Конец крымской орды

– Ты сам выбрал свою судьбу, шакал!

– Гляди на воеводу! – приказал ему Бордак.

Сотник повернулся.

– Чего надо?

– Назовись!

– А то вы не ведаете, кто я. Ведь охотились же за отрядом.

– Ты плохо меня понимаешь?

– Ладно, чего уж теперь. Я скажу, что знаю, но вы сохраните мне жизнь.

– Надеешься на обмен?

– А разве его не будет? В прошлом году в Крым привели сотни тысяч полонян. Почему не обменять? Я сотник рати мурзы Вазиха Дайлана. Слыхал о таком?

– Вас, собак, всех не упомнишь. Ты не назвался.

– Алан Байтуган. А мурзу вы должны знать. В прошлом году он среди прочих с войском обошел вашу рать и сжег Москву. Как мы вас обманули тогда! Ловко мы вашего царя провели! А в этом году хан заберет все ваши земли, станет править на Москве, вернет и Казань, и Астрахань. Польский король дань заплатит за те крепости и земли, которые Девлет-Гирей вернет ему. Не понимаю я вас, русских. Вы на краю гибели, а пытаетесь биться. Покорились бы, глядишь, хан и смилостивился, оставил бы вам северные города. Они ему не нужны.

Бордак влепил сотнику затрещину и заявил:

– Вот тебе Москва и другие наши города, пес! Ты гляди на него, попал в полон, а ведет себя как хозяин!

– Ты больше так не делай, Михайло. Не обращай внимания на его поганые слова, – сказал ему Хворостинин.

Сотник снова сел, вытер окровавленный рот. Если Бордак бил, то крепко.

Хворостинин посмотрел на сотника и спросил:

– Ты еще хочешь позлить нас?

– Хватит. Я сказал, что хотел. Теперь обещай мне жизнь и спрашивай о том, что хочешь узнать.

– Ты будешь жить, сотник. Тому мое слово. А вот насчет обмена ничего сказать не могу. Глядишь, случится так, что Девлет сам отпустит наших полонян, когда мы разобьем его орду.

Сотник с изумлением взглянул на него.

– О чем ты говоришь, воевода? У Девлет-Гирея своих воинов более шестидесяти тысяч. Еще ногаи, тысяч двадцать, отборные янычары Высокой Порты, числом до десяти тысяч, горные племена. Что вы можете противопоставить такой силе?

– Это не твое дело. Отвечай на вопросы.

– Спрашивай.

– Где стоит рать мурзы Дайлана? Велика ли она? Зачем пришла на наши земли? Почему у тебя было только два десятка ратников?

– Слишком много вопросов. Запомнить их нелегко.

– Я подскажу. Отвечай по мурзе и его рати.

– Хорошо, слушай. – Сотник поджал под себя ноги, так для него было удобней и привычней. – Стан мурзы Дайлана в лесах под Калугой, недалеко от села Барино, верстах в пятидесяти отсюда, может, больше. Я вел отряд не прямой дорогой, тропами, больше по лесу, посему точное расстояние сказать не могу. У мурзы рать в пять сотен. Послана она в русские земли в начале апреля. Сотни разделены на отряды, в которых по два-три десятка воинов. Задание у всех одно: посмотреть на Оке броды и перелазы, по которым может пройти большая рать. Мы таких не нашли и уже не найдем. Но главное – узнать, сколько своих полков выставит царь, какие города и крепости ими закроет. Еще надо было выяснить, удалось ли царю Ивану за год сделать единую засечную линию. Если да, то искать в ней слабое место. Также мы должны были смотреть, как ведут себя жители малых сел и деревень, станицы, сторожи. Исправно ли несут службу, далеко ли уходят от своих жилищ.

– Значит, задание мурзы – большая разведка? – спросил Хворостинин.

– Так, воевода.

– Где рыщут отряды этого мурзы?

– Они повсюду, от Калуги до Коломны, а то и до Рязани. Мурза определял задание каждому сотнику отдельно.

– Далеко отсюда другие ваши отряды?

