще, словно осуждая его. Внезапно одна из вспышек поразила землю у подножия Скалы. Сухая и мёртвая трава мгновенно вспыхнула пламенем.

Не подозревая о разгорающемся внизу пожаре, Симба поднял голову. Его взгляд метался между матерью, Налой и другими львицами.

— Это был несчастный случай, — тихо сказал он. «Я не хотел навредить ему». Перед его мысленным взором предстал образ падающего отца.


Шрам усмехнулся:

— Если бы не ты, король был бы жив. — Каждое его слово ранило Симбу прямо в сердце. — Это ты виноват в его смерти! Ты это отрицаешь?

— Нет.

Прозвучав громче грохота молний, это единственное слово эхом отразилось от скал.





ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ





Пока львицы и гиены смотрели на дядю с племянником, воздух начал потрескивать от напряжения. Внизу на земле разрастался пожар, пламя стремительно поднималось всё выше. Но Симба не замечал жары и опасности. Он слышал только стук собственного сердца и видел лишь испуганные взгляды львиц.

— Ты виновен! — крикнул ему Шрам.

Симба покачал головой.

— Я не убийца! — выпалил он. «Не убийца! — добавил он про себя. — Я не хотел, чтобы так случилось. Это был несчастный случай. Ужасный, ужасный несчастный случай». Но слова остались запертыми внутри его, не в силах вырваться наружу. Он склонил голову и опустил плечи, словно пытаясь спрятаться в себе.

— И мы должны верить сыну, который отнял жизнь собственного отца? — спросил Шрам. Он обернулся и посмотрел на Сараби. — Сыну, который покинул собственную мать!

Шагнув вперёд, Шрам протянул лапу и ударил Симбу.

— Нет! Я… Я… — силился объяснить Симба.

— Ты — что? — глумился дядя. — Скажи это! Ты король? Король? — И снова ударил, оттолкнув Симбу к краю Скалы.

Снова и снова Шрам наносил удары. Симба будто снова стал маленьким львёнком, не способным сделать ничего, что могло бы остановить происходящий ужас. Он увидел Муфасу, цепляющегося за камни в отчаянной попытке выбраться. А потом он упал и навсегда сгинул в толпе антилоп.

— Ты — кто? — продолжал издеваться Шрам. — Скажи это!

В голове Симбы промелькнул ещё один образ отца. Муфаса, горделиво глядящий на своё королевство. На гриве играют солнечные блики — король, каким Симба никогда не сможет стать.

— Я… Я… Никто, — сказал Симба.

Издав торжествующий рёв, Шрам ударил его в последний раз, и Симба слетел со Скалы. Падая в огонь, он слышал, как Нала кричит его имя. Инстинктивно лев успел ухватиться за выщербленный камень и повис. Снизу доносился треск пожара.

Над ним появился дядя. В свете огня его шрам был ещё заметнее. Он посмотрел на Симбу, а потом улыбнулся:

— Как знакомо. Где же я раньше это видел? Ах, да, вспомнил. Точно так же выглядел Муфаса перед смертью. Я смотрел вниз и видел страх в его глазах… — Он немного помолчал, наклоняясь так, чтобы его следующие слова мог услышать только Симба: — А вот мой маленький секрет: Муфасу убил я.

Симба откинул голову, поражённый этими словами. Так вот что тогда произошло! Не Симба убил отца. А Шрам. У Шрама был шанс спасти брата, но вместо этого он позволил тому упасть. Точно так же, как собирался позволить упасть племяннику.

Ярость захлестнула Симбу, и прежде чем он успел понять, что делает, лев рванулся вперёд и вцепился зубами в гриву Шрама.

Поражённый Шрам отскочил, увлекая за собой Симбу. Почувствовав под ногами твёрдую почву, молодой лев тут же бросился в атаку, ударив дядю головой. Отнятая жизнь, которая у него могла быть и которой он лишился из-за предательства дяди, боль и отчаяние добавили ему сил.

— Мой отец! — крикнул он. — Твой собственный брат! Как ты мог?

Шрам отступил. Посмотрев на львиц, он решил продолжить свой фарс:

— Сначала он убивает Муфасу, а теперь хочет убить меня!

— Это ты его убил! — закричал Симба. — Скажи им правду!

Шрам покачал головой:

— Не верьте его лжи!

— Шрам.

Несмотря на грохот молний и треск языков пламени, голос Сараби услышали все. Она шагнула вперёд и встала рядом с сыном. Симба увидел, что разочарование исчезло из её глаз. Теперь они стали ясными и злыми.

— Ты говорил, что не успел добраться до ущелья вовремя, — проговорила она, взвешивая каждое слово.

— Да, — сказал Шрам. — Так оно и было!