Контракт. Брак не предлагать

Донна с Дугалом вышли из прокуратуры ближе к ужину. Перейдя улицу, она с наслаждением подставила лицо солнцу.

– Ощущение, что вышла на свободу, – тихо сказала она. Дугал хмыкнул.

– Ты была недалека от тюремного заключения. Если бы Мак-Кинтош захотел…

– Знаю, – оборвала его Донна. – Но Расмус перешел черту, и его надо было остановить. – Пойдем, не стоит стоять здесь на глазах у прокурора.

Она направилась по улице, Дугал подстроился под ее шаг.

– Скажи, как получилось, что никто из клана не знал о твоем браке?

– Ну… – протянула Донна, – никто, кроме Джона, и не интересовался моей жизнью в Куинси, а он молчал, судя по всему, чтобы моя репутация в глазах клана осталась безупречной, он же хотел жениться на мне. А когда я вынуждена была остаться с О’Донналами, мы разругались с Кьером и собирались подать документы на развод, поэтому я не сочла нужным информировать кого-либо.

– Мне могла и сказать, – проворчал Дугал.

– Зачем?

– Мы же друзья.

Донна улыбнулась.

– Друзья. Поэтому давай я по-дружески угощу тебя ужином.

Она выбрала ресторан с клетчатыми скатертями, где они с Кьером ужинали. Официант, тот самый, который обслуживал Донну в прошлый раз, если и удивился при виде ее с другим мужчиной, то не подал виду.

Звонок на смартфоне Дугала раздался как раз в тот момент, когда принесли вино. Он взглянул на экран.

– Это Расмус. Ответить?

– Дай мне, он все равно ищет меня. – Донна протянула руку, взяла смартфон, поднесла к уху. – Да?

– Ты, ты… – Дальше полились ругательства. Расмус никогда не стеснялся в выражениях, но тут превзошел самого себя.

Брезгливо морщась, Донна вытянула руку, держа смартфон на безопасном расстоянии от уха.

– Это все, что ты мне хотел сказать? – поинтересовалась она, когда ее собеседник выдохся.

– Неблагодарная тварь! – снова завелся он.

Донна вздохнула.

– Расмус, я не буду разговаривать в таком тоне. Если ты надумаешь сказать что-либо по существу – пиши на электронную почту.

– Думаешь, у тебя она есть?

– Конечно. Тебе продиктовать адрес? Это один из межгалактических общедоступных почтовых серверов. – Донна усмехнулась, прекрасно представляя себе выражение лица собеседника. – Свет не сошелся клином на О’Донналах, Расмус…

– Я уничтожу тебя, – пообещал он срывающимся от ярости голосом. – Я закопаю в землю тебя и этого серокожего!

– Это угроза? Мне стоит сообщить об этом прокурору?

– При чем тут прокурор?

– Ведь это его звонок привел тебя в такую ярость? – К своему удивлению, Донна вдруг почувствовала прилив сил. Судя по всему, Расмус боялся. Он действительно боялся того, что его ожидало. Это наполнило ее душу злым ликованием. – Или, подожди, дай угадаю… тебе позвонила Теодора! Она не замерзла на Новом Плутоне?

– Это не твое дело! Ты немедленно отзываешь все показания и возвращаешься обратно на Эрин!

– Это называется отказаться от показаний, – поправила его Донна. – И мой тебе ответ – нет.

– Что? – взревел Расмус в трубку.

– Я не буду ничего менять! – Она так давно ждала этого момента, буквально грезила о нем. – Послушай меня, Расмус, и послушай очень внимательно: ты зашел слишком далеко, когда направил Джона убить Кьерстена Сонга, и я не буду прикрывать убийцу.

– Если бы ты не вышла замуж за цветного, мне бы не потребовалось ничего делать! – в запале возразил он и осекся.

– Вот в чем дело, – ахнула она. – Ты узнал и принял решение избавиться от проблемы раз и навсегда?