– Не знаю, но думаю, где-то верстах в двадцати выше и ниже по течению. Мурза Дайлан – хитрый человек. Он все и всем не говорит. Про то, что сотни будут действовать у Коломны, я случайно узнал. Помощник мурзы проговорился.

– Значит, вы изучаете засечную черту?

– Такое задание.

– А ведомо ли тебе, каким путем пойдет сам Девлет-Гирей?

– Откуда? – Сотник изобразил удивление, но было заметно, что лжет.


– Так ли, Алан?

– Сам подумай, воевода, откуда мне, простому сотнику, которых в войске хана великое множество, знать о мыслях правителя?

– Ты не юли, сотник! – заявил Бордак. – Я сам недавно был в Крыму, в Кафе, там только рабы молчат о предстоящем походе. Остальные говорят и о мурзе Теребердее из ногайской орды, и о посланнике султана. Простой торговый люд знает о походе, а ты ничего об этом не слышал?

Сотник недоверчиво взглянул на Бордака. Его смущало то обстоятельство, что этот человек говорил правду. В Крыму не скрывали подготовку к походу, считали покорение Руси делом решенным.

– Ну знаю кое-что, но только по слухам. Мурза мне о походе говорил, но не в подробностях. Вроде как Девлет-Гирей намерен вести рать прямиком к Туле по Муравскому шляху. Ну а далее, когда войско перелезет через Оку, путей у него много. Все они ведут к Москве. Слышал еще, что хан даже поделил русские города и земли среди своих вельмож, османов и ногаев. В Бахчисарае все уверены в скорой победе. Крым будет велик и богат как никогда, а русские станут нашими рабами.

– Это я тоже слышал, – сказал Бордак, взглянул на Хворостинина и добавил: – Однако я думаю, что не все говорит этот сотник. Отдадим его первому воеводе, пусть тот с ним говорит, выпытывает правду.

Байтуган испугался.

– Зачем пытать, зачем отдавать? Я ваша добыча, на мне вы деньги заимеете. За меня заплатят хорошо.

– Как же мы их заимеем, если нас всех скоро уничтожит орда Девлет-Гирея?

Сотник опустил голову. Глупость сказал. Кто вернет деньги, если всех побьют?

– Больше говорить не буду, – заявил он.

– А больше и не надо.

– Всем сбор в поле, на правой от оврага стороне! – приказал Хворостинин.

Парфенов улыбнулся и спросил:

– А какую сторону считать правой, князь? От леса она одна, от рощи другая.

– От леса, князь.

– Понял.

– Василь, возьми телегу с лошадью из обоза крымчаков и езжай на деревню, – сказал Бордак проводнику. – Вот тебе награда за верную службу. – Он протянул мужику мешочек. – Тут серебра на пять рублей. Бери, честно заработал.

– Ух ты! – воскликнул Гурдин. – У меня таких денег отродясь не было. – Он взял мешочек, сделал хитрое лицо. – В обозе басурман не одна, а три телеги, да еще кони. Вам-то они вроде ни к чему, а на деревне сгодятся.

– Ну и пройдоха ты, Василь. Забирай. Только как погонишь?

– Было бы что гнать. А вы в Ступню? Сами-то найдете?

– Теперь найдем, сотник татарский подскажет, он тут все облазил.

– Удачи вам, воеводы. Даст Бог, встретимся, возьмете к себе.

– И тебе всего наилучшего, Василь.





Глава 6




К Ступне дружина подошла затемно, не встретив ближнего разъезда, который должен был и днем, и ночью объезжать селение.

Это удивило Бордака.

Он повернулся к Парфенову, ехавшему рядом, и заявил:

– Непорядок, Василь.

Тот кивнул и сказал:

– А Петр Сухой говорил, что тутошний станичный голова Родион Толстой службу знает, грамоту от Воротынского имеет. Неужто случилось что? Деревню уже видать, да только странная она какая-то. Запах печного дыма чувствуется, а огня нет ни во дворах, ни в избах. Может, басурмане мурзы Дайлана тут погуляли?

Бордак подал сигнал головному дозору. Пестов остановил его.

Михайло указал Парфенову на холм.

– Давай, Василь, туда. Поглядим пристальней на деревню.