– Я ничего не решал, – возразил Расмус, запоздало понимая, что угодил в очередную ловушку.

– Тогда тебе нечего бояться, но мой тебе совет – обвинения серьезны, найми хорошего адвоката, поскольку я никогда не буду представлять твои интересы! – Донна нажала клавишу отбоя и протянула смартфон Дугалу. – Похоже, все мосты у нас сожжены. Мы изгои.


– За это стоит выпить! – Он поднял бокал. Донна улыбнулась в ответ.

– Что ты собираешься теперь делать? – спросил ее приятель, когда официант принес заказ.

– Ты ведь не о салате, верно? – попыталась пошутить Донна.

– Ага. – Дугал отрезал кусок стейка и, закинув его в рот, поморщился. – Что за вкус?

– Добавь соуса, – посоветовала она.

Дугал щедро полил мясо соусом и вновь посмотрел на свою спутницу. Она сидела и смотрела куда-то вдаль. Почувствовав на себе взгляд, Донна встрепенулась, улыбнулась и завела разговор ни о чем. Дугал хотел было продолжить вопросы, но она так на него взглянула, что он послушно подхватил эту бессмысленную беседу.

В отель они вернулись достаточно поздно. Даже в холле был слышен шум из ресторана, и Донна порадовалась, что они предпочли поужинать в городе. Пожелав Дугалу спокойной ночи, она поднялась к себе.

Коридор был пуст. Наверняка прокурор уже подписал постановление о прекращении дела, потому что у двери, ведущей в номер Кьера, не было охраны. В том, что там находился Кьерстен, Донна не сомневалась, она только что уточнила это на стойке администрации.

Внезапно ей захотелось увидеть своего мужа, ощутить себя в его крепких объятиях, услышать, как он шепчет ей на ухо: «Р’енна». Донна попыталась подавить в себе эти чувства, но вдруг тряхнула головой.

В конце концов, они – муж и жена, Кьер сам настаивал на этом и пусть теперь попробует отказаться от своих обязательств.

Не раздумывая ни секунды, она медленно подошла к двери. Судя по узкой полоске света под дверью, Кьер находился в номере. Донна подняла руку, чтобы постучать, но в последний момент передумала, просто нажала на медную полированную ручку. Дверь приоткрылась, она шагнула внутрь и замерла.

Ее муж стоял у окна, обнимая за плечи Серену Гластонберри, и что-то шептал ей. Кровь зашумела в голове.

Она не помнила, как дошла до своего номера, кажется, держась за стену, чтобы не упасть – ноги плохо слушались и постоянно подгибались. Дыхание то и дело перехватывало, а по лицу струились слезы. Донна сердито смахнула их, но соленая влага упрямо катилась из глаз.

Руки дрожали, и она все никак не могла попасть по сканеру, чтобы войти в номер. Наконец ей это удалось.

Закрыв дверь, Донна подошла к мини-бару, наполнила стакан до краев чем-то крепким и выпила залпом. Вкуса она не почувствовала. Эффекта тоже.

Грудь словно сдавило тисками, каждый вздох болью отдавался в сердце. Кьер и Серена. Стоило признать, что они были эффектной парой. Ее муж не мог сделать лучшего выбора.

Донна без сил опустилась в кресло, но сразу же вскочила и закружила по комнате, не понимая, что ей теперь делать. Мысль ворваться в номер и потребовать объяснений она отмела сразу. После заявления кузины, доставившего Кьеру столько неприятностей, она ничего не могла от него требовать.

Впрочем, и без заявлений Теа все было очевидно. Речь шла всего о пяти свиданиях, и никто не виноват в том, что Донна возомнила что-то большее, чем просто желание Кьера приятно провести время.

Она все-таки расплакалась, долго и с каким-то упоенным надрывом рыдая в подушку. Затем успокоилась и подошла к зеркалу, всмотрелась в свое отражение. Взлохмаченная, с покрасневшим носом и опухшим лицом она выглядела ужасно. Но не это беспокоило Донну.

Она пыталась определить, что именно в ней не так, если все, кто действительно значим в ее жизни, отказываются от нее: мать, отец, теперь Кьер. В какой-то момент девушка готова была признать, что над ней тяготеет проклятие. Впрочем, она тут же отогнала эту мысль.

Чувствуя, что не может больше оставаться в одном отеле со счастливой парой, что просто не сможет утром встретиться с ними и вежливо поздороваться как ни в чем не бывало, Донна достала небольшую сумку и очень аккуратно сложила туда все свои вещи. Вышла из комнаты, спустилась к стойке администратора, отдала ключи, уведомила, что не будет больше продлевать номер, и вышла в пестрящую огнями темноту улицы.

Донна не сказала Дугалу, где ее искать, поскольку и сама не знала, что собирается делать. Наступила свобода, а вместе со свободой пришло и опустошение.

Донна долго бродила по городу, который жил своей привычной суетливой ночной жизнью. Его жителям не было никакого дела до медленно бредущей по улице девушки. А уж тем более никакого дела до того, что творится у нее в душе.

Ярко освещенный, вспыхивавший всеми цветами центр сменился спальным районом с тишиной и приглушенным освещением улиц. Донна все шла и шла. Полицейский патруль окликнул ее, она привычно достала документы и протянула их.

– С вами все хорошо, мисс? – заботливо спросил один из стражей порядка, всматриваясь в ее лицо. Донна вымученно улыбнулась.

– Да, спасибо за беспокойство.

– Может быть, вам нужна помощь?

Ей пришлось сделать усилие, чтобы подавить истеричный смех, так и рвавшийся наружу. «Да, мне нужна помощь, поскольку я сдавала экзамены за кузину, а потом написала чистосердечное признание генеральному прокурору Куинси. А еще мой муж встречается с коллегой по работе, у них давний роман, но при этом он решил иногда развлекаться и со мной!» – На секунду она представила себе, как бы вытянулись лица у полицейских.

– Нет, спасибо, все в порядке, – произнесла она вслух.

– Вы что-то ищете? – не сдавался страж порядка.

Она оглянулась, впервые заметив, что находится почти на окраине города. Респектабельный тихий район, где люди жили в небольших коттеджах и знали всех соседей. Чужаки здесь были редкостью, и полицейские вполне могли принять ее за воровку.

– Да, – солгала Донна. – Мне сказали, что здесь есть недорогой пансион, но, наверное, я ошиблась улицей.

– Пансион мисс де Ламот находится на соседней улице. – Полицейский махнул рукой, указывая направление. – Хотите, мы проводим вас?

– Спасибо, думаю, я и сама дойду. – Она еще раз улыбнулась и послушно направилась в указанном направлении.

Убедившись, что полицейские не следят за ней, а вернулись к патрулированию улиц, Донна собралась вернуться в центр, но потом передумала. В конце концов, она уже достаточно долго бродила по улицам и безумно устала, а в пансионе наверняка есть свободные комнаты. И Донна, поднявшись по ступеням, нажала на кнопку звонка.

Дверь открыли не сразу. Судя по виду, хозяйка уже легла спать. Закутавшись в шаль, она с недовольным видом смотрела на незнакомку, стоявшую на пороге. Впрочем, недовольство быстро сменилось благожелательностью, стоило только Донне заговорить о съеме комнаты на неопределенный срок.

Получив оплату, хозяйка проводила девушку наверх, лично открыла дверь и пожелала доброй ночи, предупредив, что завтрак в пансионе с семи до десяти. Донна вежливо поблагодарила, после чего хозяйка ушла, пообещав занести данные о своей постоялице в базу уже утром.

Донна закрыла дверь, разделась, тщательно сложила свои вещи – она теперь все делала очень тщательно, – и легла в кровать. Думала, что будет долго ворочаться, но усталость взяла свое, и вскоре она заснула.